Ол Гот - Остров

      Формальность происходящего  успокоила.  Однако Речел почему-то оставалась встревоженной. Вежливый секретарь проводил  девушек до выхода  в  сад,  и  у  сестер появилась возможность спросить подругу о причинах грусти.    

      - Я не знаю, как вам объяснить. Я никогда не видела этого человека. Но его глаза... Мне все время казалось, что он знает про меня все... И какая-то боль в этих глазах... Я встречалась где-то с  этими глазами.

      Лиз на мгновенье задумалась:

      - Пожалуй, она права.  Только глаза были холодные и  колючие... Но откуда мы можем знать этого старика?

      Вопрос повис в воздухе. На пороге их дома стоял сумрачный Дуглас.    

      - У меня плохие новости.  У  Георга  сильнейший  приступ. Врачи не  гарантируют ничего.  Он ненадолго приходил в себя и сказал, что ему нужна Бет де Гре и дети.  Элизабет.  Я не знал про детей.  Но  если  он  очнется  еще,  то  вам  надо бы было спуститься к нему.

      Тессу не удивила ошибка офицера. Тонкие хитросплетения отношений в их семье не могли прийти в голову постороннему.

      - Речь идет не о Лиз.  Элизабет де Гре или Бет,  это наша мать, а дети - младшие сестры и брат. Сестры тоже его крестницы. Мать долгие годы была близка с Георгом.  Отец тоже. Ну, в общем, это непросто  объяснить.  Мать  необходимо  как-то  известить.

      - Ну, в  этом  проблем  нет.  Пишите  телеграмму,  и  через несколько часов она будет у нее на столе. Пусть срочно вылетает в Афины, да и детей берет. Самолет из Афин сюда я обеспечу.

      Собственно совещались недолго. Лиз и Речел оставались на острове с Георгом, а Тесса должна была вылететь в Афины встречать мать. Тогда же Дугу передали текст телеграммы.

      01.08.1954 г.

      Г-же Элизабет де Гре, Фишфорд–хаус, Пагнелл, Бакингемшир.    

 Срочно вылетай Афины.  Георг при смерти. Хотел видеть тебя детей. Телеграфируй рейс адрес этого отправления. Тесса встретит Афинах.

                                        Элизабет. Тесса.

      С того момента, как телеграмма попала в руки Макдедли события начали развиваться,  как в авантюрном боевике.  Уходя на радиостанцию, Дуг  предупредил,  что  бы  через  четверть часа Тесса была готова спуститься вниз. Ждали автомобиль, но неожиданно над горой завис вертолет, и девушке впервые представилась возможность, в полете познакомились  с  огромной  стрекозой.

      В госпитале оказались неожиданно быстро. Но врачи к Георгу не пустили, и она его видела только через стекло  реанимационной палаты. Обедали опять в больничной столовой.    

      Здесь впервые за прошедшие полторы недели Тесса  встретилась с капитаном «Ариадны». Яхту отремонтировали,  но болезнь хозяина приковала и судно к острову.  Разговор не был долгим, какой-то  офицер базы  напомнил морякам,  что если они хотят вернуться в гавань до ночи, то должны собираться, и на этом короткая встреча закончилась.

      Тессу разместили в ее бывшей палате. Оставшись наедине со своими мыслями, она неожиданно поймала себя на том, что думает не о предстоящей встрече с матерью.  Мысли занимал Дуглас Макдедли. Она почему-то решила, что откровенный «кабель» не упустит случая воспользоваться ее одиночеством. Надо было приготовить достойный отпор, но опять, где-то в глубине души девушка чувствовала, что если Дуглас окажется достаточно умен, то победа этой ночью будет за ним. Она со смятением ловила себя на том, что хочет этой победы.

      Она уже начала  маяться томительным ожиданием,  когда в палату заглянуло лукавое личико знакомой медсестры.

      - К вам посетитель. Можно? – Сердце замерло, ее ожидание сбывалось.

      Тесса даже не успела, ответит, как ехидное создание исчезло, но  это ее уже не занимало. Сердце радостно забилось. В дверях стоял смущенный Дик. На нем опять был летный комбинезон и в руках он теребил  кожаный шлем. - Он только что прилетел на остров, и ему приказали найти Тессу. Их самолет полетит в Афины.

      Девушка  сразу же выкинула рыжеусого бабника из головы. Перед ней стоял «их Дик» и он должен был стать «ее Диком». Речел придется смириться с неизбежным.

      Афины изнывали от обычной в это время года жары.  Отсюда, с полуденной  высоты  Акрополя,  была отчетливо видна желтовато-сизая дымка, накрывшая столпившийся в котловине город.  Безветрие и дымы многочисленных труб,  смрадные  испарения и гарь изношенных автомобилей закрывали небо  над  городом.  Но  даже здесь, наверху,  небо уже потеряло свою яркую голубизну. Изнуренное солнцем оно казалось блеклым, выцветшим.

      Еще вчера,  когда  задание,  данное  Дику,  обрекало  его на тесное соседство с Тессой в течение  нескольких  дней,  у  нее мелькнула торжествующая мысль:

      - Ну, теперь-то тебе от меня не уйти.

      Тогда же  то ли в порыве минутного тщеславия,  то ли повинуясь долгу, взятому на себя перед подругой, она позвонила  в  коттедж на горе,  и  сообщила, с кем полетит в Афины.  Прощаясь с Речел, Тесса довольно двусмысленно намекнула,  что бы подруга ни придавала  большого  значения  «мелким эпизодам».  В любом случае всерьез кружить голову Дику она не собиралась.

      И вот  теперь,  стоя здесь на самом краю скального обрыва Акрополя,  она ловила себя на том,  что  с  трудом  сдерживает раздражение.  Мальчишка,  еще так недавно охотно шедший в сети, расставленные сестрой,  вел себя с ней с бескорыстным  братским целомудрием.  Был заботлив и предупредителен, но абсолютно игнорировал до неприличия откровенные поползновения девушки.

      Тесса не сомневалась в своей опытности и в отсутствии Речел считала  победу  над  лейтенантом неизбежной.  Это не было пустым самомнением.  Она,  как впрочем, и сестра знали  случаи, когда  мужчины  не шли на поводу соблазна, но всегда для этих мужчин альтернативой был выбор между двумя поразительно  похожими женщинами.  Случаев, что бы мужчина избежал ее чар, когда сестра не была соперницей,  не было и уже устраиваясь в кресле летающей лодки,  Тесса прикидывала свое поведение с Диком. Все было ясно,  привычно и все пошло наперекосяк  с первых же  минут этой встречи.

      В салоне гидросамолета,  не того  большого,  которым  их доставили на  остров  в день после катастрофы,  а небольшого и удивительно изящного,  она оказалась одна.  И хотя Дик не  раз выходил из пилотской кабины, заботливо снабжая пассажирку свежими журналами и газетами, сладостями и кофе, фруктами и сигаретами, обязанности  штурмана неизбежно заставляли его возвращаться на свое место рядом с пилотом.  Максимум, чего добилась девушка за часы полета, это была возможность посидеть в кресле штурмана и вынесенная уверенность в невозможности для нормальной женщины разобраться в этом ребусе из циферблатов, стрелок, рычажков и переключателей. После знакомства с кабиной, дверь в нее  благосклонно  не  стали закрывать, и Тессу не раз обжигали привычно вожделеющие глаза пилотов.  Однако упрямый  мальчишка,  со своего места,  ни разу не бросил на нее даже случайного взгляда, и  лишь с невозмутимостью профессионального стюарда выполнял откровенные капризы красивой женщины.