Евгений Шкиль - Стражи Красного Ренессанса
Каким образом это можно осуществить? Очень просто: развернуть процесс вспять. То есть девяносто восемь процентов населения должно лишиться доступа к науке, к знаниям. У простых людей, живущих в конце двадцатого — начале двадцать первого века складывалось совершенно верное ощущение, что массовое образование уничтожается намеренно. Маги транснациональных корпораций и олигархий жаждали укрепить свою власть с помощью Болонской системы, системы ЕГЭ и так далее. Однако здесь возникала маленькая проблема. Вспомним главный постулат социальной магии. Он нам говорит, что замкнутую магическую систему образуют люди ментально и культурно близкие друг к другу. Что это значит?
Это значит, могло произойти смыкание вселенной на базе религиозных, национальных или иных антиглобалистских ценностей. В таком случае чародеи либерализма в некотором роде возвращали мир во времена средневековых представлений, а сами оказывались за бортом всемирной истории, поскольку исключались этими самыми представлениями. Поэтому наряду со снижением массового образования происходило активное уничтожение культурной идентичности местного населения. Огромное число мигрантов привлекалось в ту или иную страну не только по экономическим причинам, но и по вышеозвученным соображениям. Кроме того одним из главных культурных кодов, объединявших и скрепляющих все христианские цивилизации являлась моногамная семья. Она также могла посодействовать смыканию магического мира не в том направлении. В связи с этим разрушение семьи стало также одной из приоритетных задач колдунов — космополитов. Именно поэтому среди населения активно пропагандировались идеи педерастии, доминирования женской безответственности и секса без обязательств. Да, да, товарищи кураторы, за каждым действием стоит не только экономический, не только политический, но и магический смысл.
Однако история пошла не совсем по намеченному плану либеральных чародеев, пытавшихся сомкнуть вселенную на базе одной — единственной культуры — культуры индивидуального потребления. Как оказалось, магический мир, в котором не имеется мощной коллективной составляющей, начинает пожирать самого себя. Но этот вопрос мы рассмотрим в другой раз.
Сейчас же я хотел бы остановиться на одной маленькой детали. Вы, товарищи кураторы, отныне осознанно причастны к социальной магии. Теперь вы не простые колдуны, лишь смутно понимающие свою роль, но также и демиурги. И вы обязаны помнить: маги, несмотря на свое могущество, далеко не всесильны. Запомните раз и навсегда: вы можете использовать лишь то количество энергии социума, которое вам отдает каждый член общества. Если, скажем, верховный маг Федеральной Резервной Системы одним словом, всего одним только словом обрушивал или поднимал котировки на Нью — Йоркской Фондовой Бирже, то это значит, что он использовал добровольно отданную ему волю тысяч и тысяч биржевых игроков. Именно добровольно, потому что человеческую волю нельзя забрать насильно, ее передают магу из страха, похоти, невежества, корысти и так далее. Но если человек станет на своем, его не сломить никаким колдовством.
В таком случае возникает вопрос, как заставить индивида отдать свою социальную энергию? Здесь в распоряжении мага имеется огромный арсенал средств. Приведу лишь пару примеров. В первом случае можно использовать грубые наглядные приемы, заставить обывателя испытывать негативные эмоции. Например, взорвать многоэтажки или направить самолеты в небоскребы. После такого акта вандализма с многочисленными жертвами, перепуганные стада филистеров безропотно и не задумываясь отдадут всю свою волю без остатка в руки чародеев. Второй пример, более утонченный и менее заметный. Можно в течение длительного периода времени распространять информацию о некоей законспирированной группе, тайно управляющей миром. Скажем, это криптосообщество специально устраивало все войны, революции, заговоры и эпидемии на нашей планете с какой‑то непостижимой целью. Значит ли это, товарищи кураторы, что тайных обществ не существуют вовсе? Нет, они имеют место быть. Однако всесилие им дарит вера мещанина в их всесилие.
Мы можем привести пример из нашей недавней истории. Несколько лет назад произошла утечка информации о тайных стражах революции. Какова была реакция пентархов? Вместо попытки опровергнуть данную молву, было пущено великое множество слухов о неком конкордате красных комиссаров, чья организация возникла чуть ли не со времен Крещения. Именно они в своих целях раздробили Киевскую Русь, призвали монголов, а затем, когда те выполнили свою задачу, сперва упразднили их власть, а затем и покорили, заставив московских князей вести активную экспансию на Восток, на Урал, в Сибирь. Эти же пресловутые красные комиссары устроили Великую смуту начала семнадцатого века и поставили на трон своих марионеток Романовых, а затем их же и свергли. Ленин, Троцкий и Сталин действовали исключительно по указке проклятого общества красных комиссаров. Развалили Советский Союз и устроили Реставрацию они же. И, наконец, красные комиссары создали Советскую Конфедерацию, и тайно управляют миром по сей день, поскольку западные жидомасоны и восточные ассасины являются их прямыми вассалами.
Таким вот незатейливым образом мы убили двух зайцев: исказили истину о настоящих стражах и заставили какую‑то часть общества отдать лишнюю энергию в наши руки через веру во всесилие некоей могущественной и практически вечной организации. Помог нам в этом, кстати говоря, и потомственный культовый режиссер Федор Сосач — Холуйский, скорее всего известный вам по кинолентам "Афганская рвота" и "Битва за Катю". Он снял "разоблачающий" 9–D фильм, который так и назывался: "Конкордат красных комиссаров".
Очень показательно то, что в замкнутой вселенной, которой управляют маги либерализма, после каждого экономического кризиса распространяется слух, что он был рукотворным. Тем самым демонстрируется могущество хозяев мира, население заставляют верить в их всесилие. Против этого приема во времена СССР применялась контрколдовство: доказывалось, что все кризисы возникают в результате перепроизводства. Таким образом, нивелировалась магическая сила либеральных чародеев, поскольку получалось, что не они правили социальными стихиями, но социальные стихии правили ими…
* * *Настойчивый стук в дверь привел Петра Георгиевича в себя.
— Папа, с тобой все в порядке? — донесся обеспокоенный голос Аиши.
Ионов взглянул на часы. Вместо пяти минут он рефлексировал в четыре раза дольше. Что и говорить: старость. Пора, давно пора на пенсию.