Ddntes - Игра скомороха

— Идем на кухню. Будем знакомиться. Нормально. — я поднялся.

— Кстати, Синдзи… Попробовала я «Макароны по–флотски», интересная штука. Потом приготовишь? — пристальный взгляд девушки никак не вязался с беззаботным тоном.

— Скажешь когда. Приготовлю, — в том же стиле ответил я. Ну, будем думать, что Мисато поняла мои опасения насчет прослушки.

С другой стороны, кому, как не ей знать что творят эсбэшники в ее квартире.

— Так. Я Икари Синдзи. Псих. Пилот Первого. Третий от начала.

— И все?! Чего ты так говоришь, словно лимон съел! И что значит псих?! — рыжая никак не хотела спокойно сидеть и пить чай.

Я вздохнул… в который раз за этот вечер.

— Мисато… Поясни. — попросил я девушку.

— Ага. Синдзи имеет ввиду, что у него психическая аномалия — ему сложно строить длинные предложения. Помимо этого, он является Третьим Дитя, сыном Командующего Икари, и пилотом Евангелиона-01. Все так? — уточнила у меня Мисато. Ну, надо сказать, что она научилась понимать меня с полуслова, хоть и не до конца… Или просто забыла?

— Не все. Псих. Забыла.

— А, да! Еще… Синдзи лучше не пугать.

— У него что, медвежья болезнь? — презрительно фыркнула Аска.

Эта девчонка меня начинает бесить.

— Нет. Если Синдзи пугается — ему становится весело, — вставила свои пять копеек Рей.

— А когда весело Синдзи, грустно становится всем остальным, — покивала Мисато.

— Да ну, что этот слабак может сделать?!

Смелая она, эта рыжая. Я ведь и просто так могу захотеть повеселиться…

— Мисато. Покажешь записи. Первый бой. — вдруг проникнется и перестанет меня задирать… Ага–ага, надейся, скорее еще больше начнет.

А ту запись я смотрел… Ну что сказать — я натуральный псих, почти весь бой либо ржал, либо рычал, срывая глотку.

— Пфе, — выразила свое отношение рыжая.

— Аянами Рей. Пилот Евангелиона-00, Первое Дитя. — представилась Рей.

— А у нее тоже какая‑то психологическая аномалия? — совершенно оторванная девчонка. Еще пара таких высказываний в сторону Синевласки, и…

— Да. Я люблю Синдзи. Это можно назвать психологической аномалией. — невозмутимо ответила та.

Я выпал в осадок.

— Р–рей… — я все еще не мог поверить в то что слышал. Нет, я мечтал, надеялся, может даже подозревал, но так…

Может это у нее подростковая подмена понятий? Или Рей в своем репертуаре, перепутала термины…

— Гхм… И давно ты это поняла? — Мисато тоже неплохо удивилась.

— Сегодня днем. — по–прежнему невозмутимо.

Я тряхнул головой, отгоняя ненужные мысли, подошел к Рей, и обнял ее. К черту, со всем остальным разберемся потом, подмена понятий это, или не подмена…

— Ну и к чему эти сопли? — я эту рыжую прибью когда‑нибудь. Нарвется, ей–ей… Но не сейчас, сейчас я слишком счастлив.

Рей. Сказала. Что. Любит. Меня.

— Аска, помолчи, пожалуйста. — осадила рыжую Мисато.

— Я тебя тоже люблю, родная, — прошептал я в макушку девочки. Та чуть плотнее прижалась ко мне.

Так, что я тут вообще делаю? Идут все нафиг, как минимум до завтра!

— Мы спать. Мисато, Аска. До завтра. — Рей, кажется, сама не прочь была покинуть эту компанию.

— Спокойной ночи.

Уже в комнате я немного отстранился от девушки…

— Рей, скажи… Ты шутила? Это важно. Для меня.

Я внимательно смотрел в глаза девочки. Сейчас, в темноте, ее рубиновые глаза, казалось, светились.

— Нет, Синдзи. Я знаю, что ты меня любишь… И я… Я поняла, что… Мне приятно быть с тобой. Я не хочу, чтобы все закончилось…

Девочка замолкла, но я понял достаточно. Я осторожно приблизил свое лицо к ее…

Поцелуем это назвать сложно, но прикосновение ее узких, немного сухих губ к моим, пожалуй, станет одним из самых счастливых воспоминаний за обе жизни.

Девушка с грустью смотрела вслед двум ушедшим подросткам. Вот и добрались

— Я не поняла… К чему все это? — Аска продолжала разрушать очарование момента, — Они вместе спят… Пусть даже просто спят, — рыжая немного порозовела, — Но ведь… Это же не просто так? Чему вы все удивились?

Мисато посмотрела на Аску. Вроде и ровесница Сина с Рей, но ведет себя совершенно по–другому…

«Это она еще и вымоталась за сегодня,» — подумала девушка, — «До этого носилась как куница, пытаясь успеть везде за «своим» Кадзи и хвастаясь Евангелионом…»

— Понимаешь, Аска… Хм. Синдзи и Рей очень непростые люди, оба. Я очень удивилась, когда они начали сходиться почти сразу… Это сейчас Рей более–менее ожила, а до этого, она почти ни с кем не разговаривала…

«У Аски с Сином похожие судьбы», — всплыла в голове девушки мысль, — «У обоих умерла мать в раннем возрасте… Тогда почему они такие разные? Синдзи — немного сумасшедший, спокойный парень, повзрослевший, а Аска — ребенок ребенком с раздутыми амбициями.»

Действительно, по контрасту с Аской, особенно стало заметно более «взрослое» поведение Синдзи. Хотя… мальчишка своим поведением напоминал то побитого жизнью старца, то… то Аску.

— А Синдзи… С ним еще сложнее. — гораздо сложнее.

Вспомнить только его «пророчества». И ведь сбылось почти в точности…

Евангелион Аски оказался действительно красным, вез ее именно русский флот, и на этот флот напал очень зубастый Ангел, напоминающий рыбу. Впрочем, саму Мисато больше убедило упоминание «Терминальной Догмы» от Сина. Об этом месте не мог знать никто посторонний….

— Так в чем прикол? Ну сложные они, ну и что? — Аска не унималась.

Мисато только покачала головой. Как объяснить этой девочке…

Вот тот же Синдзи. Обычный подросток его возраста думал бы о том, как побыстрее запрыгнуть в постель к симпатичной девушке… Мисато этот период жизни помнила очень хорошо — последние годы перед Ударом.

Синдзи же нет — он не спешил, казалось, давал всему течь своим чередом, и сейчас был огорошен как бы не больше, чем сама капитан. Синдзи мог затормозить где‑нибудь в совершенно, с виду, обычном месте, воспринимая и запоминая атмосферу момента. Мисато до сих пор вспоминала случайно подслушанный разговор его с Рей, когда они любовались закатом. Для подростков такое было нехарактерно.

И вот сейчас, он «нашел свое счастье», как любят писать в слезливых романах, которые Мисато пыталась читать во времена колледжа. И эта сцена, да еще и с учетом личностей подростков будила в душе ностальгию и легкую грусть по ушедшим временам.

— Извини, Аска, просто я старше… Ты тоже будешь когда‑нибудь так на кого‑то смотреть, — улыбнулась Аске девушка.

— Ла–адно… Старушка, — рыжая попробовала подколоть Мисато.

«Старушка?!»