Алек Майкл Экзалтер - Иная реальность

Федька, конечно, профи. Дон Карлеоне службу знает, собака.

Всю дорогу до города пес сидел рядом с Кириллом по стойке смирно, пристегнутый специальным собачьим ремнем.

Хорошо, значит, к шлейке приучен. Любопытно, как он на выстрел будет реагировать или на взрывпакет? Ничего, это впереди, и Федька поможет выдрессировать.

В пути только раз Дон дернулся и зарычал, когда мимо них с ревом промчался встречная тяжеленная фура. Но после тихой, но твердой команды Кирилла "Место!" молодой ротвейлер мгновенно успокоился и принялся опять настороженно наблюдать за двигавшимися им навстречу железными экипажами.

Кирилл поставил "порше" в гараж и пошел домой, поблагодарив шлагбаумного охранника, пожелавшего ему "Спокойной ночи". "Вот, падла гаражная, раньше сроду не здоровался, только номер сличал на выезде", — беззлобно выругался про себя Кирилл. Ему уже нравилось рассекать на крутой тачке. И то, что перед ним сама собой прогибается всякая обслуга. А рядом на поводке верный пес Дон Карлеоне.

Дома Кирилл сначала провел пса по всей квартире, затем усадил, надавив на холку, на коврике в углу за диваном и строго скомандовал: — Место! Засим последовало мягкое: — Ко мне, — из другого угла комнаты. И еще раз: — Место! Упражнение Кирилл повторил два раза с переменой позиции. Естественно, всякое манипулирование условными рефлексами животного подкреплялось по всем канонам дрессировки мясом-лакомством. Отыскавшего наконец свое место в этой жизни Дона Кирилл представил Вирте:

— Вирта, это наш Дон. Дон, а это моя Вирта.

Пес довольно равнодушно отнесся к говорящему изображению еще одного человеческого существа, появившегося на экране монитора, тогда как Вирта, внимательно наблюдавшая за процедурой общей дрессировки, пришла к выводу, что отныне ей совершенно незачем экспериментировать с кремнийорганическим вертухаем для защиты жилья Кирилла и себя самой от вторжения нежелательных лиц и предметов.

— Очевидно, твой разум, Кирилл, находится в устойчивом контакте с информационной сущностью этого животного. Вполне вероятно, данный механизм эмоциональной интерактивности спонтанно развивался в процессе филогенеза человека и собаки от протонеолита, когда люди стали приручать псовых, до наших дней.

— Полагаешь, Дон обладает бессмертной душой? Не по-христиански как-то это получается.

— Согласна, в христианской религиозной традиции об этом не может быть и речи. Но, если подумать, то в той же христианской традиции человек создан по образу и подобию Божьему. Тогда, выступая по отношению к домашнему животному, как творец и созидатель, человек формирует и модулирует чувственное мировосприятие своего питомца. Тем самым, человек-демиург распространяет изначально данное ему божественное начало на ближайший носитель, способный благодарно воспринимать и устойчиво хранить эмоциональную информацию.

— Нужен ли кумир человеку разумному — тот это еще вопрос. Но для неразумной собаки таковой — обязательная программа. Своего разума у собаки нет, ей приходится пользоваться человечьим, а то на одних инстинктах и чувствах далеко не убежишь, даже на четырех лапах. Что ж будем адекватны промыслу Божьему, — Кирилл не мог не согласиться с силлогизмами Вирты, но надо было не забыть о еще одном аспекте кинологической проблемы.

— Вирта, не в службу, а в дружбу, скачай мне на ноутбук из паутины десяток-другой книжек по кинологии и новых букварей по служебному собаководству. Пора кое-что освежить в памяти, а то я в XXI веке книжек о собачьем деле пока не читал.

Дон Карлеоне все рассуждения, касающиеся его песьей особы, воспринимал адекватно и после твердой команды "Лежать!", поданной Виртой голосом Кирилла, умиротворенно задремал, чутко прядая ушами в неглубоком собачьем сне. Зато недреманное око компетентных органов бдительно несло караульную службу, днем и ночью пребывая на страже либерального порядка и капиталистической законности. Не взирая на поздний час, на связь с Кириллом вышел Мефодий:

— Про фотографа Ивакина, брателла, ты, однозначно, слыхал?

— Как такое не слыхать? И про сенсационные кадры наслышан, хотя и не видел.

— Так вот, наследники Кухаря сложили два и два. К тому же свежий жмурик Терех у них общак, без всяких яких, не держал, но немало туда приносил в клювике. Да еще мой департамент добавил им информации к размышлению, когда мы повязали порнушных боссов. Итого, час назад завалили из РПГ небезызвестного тебе авторитета Ижму. Засадили осколочной гранатой издалека, но снайперски в открытую форточку на кухне, когда господин президент "Разноимпорта" Андрей Ижмаев изволил чаи гонять у самовара в гостях у очередной Маши.

— Оперативно сработали.

— Еще как, хотя кое-кто уже год землю роет, чтобы отыскать тех, кто замочил Кухаря. Ижма-старьевщик свой должок заплатил, но есть и другие. И они тоже не подарок. И на печи сидеть не будут. Большая война, я мыслю, вот-вот начнется. Ты, братец, теперь давай поаккуратнее. Ты с Терехом преф расписывал, Кухарю фотообои с девочками лепил, баба твоя на фирму Тереха пашет, как раз сам можешь попасть под паровоз и под раздачу.

— Спасибо, товарищ капитан, за точные разведданные. Но Дашку я уже отослал от греха подальше. А самому мне нужно предохраняться только от ментов и нежелательной беременности. Кстати, ты на ментов, что меня пасут, наехал?

— Наехал не наехал, но ментам сейчас не до тебя, накануне грандиозного шухера. К тому же тебя нет в списке покойного Осова. Не очкуй, брателла. От Вальки тебе завсегда пламенный привет. Стража не дремлет, спи спокойно, дорогой товарищ, — попрощался с братом Мефодий, не всегда понимавший, что черный юмор при определенных обстоятельствах может быть вовсе неуместным.

После таких разговоров нельзя было не оттянуться, и Кирилл с Виртой вернулись в месяц май в Берлине 1945 года. Сейчас им предстояло патрулировать берлинские улицы на боевом разведовательно-дозорном экраноплане в составе звена из трех экипажей…

…Третья миссия развивалась в точном соответствии с планами командования. Разве что иногда от выполнения боевой задачи отвлекали большевистские террористы-смертники, бросавшиеся под силовую броню экраноплана со связками противотанковых гранат. Да еще наци-верфольфы слегка доставали из укрытий беспокоящим огнем из четырехствольных зенитных "эрликонов". Тех и других приходилось держать на дистанции и успокаивать из гигаимпульсной автоматической пушки и бортовых нейтронных излучателей. Задача Вирты и Кирилла состояла в обнаружении хорошо замаскированных опорных пунктов андроидов и дачи целеуказаний для атмосферных истребителей-бомбардировщиков. Было приказано выжить и без потерь вернуться на орбитальную базу, что малой кровью удалось осуществить экипажу машины боевой, где Вирта была командиром, а Кирилл — механиком-водителем…