Осознание [СИ + иллюстрации] - Евгений Сладков
Из чего выполнена Стела — даже пытаться угадывать не стали. Но вид имела просто фантастический. Сама по себе кусок плоского и прозрачно-кристаллического чего-то янтарного цвета, а чёрным отображалась вся важная информация. Как потом подсказал старший Катаврон, там и расписания всех боёв тоже выводятся, и не только они. На ощупь Стела оказалась ледяной настолько, что сразу вспоминался тот пробирающий холод стен Академии из самого первого дня. Наверное, то ощущение со мной навсегда.
Преобразился не только Аренный комплекс. Изменилась и главная артерия Академии — в бесконечном коридоре появились новые ответвления, которые ранее отсутствовали, и речь не только о Лекарском корпусе.
С одним из новых поворотов оказалась связана отдельная мощная волна ажиотажа. Вскрылось, что те баллы рейтинга, ежедневно отбираемые у каждого, не исчезали бесследно. Честно признаться, раздел Устава, освещающий эти нюансы, мы пропустили. И зря.
У каждого курса существовала избираемая структура самоуправления из числа самих учеников. Вот этим выбранным удерживаемые баллы и «падали». С учётом количества братьев и сестёр сумма там должна была быть поистине астрономическая. И это… привлекало. Всех. Тем более, что на этом вкусности и возможности не заканчивались.
Что до способа попадания в Совет Трёх, то на каждом курсе он был свой. На нашем первом система отбора включала в себя три этапа.
Первый гласил, что кандидатом может стать любой, достигший этапа Сателлита Костей. Раз это и был самый массовый уровень, то желающим попасть в число счастливчиков автоматически стал фактически каждый, за редким исключением.
Согласно второму, необходимо пройти несколько испытаний. Но они год от года менялись, так что здесь вопрос оставался открыт для новых скандалов, интриг и расследований. Что и будоражило умы всех утром и днём, вечером и ночью. Самым популярным местом обсуждения в итоге стала наша родная столовая вторая общая. До СТ-3-О так никто и не дорос — в неё как раз и открывался доступ, если стать одним из Трёх. Или просто набрать всего лишь жалкие десять тысяч баллов. Легко! Прям как два пальца о брусчатку.
Третий этап был самым лаконичным. И звучал он как: «В конце останется только один!». И, конечно, двое, занявших следующие за ним места. Тоже из разряда домыслов пока что, но все как один сходились на том, что речь здесь идёт как раз о боях на Арене.
Слова Светлого потому однажды и прозвучали внезапным ударом:
— Нам надо.
Да настолько неожиданным, что мы поначалу и не поняли его:
— Что надо?
— Место в Совете Трёх, — как малым детям, невозмутимо развернул свою мысль Микт.
— Э? — за всех ответил Аркос, и в его лице мы столь кратким вопросом выражали своё единодушие, как никогда.
— Нам нужны ресурсы, к которым открывает доступ место одного из Трёх, — всё так же продолжал разжёвывать Микт.
— О-о-о! — ну как тут не восхититься светлым гением Светлого?
Тем более что его слова полностью укладывались в ранее предложенный план Меланиты по закладке фундамента «чтоб если вверх, то в самое Небо». Правда, я мог пока что только желать ребятам благосклонности Леди Удачи — сам-то уровнем не вышел. Но надежду питал, что успею-таки прорваться, до старта которых оставалось совсем немного.
Помимо всего улучил однажды и момент для расспроса ребят про цвета их Средоточий. Ответы не порадовали. Одноцветные.
Весь доступный ярус Библиотеки тоже облазил. Но ничего не нашёл. В смысле, нашёл-то я много всякого и интересного, причём не только полезного для решения проблем с лекциями старшей Фероны, но и вообще. А вот про двухцветность — ноль, пустота. Будто такое Ядро — что-то неизвестное. А может, известное, но тщательно скрываемое. Не стал никому раскрываться и я. Даже друзьям — помочь всё равно ничем не смогут. Во всяком случае, пока.
Может, могла бы Меланита что-то прояснить, но после той истории с записями деда и «взятием» пятого вера в то отсутствовала. Не в плане доверия к девчонке, а в её знания. Да и поговорить с ней тет-а-тет всё никак не выходило насчёт всех обещанных и скопившихся «потом».
Складывающаяся вокруг меня ситуация не нравилась совсем — слишком много тайн рядом вертелось. Так-то план «не отсвечивать» всё ещё выполнялся, но количество доминошек, из-за которых он мог посыпаться в любой момент, ни разу не стремилось уменьшаться. Только смеялось и росло. Спасибо Пределу, что не в геометрической прогрессии.
Так всё и тянулось более-менее предсказуемо, каждодневно и размеренно, пока не случилось непоправимое.
«Забывашек» осталось пятеро.
Две девчонки, среди которых всё еще присутствовала Амазонка.
Три парня, среди которых был я, Пожиратель-сосед и ещё один примечательный субъект.
Пожиратель всё также вызывал у меня иррациональное неприятие, и слуховые галлюцинации: «Сожру! Всё сожру! Всех сожру!» — рядом с ним ни в какую не желали проходить. А в последнее время и вовсе будто взбунтовались, усилились. Если бы верил во что-то типа одержимости, то уже давно искал бы экзорциста. Но для кого из нас — вопрос открытый.
Субъект Примечательный был именно что таковым. При взгляде на него возникало ощущение, что его фигура то совсем расплывается, то вновь собирается воедино, восстанавливая плотность, и двоится, а то и вовсе множится. И дымка. Серая такая, будто пеплом или прахом присыпан добротно. Но если зажмуриться да головой мотнуть посильней, стряхивая наваждение, то оно проходило, как ничего и не было, и Примечательный становился вполне обыденным.
И только сёстры ничего подобного не вызывали. Самые обычные девчонки. С поправкой, конечно, на то, что находятся в Академии Предела, в группе «забывашек». В общем, хоть они и не пробуждали ни платонического, ни физиологического интереса, но лечился от испытываемых галлюцинаций именно видом прекрасной половинки человечества.
Непоправимое же крылось в приговоре, вынесенном старшим Малактором:
— Вы — Избранные!
Интерлюдия 2
'Только нашла свой сапог, стащенный Медвежутью.
Помыла доспехи.
Села пить чай.