Юлия Лукова - Прах земной [СИ]

Карл-Алексей.

Дрянь, зачем я попёрся с этой малолетней пигалицей, Мальвиной, в бар? Нужно было оставаться с Эленой, глядишь, и с Ричардом бы получилось поговорить. Даже если бы он к нам не подошёл, я бы его заметил и, скорее всего, смог бы найти способ незаметно увязаться следом. А бежать за неприкасаемым сейчас, под пристальным взором людей того наркоторговца, которые призваны незаметно следить за его драгоценной дочуркой (старый параноик наврал, что отправил её без охраны), значит нарваться на лишние вопросы…

Ладно, не нужно преждевременных волнений. Ричарда я всё равно найду. Первые плоды от знакомства с Эленой уже получены, но нужно ещё немного подождать. Всего лишь подождать.

Рич.

До встречи с Эленой внутренние противоречия буквально раздирали меня на части. Я метался из одной крайности в другую, не мог решить, как поступить с Романовой после того, как найду её. Убить, похитить или для начала просто понаблюдать со стороны?

В конце концов, так ни в чём и не определившись, я вернулся в город, в котором рассчитывал встретить свою бывшую заказчицу, и начал сбор информации.

Мысли о том, что Элена могла умереть в той аварии, в голове как-то не возникали, либо очень хорошо прятались моим подсознанием. Правда, всё это было ровно до того момента, пока я сам не увидел её воочию.

Девушка однозначно похудела, побледнела и стала мало похожа на себя прежнюю. Глаза у неё, пусть она и старалась лишний раз на меня не смотреть, будто выцвели, изменились до неузнаваемости. В разговоре с её стороны также отчётливо проскальзывал страх, растерянность и непонимание.

Но ещё большее непонимание проступило на лице Элены, когда я, устав от многодневной непрекращающейся боли, снял перчатку и схватил её за руку.

Она так испугалась моих ногтей… почему? Она же их не раз уже видела! И только сейчас поняла, что нужно бояться?

А потом появился Карл, неофициальный палач Дома Неприкасаемых. Хотя теперь, после смерти Маэстро, он, наверное, стал новым главой. Кому ещё им быть, как не ему? Только что он забыл в России? Да ещё так близко ко мне и Эле?

С прогулки я вернулась в плохом настроении, ни на секунду не забывая о своей встрече с неприкасаемым. Подумать только, за последние десять лет мы виделись с ним всего два раза, а он уже зачем-то требует себе мою кровь.

Не знаю, зачем она ему вдруг понадобилась, но догадки, которые возникают в голове по этому поводу, позитивом и надеждой не блещут. От них, если уж приводить примеры, наоборот, будто серый дымок обречённости идёт, с характерным едким запахом гари.

Дома нас с Мальвиной как обычно ждала Маргарита Анатольевна, которая, отправив дочку куда-то на третий этаж, тихо поинтересовалась о моём самочувствии, настроении и частенько посещающих меня приступах головной боли.

Она всегда об этом спрашивала, так что я уже привыкла отвечать на её бесконечные вопросы. Но сегодня к заученным ответам пришлось добавить коротенький рассказ о своей встрече в кафе с "эпатажным молодым мужчиной". А то дойдёт до четы Зубакиных вся эта информация через "сломанный телефон" в лице Мальвины, и окажется, что со мной не только познакомиться хотели, но и вообще чуть ли не изнасиловать.

Закончив разговаривать с Маргаритой, я, скрипя сердцем, попросила слоняющегося по дому охранника перенести меня наверх. Он согласился, и через несколько минут я уже сидела на кровати в своей комнате, в обнимку с подушкой и смотрела в окно. Повторяющаяся ситуация, дежавю. Когда оно приходит, я постоянно чувствую себя не в своей тарелке, а мир видится плоским, ненастоящим и будто нарисованным…

Не выдержав давящей на грудь тоски, я вытащила из кармана джинс телефон и позвонила Мальвине, попросив её побыстрее подняться ко мне в комнату.

– Хавашо, – уже что-то стащив на кухне, прочавкала она в трубку.

Культура, – про себя усмехнулась я, задней мыслью даже позавидовав Зубакиной в том, что она такая простая. Я вот не могу так легко вести себя с совершенно чужими людьми, общаться с ними, как со старыми знакомыми, и делиться своими проблемами, а Малька может.

Иногда это кажется мне её главным недостатком, а иногда хочется стать ну хоть немножко похожей на неё.

– Чего звала? – дружелюбно спросила она, заходя в спальню с большим бутербродом в одной руке и баночкой газировки в другой.

– Ничего. Просто. Поразвлекай меня, мне скучно! – откинувшись назад на подушки, я с интересом посмотрела на озадаченное лицо Мальвины.

– Я тебе чё шут дворовый? – уперев руки в бока и нахмурив брови, обиженно проговорила она. – Позови Медузу, она у нас смешнее любого клоуна номера откалывает, вдруг и тебя на смех пробьёт?

– Сомневаюсь, – прокрыв рот ладонью, зевнула я.

Мы секунду помолчали, а потом Маля негромко позвала:

– Эль.

– Чего?

– А к тебе, правда, только познакомиться подходили? Тот мужик странно одет был, он никакой там, случайно, не извращенец?

– Откуда я знаю, может и извращенец. Но подходил он только, чтобы познакомиться, – пожав плечами, соврала я и уставилась на свои руки, сомкнутые в замок.

– Тогда почему ты с ним не познакомилась?! – неожиданно подлетела к кровати девушка, нависнув надо мной, как туча над землёй, и возмущённо сверкая глазами-молниями. – И нифига мне тут ничего не говори про то, что он старый был. Нормальный! И одет прикольно!

– Ты же только что говорила, что одежда у него странная? – с сомнением уточнила я.

– И странная, и прикольная. Так тоже может быть! – важно заключила она, закатив глаза.

Ха! В этом и есть вся Малька. И за себя решит, и другим поможет, даже если её об этом никто не просит…

Какой бы недоверчивой и сложной в общении не считала себя Элена, но с Алексеем она сдружилась достаточно быстро. Темноволосый, улыбчивый парень со странным блеском в глазах очень часто навещал её в доме Зубакиных, нередко привозя с собой небольшие подарки вроде маленьких шоколадных конфет и мармелада. Один раз он даже подарил ей съедобные шахматы, которые Элька потом на пару оприходовала с Мальвиной, едва начав партию. Уж больно вкусными оказались фигурки, и слишком долгой виделась девочкам эта игра, чтобы ждать с моря погоды, когда можно будет загнать вражеского короля в угол и поставить ему "шах и мат".

Лёша после этого ещё долго сокрушался по поводу того, что кому-то катастрофически не хватает терпения и силы воли, невзначай кося взглядом в сторону Мальвины. Последняя это, естественно, замечала, и в долгу тоже не оставалась, отвечая ему в свой излюбленной, немного резкой манере, зато без высокомерия и заносчивости, как это было в первый раз.