Уильям Форсчен - Реванш императора

А ведь это так увлекательно: из множества подходящих слов выудить одно, предельно точно выражающее мысль! За долгие тысячелетия существования расы Надзирателей их словарь значительно обогатился и вырос до десятков миллионов понятий. Взять, к примеру, простое выражение на языке землян: «Алое солнце взошло над лазурной гладью моря». Казалось бы, это словосочетание в достаточной степени способствует ментальному восприятию соответствующей картинки. Но если присмотреться повнимательней, начинаешь понимать, насколько оно грубо, примитивно и расплывчато. Ведь существуют тысячи миров во Вселенной, где природные условия позволяют произойти описываемому данной фразой явлению. Но разве она учитывает все нюансы, такие как плотность атмосферы, степень преломления в водной среде световых волн, яркость солнечного диска или запах морских водорослей? С другой стороны, если хочешь во всей полноте передать тончайшие оттенки подобного пейзажа, необходимо затратить достаточно много времени. Немаловажное значение при этом имеет также физическое и душевное состояние наблюдателя, в том числе его здоровье, ритмичность дыхания, продолжительность периода сосредоточенности перед непосредственным процессом созерцания и даже тип одежды, которую он носит. И все это может быть выражено на языке Наблюдателей всего одним словом, столь точным и емким, что его мозговым отображением мгновенно станет картина, до мелочей совпадающая с реальностью. Но чтобы подобрать это слово, нужно время, внимание и хороший вкус. Братство Ищущих довело процесс обмена словами до уровня высокого искусства, которое дикие и необузданные варварские расы, увы, были не в состоянии ни понять, ни оценить.

— Мне кажется, я знаю, какое устройство они собираются применить. К сожалению, оно нестабильно. — Произнеся эту фразу, он в полной мере ощущал как ее неадекватность, так и глубину собственного бессилия что-либо изменить. С одной стороны, ему необходимо было передать слушателям неотложность и настоятельность своей просьбы, а с другой — скрыть от них лишние подробности. Но их проклятый язык был плохо приспособлен для таких тонкостей. Говори он на своем, все уложилось бы в два слова, точных и предельно убедительных.

— Я тоже кое-что смыслю в истории, — сказал Элдин. — Твои сородичи использовали в прошлый раз взрыватели на основе антиматерии, каждый из которых точно соответствовал по мощности массе уничтожаемой планеты. Что может быть проще и стабильней подобного устройства? Опять ты темнишь, парень!

— Это устройство другого типа, — выдавил из себя Вуш.

— Иными словами, у вас кончились заряды с антиматерией, — вмешался Ярослав, — и теперь они собираются применить какой-то неапробированный метод?

Вуш замолчал и ушел в себя. Он уже и так слишком много сказал и боялся, что выдаст лишнее, если будет продолжать.

Не дождавшись ответа, Элдин поднялся с кресла:

— Очень хорошо. В таком случае я отказываюсь связываться с Архом на основании тех крох информации, что мы от тебя получили. Если хочешь, чтобы я передумал, рассказывай все до конца.

Как раз этого Вуш и не мог себе позволить. Господству его расы в Облаке придет конец, если станет известно, что их хваленое могущество основано на применении случайно обнаруженных артефактов Древних, в устройстве которых они сами не могли толком разобраться.

— Устройство действительно не прошло надлежащих испытаний, — сказал он, твердо решив, что больше не позволит себе проговориться. — Полагаю, что мой опыт работы с такого рода механизмами существенно превышает аналогичный опыт моего брата Мупы. Я бы хотел проконсультировать его по этому вопросу.

— Теперь ему еще и консультация понадобилась, — пробурчал Оиси, чьи подозрения только усиливались с каждой новой фразой пленника.

— Но это единственный способ предотвратить возможную катастрофу! — взмолился Вуш.

— Я подумаю, — небрежно бросил через плечо Элдин, направляясь к двери.

— Если я не смогу поговорить с Архом, вы все об этом страшно пожалеете, — завел Вуш старую пластинку, исчерпав, видимо, последние аргументы.

— Это что, угроза? — насторожился Оиси.

Если бы Вуш умел ругаться, он непременно выругался бы в эту минуту. Опять его подвел недостаточно гибкий язык варваров. В отличие от его собственного, в нем слишком многое зависело от интонации и ударения, а малейшая ошибка могла в корне изменить смысл всей фразы.

— Я вовсе не это имел в виду, — поспешил он заверить чересчур подозрительного самурая. — По крайней мере, вы можете сейчас отправиться к какому-нибудь галактическому перекрестку и оттуда позволит мне связаться с Архом. Полутора суток, по вашим словам, для этого должно хватить. Если не откладывать, мы еще можем успеть. Как только я передам сообщение, вы уйдете в гиперпространство в любом направлении, и никто не узнает, где вас искать.

— Я подумаю, — повторил Элдин. — Подумаю? Больше вы ничего не хотите сказать?

— А что тут говорить? — пожал плечами Элдин, всем своим видом показывая, что ему смертельно надоела эта торговля.

Расправив плечи, высоко вздернув голову и выпрямив спину, Вуш выплыл из каюты. Его молчание и ледяное выражение лица без слов демонстрировали глубину нанесенной его гордости и самолюбию раны.

Как только дверь за пленником и двумя его бессменными «адъютантами» захлопнулась, Ярослав приблизился к Элдину и молча протянул ему наполненный бокал.

— Ну что ж, давай разворачиваться, — сказал он негромко.

— Ты знаешь, если бы этот сукин сын не доставил нам столько неприятностей, я, пожалуй, мог бы с ним подружиться, — заметил Элдин, с тяжким вздохом опускаясь обратно в кресло первого пилота.

— Не понимаю, почему мы должны идти на поводу у этой белой нечисти и возвращаться обратно? — раздраженно поинтересовался Оиси. — Я уж не говорю о том, как это опасно. На пересечении транспортных путей нас легко заметить и опознать.

— Риск есть, — согласился Ярослав, — но мне с самого начала претила идея забраться в глушь и там переждать заваруху. Нас все равно найдут, а оставаться в такое время в стороне от событий означает навсегда отдать инициативу Габлоне.

— С тех пор как мы разгромили его базу, о Корбине ничего не было слышно, — возразил Зергх.

— Давайте возвращайтесь назад, только потом не сетуйте, если первое встречное судно сообщит о нашем присутствии и вся свора кинется по нашим следам, — подлил масла в огонь самурай.

— Да вы только посмотрите, как он нервничает! — воскликнул Ярослав, подходя к пульту и включая голозапись только что состоявшейся беседы; он нажал кнопку, и в центре рубки возникло объемное изображение Вуша. — Я не специалист по стрессовым характеристикам этих существ, но тут любой увидит невооруженным глазом, что наш гость буквально с ума сходит от беспокойства. Такое не сыграешь.