Год 1995-й. Русский Ренессанс - Александр Борисович Михайловский

Билли, которого я амнистировал за хорошее поведение, отправится в мои владения на положении гостя с открытым листом. Вот и все об этих людях. И в тот же момент я опять выступлю по CNN, объясню, за что Америке такая епитимья, и предоставлю слово президенту Франклину Рузвельту, который отныне будет жить на два дома. Так-то старина Фрэнки милейший человек, только пальцев в рот ему класть не стоит — откусит, будто гильотина для резки металла: чик — и нету. Но в отношениях с равным партнером, от которого нельзя ждать слабины, он будет выдержан, корректен и не станет ссориться из чисто идеологических соображений. На первом месте у него интересы американского народа, а остальное вторично.

Кстати, Мэри поблагодарила меня за такое решение местного американского вопроса — мол, лучшего варианта, устраивающего всех, было не найти. Тогда я ответил, что это не я, а сами президенты Рузвельты вызвались добровольцами, а она парировала, что все-таки это я непосредственно подвел их к такому решению, воззвав к врожденному чувству ответственности. Ну что же, если моей американской Верной хочется так думать, я не против. Главное, чтобы все были счастливы (закулисных кукловодов нынешней Америки в расчет не берем), а остальное неважно. Теперь пора мчаться в Европу и бить горшки на тамошней кухне, после чего «Неумолимый» надо будет, сняв маскировку, повесить над Москвой и продолжить фигуры Марлезонского балета. Все еще только начинается.

31 декабря 1994 года, 1 4 : 4 5 мск. Околоземное космическое пространство , линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Пока мы занимались американской проблемой, ситуация в Грозном развивалась примерно в русле Основного Потока, хотя и со значительными отклонениями в лучшую сторону. Более-менее прилично дела обстоят только у группировки «Северо-Восток» под командованием генерал-лейтенанта Льва Рохлина. Тот воюет «по науке», а не бежит ко дворцу Дудаева сломя голову, а потому Паша-Мерседес из Моздока покрикивает на него «Отстаете!». Остальные группировки, как и ожидалось, влипли в засады, по всему городу стоят подбитые танки и БМП, валяются трупы убитых бойцов и офицеров. Стандартная тактика боевиков еще с Афганистана — подбить из гранатометов головную и замыкающую машины, а потом расстреливать остановившуюся колонну как на полигоне.

Первый батальон 131-й Майкопской бригады и половина 81-го гвардейского мотострелкового полка уже зажаты в кольцо в районе железнодорожного вокзала. «Майкопцы» контролируют вокзал и некоторые окрестные здания, мотострелки заняли депо. К этому моменту командир бригады полковник Савин уже понял, что это ловушка, и просит помощи, для которой ему собирают… опять же колонну бронетехники, которая попадет в засаду в районе Дома Печати. На другом конце города на площади Минутка в историю влипли подразделения 129-го мотострелкового полка из группировки «Восток». Сначала они колесили по заречной части Грозного, последовательно проезжая мимо нескольких засад и неся потери, а сейчас направляются к кинотеатру «Родина», где их ждет еще одна засада, бой в окружении, после чего последует отход на занимаемые позиции. Судя по происходящему, маршруты российских войск ичкерийскому командованию были известны заранее, так что все засады расставлены там, где они смогут нанести федералам максимальные потери.

В эфире мат-перемат, просьбы о помощи, чеченцы вклиниваются в переговоры российских военных, за сдачу с техникой предлагают «Мерседесы» и денежное вознаграждение. Неоднократно были идентифицированы голоса, принадлежащие Аслану Масхадову и пгавозащитнику Сергею Ковалеву. Эти двое «работают» в паре, в основном обращаясь к командирам подразделений. На той стороне известны не только позывные командиров, но и номера частей и подразделений, а также их фамилии и прочие личные данные. А это уже утечка напрямую из министерства обороны или даже от командования российской группировки в Чечне — если не от самого Паши-Мерседеса или генерала Квашнина, то от кого-то из их холуев. А это дело пахнет настолько обширным предательством, что теперь ведомству Бригитты Бергман предстоит копать до самого центра Земли.

И в то же время егерские боевые группы не бездельничают, и пьют кровь врага ведрами, хотя прожевать за раз пятнадцать тысяч врагов им не по силам. В основном их жертвами становятся мелкие группы боевиков, кочующие минометы и автотранспорт, на котором ичкерийцы доставляли в зону боев подкрепления и боеприпасы*, а также эвакуировали своих раненых. Когда лазерные лучи с нескольких точек насквозь пронизывают тентованный грузовик, битком набитый боевиками, пробивают бак и кабину, то машина разом обращается в пылающий факел. С грузовиками, перевозящими боеприпасы, или машинами, на которые установлены кочующие минометы, может получиться еще интереснее, только вот расстреливать их рекомендуется с более-менее солидного расстояния: рвануть может так, что не спасет никакая защитная экипировка. Также моим егерским группам удалось внезапным ударом с тыла вырезать несколько засад, тем самым облегчив положение атакованных российских войск.

Примечание авторов: * по воспоминаниям участников тех событий, у боевиков на руках имелось такое количество выстрелов к противотанковым гранатометам (спасибо Павлу Грачеву), что они палили из них не только по бронетехнике, но и по отдельным солдатам. А на себе такое количество боеприпасов не унести, требуется постоянное снабжение. Да и маневрировали силами боевики по городу тоже отнюдь не пешим порядком.

При этом с по-настоящему крупными бандами, изготовившимися к круговой обороне, егеря без серьезных потерь справиться не смогут, а потому такая задача им и не ставится. Однако, несмотря на ограниченные возможности, боевые егерские группы с порученным делом справляются. Эффект от их работы не только чисто военный, но и психологический. Перемещаясь по городу, боевики уже не раз находили отряды своих пропавших из эфира подельников перебитыми до последнего человека, в ошеломлении созерцая кучки отрезанных голов, где рядом с седобородыми аксакалами лежали безусые юнцы, а также сожженные или взорванные машины, когда от людей не осталось вообще ничего.

Наткнувшись на несколько мест, где боевики расстреливали пленных российских солдат, мои воительницы начали истреблять их не только по приказу, но и по велению души. Поэтому кровь течет по земле рекой, и никто из ичкерийских головорезов не может быть уверен, что в следующую минуту сам не станет жертвой беспощадных убийц, которых не видел еще никто из живых. Мелкие отряды в один страшный момент просто перестают выходить на связь, а потом их находят в таком разукомплектованном виде. Почерк настолько не российский, что даже у старых людоедов с многолетним афганским опытом под папахами дыбом встают седые волосы. До криков «жить хочу, жить!», еще далеко, однако монолитная уверенность в своей правоте и безнаказанности поколеблена. А самые