Юлия Лукова - Прах земной [СИ]
Сначала чтение шло со скрипом, потом в книге стало появляться интриг и загадок… но Малька, негодяйка, как-то умолчала о том, что подсунула мне ужасы. А по обложке и аннотации жанр определить было невозможно!
До середины романа главы ещё ничего попадались, зато, читая вторую половину, мне то и дело хотелось спрятаться под кроватью и просидеть там до самого утра, носа наружу не высовывая. Да интерес, будь он неладен! Пришлось всю ночь из-за него читать и прислушиваться к каждому шороху, боясь услышать за дверью скрип половиц или скрежет точащихся друг о друга ножей. Но, не смотря на то, что на чтение этого романа ушла уйма времени, дочитать его я так и не смогла. Слишком томик объёмным оказался. Автору нужно было ещё немного помучить героиню, прежде чем прирезать её руками маньяка.
В итоге после обеда я опять сидела с книгой в руках, чувствуя, как на шее волоски поднимаются от страха, а глаза против воли стреляют в сторону закрытой двери, окна и шкафа, стратегических мест для появления любого маньяка-извращенца.
– Артём Сергеевич будет недоволен…
– А я тебе что тут уже битый час втуляю? Это мой телохранитель! Так что давай, отходи в сторону! Или я тебе сейчас морду начищу! – послышалась вдруг ругань где-то на другом конце этажа.
Голос Лёши среди прочих узнать было легко, в нём как обычно смешались капелька возмущения, горстка вздорности и нахальства. А спорил он с кем-то из личной охраны Зубакина, кажется.
– Здорова, Элька! – распахнув двери, жизнерадостно поприветствовал меня Алексей, попутно одарив загадочной, слегка пакостной улыбкой и лёгким прищуром хитрых глаз.
Одет он был в ярко-красную футболку с иероглифами, чёрную куртку и серые джинсы. Волосы как всегда растрёпаны, а глаза немного блестят. Всё-таки они у него по жизни такие.
– Привет, – нерешительно проблеяла я, так как парой секунд ранее прочитала эпизод, где главной героине от неведомого воздыхателя пришла посылка с браслетом из человеческих зубов. – С кем ты там уже поцапался?
– Ай, не знаю. Осёл какой-то прибежал и выгнать меня с этажа пытался. Самоубийца, чтоб его, – усмехнулся парень, приблизившись и сев на самый краешек кровати. За ним с отставанием в пару секунд в комнату вошёл… мой старый знакомый из Дома неприкасаемых.
На меня будто каменную плиту кинули. Сердце в груди дало сбой, на мгновение упав куда-то в область желудка, а по спине пробежал слабый холодок. Эффектное и неожиданное появление моего самого сильного детского кошмара.
Откуда? Откуда он здесь взялся?!
Незаметно облизав пересохшие губы, я попыталась поймать за хвост хоть одну умную мысль, но на ум, как назло, ничего путного не приходило. Лёша, скорее всего, заметил мою нерешительность и нехилый испуг, отчего не постеснялся заговорить первым.
– В общем, Эль, у меня к тебе есть разговор. Он короткий, но очень серьёзный. Ричард, – кивок на застывшего чуть позади убийцу. – Я знаю, ты с ним знакома, когда-то жил в Ластонском Доме неприкасаемых, и сам, естественно являлся неприкасаемым. По приказу своего главы, он когда-то убил твою мачеху.
– А… ты откуда об этом знаешь? – вздрогнула я. Не столько от неожиданности, что об этом случае знает кто-то ещё, сколько от лёгкости и беспечности, с которыми приятель мне об этом сообщил.
– Потом расскажу, не сейчас, – замахал руками парень. – Из-за аварии ты много чего забыла, а Рич не обо всём хочет мне рассказывать, поэтому нормально разложить ситуацию по полочкам я тебе не смогу. Так что выслушай пока так, как есть. Гут?
– Гут, – с подозрением согласилась я, гадая, что же такого страшного хочет сказать мне этот засранец, по доброй воле связавшийся с убийцей.
– Итак… ну, не буду особо мудрить со вступительными речами и скажу сразу: ты и Ричард вместе недавно сбежали из Ластонии. По какой причине, нафига – не знаю. Но так сложилось, что моя работа тесно связана с поисками таких вот неприкасаемых-беглецов. Я помогаю им устроиться и приспособиться к жизни в обществе, учу тому, что убивать всех подряд плохая кака, а они за это какое-то время работают на меня. Так вот, Эль… можешь на меня, конечно, обижаться, но мы с тобой знакомы никогда не были. Я нашёл тебя только для того, чтобы попытаться потом связаться с Ричардом. Понимаешь?
Не всё, что он говорил, доходило до моего мозга с первого раза, но то, что всё-таки долетало, тоже имело нехилый успех и вводило в длительный ступор. Большое благо, что от шока я очнулась достаточно быстро и хотя бы внешне смогла вернуть себе самообладание. Про внутренний контроль, правда, лучше умолчать.
– Связался? Молодец. Зачем тогда опять ко мне припёрся? У меня ведь, надеюсь, больше нет знакомых среди убийц и маньяков? – почувствовав в душе слабую обиду на то, что моей мечте о сильном, преданном друге сбыться, похоже, не суждено, я поспешила скрыть разрастающуюся апатию за едким словом и хмуро поджатыми губами. Правда, слишком сильно вливаться в образ смелой и обманутой всеми барышни мне мешала маячившая неподалёку тень под именем Ричард. Что поделать, страшный он…
– Элька, дурочка, не плачь, – с чего-то был о себе слишком высокого мнения Лёша, раз подумал, что из-за него я готова тут слёзы начать лить. Он резко подался вперёд и, как большого плюшевого медвежонка, прижал меня к своей груди. Пахло от него хорошо, если ничего не путаю, то яблоками и, может быть, совсем немножко апельсинами.
– Отпусти её, видишь же, она не плачет, – нарушил тишину холодный голос убийцы.
– А нос и глаза всё равно красные, – упрямо возразил Алексей, взяв моё лицо за подбородок и внимательно посмотрев в глаза. Так внимательно, словно душу вынуть хотел.
– Лёш, отпусти, пожалуйста, – не услышав или просто не пожелав исполнить такой маленькой просьбы, парень ещё сильнее прижал меня к себе и крепко поцеловал, слегка укусив за нижнюю губу. Смелый ход, попытка достать упавшее в бездну хорошее настроение. Весьма в его духе.
– Эленка, не кисни, мы же с тобой до этого много времени вместе проводили, я и вправду теперь считаю тебя своим другом. И ты считаешь меня своим другом… Рич, собака, ну ты что, совсем не ревнуешь? – обратился он уже к Ричарду, состроив печальное лицо. Убийца вместо ответа лишь тоскливо вздохнул и устало прикрыл глаза ладонью. Знаете, это, наверное, было самое высочайшее проявление чувств с его стороны, которое только может увидеть обычный человек и остаться при этом в живых.
– Алексей, – дверь неожиданно распахнулась, и на пороге комнаты возник злой, но умело это скрывающий, Артём Сергеевич. – Дай ты Элене отдохнуть. Пошли лучше наверх, поговорим. Ты забыл, что у нас сегодня встреча с Капрановым? – бросив пробирающий, короткий взгляд на Рича, недобро осведомился он.