Джефферсон Свайкеффер - Призрак войны

Первым увидел ее Ханк. Она была далеко в долине. На восток простиралось плато Адоб Флате, обширное дно озера с оспинами от проведенных подземных ядерных испытаний. Там, далеко впереди, Ханк увидел крошечную серебристую фигуру.

Он уложил своих спутников. Они были в трех милях, не более. Де Сото пожалел, что не взял бинокль, но затем успокоился. Бинокль не приносит пользы, а лишь ставит человека в зависимость от себя. Он, как телескопический прицел винтовки, лишь внушает чрезмерную самоуверенность.

– Пошли, – он рванулся в скалы. Энергия в нем кипела. Другие старались не отставать.

Через полчаса они остановились. Они долго рассматривали группу вдали.

– Трое… робот и два человека.

– Робот несет что-то. Похоже, третьего человека.

– Разговорчики, – прикрикнул де Сото. Сощурясь, он долго смотрел.

– Данкен, что видишь ты?

– Я вижу робота, небольшого человека, большого человека и человека на ру shy;ках у робота.

– Энди?

– Я так далеко не вижу.

Де Сото поморщился. Он еще раз подумал, что Энди не следует принимать в расчет.

– Ханк?

– Мне кажется, я вижу то же, что и Данкен.

– Хорошо. Трое видят одно и то же.

Он встал и пошел. Он взял курс на перехват, который скроет их, пока не останется примерно четверть мили до робота и тех троих. Другие последовали за ним, время от времени зевая. Данкен приостановился, чтобы проверить оружие. Затем догнал ос shy;тальных. Де Сото ничего не сказал.

Час за часом они подходили ближе. Они шли быстрее, но они старались идти скрытно, прячась за скалами. Через три часа они были готовы выйти из укрытия. Данкен выглянул:

– Все четверо перед нами. Прямо по ходу.

– Начнем, – пробормотал де Сото. Все четверо вышли на гребень с оружием наизготовку.

Впереди никого не было. Скалы были пусты! Четверка нырнула вниз, подумав, что они сами попали в ловушку, но ничего не случилось. Не было ни оклика, ни окрика и уж, конечно, никаких выстрелов. Усилив осторожность, они опять выдвинулись. Они рассыпались по гребню, пытаясь обнаружить добычу.

Ханк, у которого зрение было самым острым, первым заметил, куда делись робот и компания. Он почти крикнул, но сдержался и махнул рукой, зовя к себе ос shy;тальных. Когда подошел де Сото, тот ничего не мог сказать.

– Где же они? – спросил он скорее озадаченно, чем сердито.

– Там пещера… И их следы ведут внутрь.

Они посмотрели друг на друга:

– Пещера?

Они оглядели окружающую местность, затем вперед. Зев пещеры был едва виден. Следы вели внутрь.

Грант настоял на том, чтобы идти во главе. Маршрут был каменистым, но не трудным. Дельта и Мадлен шли за ним. Сэм, недовольный мраком, шел послед shy;ним. Его друзья были впереди внизу, он видел их силуэты.

“Итак… мы идем воевать”, – Сэма передернуло. Он почувствовал вес своего груза с оборудованием. В качестве оружия его багаж был мало пригоден. Он взял с собой электронные компоненты, портативный компьютер и всякую мелочь. Он вздохнул, стараясь не отстать от друзей, спускавшихся в преисподнюю. “Самое смертельное оружие у меня – паяльник”.

Мадлен, вконец усталую, поддерживал Грант, и Дельта помогала ей преодолевать камни на пути. Мадлен была настроена решительно.

Столь же решительно была настроена Дельта. Ее враг остановлен, предстоял бой. Теперь она ощущала его присутствие как никогда остро. Она ощущала его силу, его голод, лишь отчасти утоленный. Она чувствовала его страх и его бешенство.

– Восемьсот ярдов под нами, – прошептала она Гранту, – впереди и справа.

– Очень хорошо, – ответил Грант и не удержался от шутки: – Этот туннель может повернуть влево или вправо, но лучше ему идти прямо вниз.

Дельта не поняла:

– Почему?

– Местность над нами понижается в этом месте, и до поверхности земли здесь всего тридцать футов или около этого.

– Откуда такие сведения? Ты делал замеры? – спросила Мадлен.

– Да… некоторым образом… я пытался, – гортанный выговор оскорбленного достоинства Гранта служил оптимистическим признанием того, что пока он и Мад shy;лен работают вместе, они непобедимы.

Они шли по следу, не обращая внимания на острые зазубрины скал и камней, убранных с пути при рытье туннеля. По этому поводу Грант отпустил лишь одно замечание:

– Зверюга оставляет туннель в сыром виде. Это напоминает мне туннель, который мы провели от горы Кандришари в засуху сорок девятого. Немчик полковник Шварцгернер заставлял нас выравнивать его. Мы считали, что в нем погибает скульптор. По этому туннелю можно было скользить вниз. Вот как надо делать туннели.

Сэм, слушая воспоминания Гранта, улыбался. Он совсем развеселился, когда Мадлен отпустила издевательское замечание в связи с подвигами Гранта:

– Этот туннель строили против засухи, чтобы отвести воду из озера в долину?

– Да, – ответил Грант, предвкушая неладное.

– Это то озеро, которое высохло после окончания туннеля.

– Гм… да… – Грант помолчал. – Канал получился слишком широким, а озеро мельче, чем мы рассчитывали.

Сэм покачал головой. Если приключения Гранта были правдой, они служили хорошим объяснением потери Британией своего престижа в Индии в послевоенные годы. Погруженный в диалог впереди, он не слышал звука шагов погони.

Они прибыли в первую камеру и увидели горящую нефть. Эта камера была как пузырек воздуха в массе скалы. Ее пол был устлан большими камнями. Одна из стен была покрыта сажей. Бочки с нефтью у другой стены в какой-то мере объясняли происхождение огня. Грант пробрался в центр каверны.

Мадлен, Дельта и Сэм осторожно пробрались к нему.

Сэм остановился подле Мадлен отчасти из страха. Красноватый колеблющийся свет открытого огня отражался на красных скалах. Наверху были углубления, похожие на норы летучих мышей.

Даже Дельта говорила приглушенно:

– Омикрон по-прежнему под нами, пятьсот ярдов в этом направлении. – Она указала серебристой рукой.

– Мне кажется, я вижу вход в туннель, – пробормотал Грант. Он начал пробираться с камня на камень. Остальные последовали за ним, с неохотой покидая светлое место, но увлекаемые его энергией. По крайней мере, он не боялся темноты. Сэм, который опять завершал шествие, размышлял на тему о том, боится ли Грант вообще чего-либо.

В следующей каверне стояла вонь. У Сэма не было ни малейшего представления, чем пахнет. Грант и Мадлен, умудренные опытом, признали, что так пахнет на бойнях. Вскоре Грант увидел скелет, кожу и другие остатки мертвой лошади.

– Не имеет ни малейшего понятия о разделке конины, – сказал он с презрением в голосе.