Александр Бауров - Сумерки Эрафии
Нойон жалел лишь о том, что вложил в их обучение силы, тратил свое время, но осторожность была превыше всего. В успехе сегодня он не сомневался, но от множества нюансов зависело то, как оценят событие в Агону.
Все трое аколитов были по законам Эрафии страшными преступниками. Бежали из монастырей ордена Фавела. Убивали наставников и друзей. Петляя от погони, как зайцы от гончих, шли в Фолию. Там присягнули нойонам, добровольно пошли на обессмерчивание, что среди молодых вещь крайне редкая. В конце концов все они добросовестно работали на него и выполняли любые приказы, не утратив при этом вредных людских привычек, были завистливы и похотливы. Это был просто дорогой, но отработанный материал. Их больше нет.
Удобно устроившись в кресле перед астральным коммуникатором, Моандор приступил к главному. Нойон не мог предвидеть последствия до конца, но это был тот самый первый шаг, о котором он намекнул Синкату. Жаль, его сентиментальный ученик не догадался, насколько далеко придется идти, и теперь нельзя рассчитывать на его трезвое понимание того, что вот-вот случится. Дальше придется вести этого сумеречного вслепую. Слабоват оказался Синкат Гарди.
Первый канал связи, тонкой нитью пронзая астрал, связал Моандора с островом Зейлот — цитаделью братства Сумеречных. Второй канал был заякорен на построенном нойоном-воином Нагашем мощном астральном передатчике. Этот излучатель был сокрыт в глухих заброшенных местах на западе Авлии. Эльфы до сих пор не знали о его существовании. Гиперастральный излучатель и раньше использовался для связи с Сумеречными. Этот комплекс так транслировал и искажал сигнал, что его можно было проследить только до авлийского пространства, неся зашифрованные сообщения из Колдсоула или Агону. После каждого такого послания арагонские властители долго не могли разобраться и мучили подозрениями своих представителей среди Сумеречных и Высших эльфов, но ключа к разгадке секретной связи пока так и не нашли.
Все должно было повториться и сегодня, но теперь они будут «копать». Тяжесть обвинения будет слишком велика. Это последняя серьезная передача. Скоро Белые перероют всю Авлию, но найдут излучатель, и именно потому его предстояло уничтожить как можно скорее. Нагаш — только он может сделать это более-менее тихо и незаметно, но могущественный воин и сильнейший чародей надолго застрял в Эрафии. Он слишком увяз в погоне, и это смущало Моандора, все шло не совсем так, как хотелось бы.
Однако теперь отступать было некуда. Вчера он получил сообщение от Вокиала, что груз прибыл в столицу, а ночью последовало сообщение от Видомины. Бессмертная хранительница законов уведомляла его о том, что собрание Темного Круга все же произойдет завтра и Великий Сандро примет в нем участие впервые за десять лет отрешения. Моандор понял, что пришло время действовать.
Глава разведки прекрасно знал, о чем будет говорить Сандро: о мире на континенте, который был им так некстати, о переговорах с Арагоном, об уступках и унижении. Но этому не бывать! Потому что никто этого не хочет, а набиравшийся сил нынешний глава Совета слишком долго отсутствовал. Сандро не понимает, что сейчас мир никому не нужен. Он не нужен ни нойонам, ни Сумраку, ни тем более арагонцам, что бы те ни говорили в своих лживых проповедях. А вот конфликт нужен всем, и сейчас больше, чем когда-либо. Никто не хочет начинать войну первым. Теперь же глубокие магические изыскания Сумеречных сами подсказали решение — груз уже прибыл в Агону. Он и Нагаш лишь обрисовали форму. Ее содержание только что доставили с Зейлота. Теперь пусть не жалуются.
Готовясь к сегодняшнему дню, Моандор постепенно расширял число посвященных. Он прощупывал позицию каждого из истинных нойонов. К счастью, посол с Зейлота Дас оказался незаменимым информатором. Моандор знал, что Сумеречные в течение нескольких дней переправят образцы вещества в арагонский порт — Серебряную гавань, в знак уважения и равенства. Возвращение Сандро в совет могло связать руки сторонникам конфликта, потому следовало действовать быстро и решительно.
Сумеречные маги стали серьезнейшей проблемой, и решить ее требовалось немедленно. Синкат стал так часто носить с собой свои четки, кто его знает, не ведет ли его прозорливый папаша двойную игру? Синкат сильный, хотя и молодой чародей. Он мог неплохо скрывать свои подлинные чувства, лишь притворяясь жалостливым слюнтяем. К счастью, здесь, в Колдсоуле, нет незаменимых. Синкат уедет, а к себе можно приблизить бывшего главу надзирателей, моргула Дракиса, не испугавшегося обессмерчивания. Тот никогда не ограничивал себя жалкими моральными потугами. Прирожденный мститель. Да, именно он займет место Синката. После того, что вот-вот случится, Сумеречный сам захочет уехать. Думая так, Моандор занимался сложнейшей астральной манипуляцией — расслоением тела.
Истинные нойоны могли разделять свое сознание на части и вкладывать их в других. Магическую силу же можно было передать в зависимости от поставленных целей. Моандор не раз полностью покидал свое бренное «тело». Это было очень опасно, но, не рискуя, провести операцию подобного масштаба было невозможно. Четыре пятых его астрального тела влились в канал, связывающий излучатель в стране эльфов с Колдсоулом. Та же его часть, что осталась здесь, настраивала канал обычной связи для запланированных переговоров с цитаделью Сумрака на далеком острове Зейлот.
И вот связь установлена. Моандор, как и должен был, запросил отчета о взаимных поставках, безопасности и сроках, таким образом плотно войдя в контакт. Его ждали и немедленно соединили с Гуннаром Гарди, отцом его жалостливого ученика Синката. Однако сама беседа и ответы мага не очень интересовали нойона. В астрале при вхождении в контакт прозвучал сигнал разрешения. Пароль из нескольких мыслей, эмоций и слов. Сумеречные были отлично защищены от внешнего вмешательства в свои дела и меняли его каждые пять минут. А из столь жесткого и секретного канала связи, как официальные переговоры с главой разведки нойонов, по мнению Гуннара, утечки быть не могло. На его беду, это было не так. Как только находившийся в Колдсоуле, говоривший с ним Моандор узнал этот шифр, тот уже не был тайной и для его разделенного астрального тела.
Отдав приказ задействовать концентратор Колдсоула и подпитываясь его энергией, астральная часть тела нойона мгновенно перенеслась в Авлию по параллельному каналу связи. После объявления пароля новый сигнал незаметно вошел внутрь острова сумрака в тысячах миль от Колдсоула.
В красно-черной дымке параллельной реальности все искрилось и сверкало. Контуры строений и устройств, мириады известных и неизвестных ему заклятий с разных сторон, свиваясь и скручиваясь в удивительные клубки, заполняли пространство магической цитадели. Не успел нойон мыслью проникнуть сюда, как внешняя стена астральной обороны Зейлота закрылась. Пароль был сменен. Виднелась лишь одна тонкая открытая лазейка. Официальный канал связи с другой частью его разума. Огромных усилий стоило быть не обнаруженным здесь. Но за несколько сот лет жизни нойон отлично изучил искусство маскировки.