Виталий Кобяков - Мечтатель

— У тебя же самой что-то там с Куртом? — решил перейти я в нападение.

— У меня с ним любовь, — продолжала поражать меня своими признаниями Калли. — Точнее у меня любовь к нему.

— А у него? — уточнил я.

— А у него тоже любовь, но к другой, — грустно произнесла Калли.

— К кому? — не останавливал я поток своих накопившихся вопросов.

— К Изиде, конечно, — голос Калли становился всё отчаяннее и отчаяннее. Курт влюблен в Изиду? А это действительно многое объясняет. Например, то, что он не хочет идти с ней на компромиссы. Ведь Курт совсем не дурак, наоборот, он очень умен, а тут ведет себя, как ребенок.

— Извини, — тихим голосом попросил я прощения.

— Тебе за что извиняться? Ты ни в чем не виноват, — улыбнулась Калли. И я был искренне рад этой улыбке, особенно после того, как испортил ей настроение.

— За моё поведение извини, — произнес я, опустив взгляд.

— За то, что ты не переспал со мной? — усмехнулась Калли. — Я как-нибудь это переживу.

— Нет, за то, что я напомнил тебе про чувства к Курту, — признался я.

— Это я тоже как-нибудь переживу, — улыбнулась она и положила мне руку на плечо.

— Переживешь свои чувства или мое напоминание о них? — уточнил я.

— И то, и другое, — ответила Калли и подмигнула мне.

— Знаешь, я в этом сомневаюсь, — произнес я.

— Поясни, — удивилась Калли моей реплике.

— Ты ведешь себя слишком неаккуратно, — начал я разъяснять свои мысли по этому поводу. — Ты рвешься в битвы сломя голову, и не думая о безопасности, ты ищешь смерти.

— В этом есть доля правды, — развела она руками и повернулась ко мне боком. — Но что мне делать?!

— Будь осторожнее, пожалуйста, — попросил я.

— Я буду осторожнее, — прошептала Калли, и вновь повернулась в мою сторону.

— Обещаешь? — продолжил я свой напор.

— Обещаю, что буду осторожнее, — через несколько секунд раздумий ответила она. — Ты прав, глупо умирать ради того, кто тебя не любит.

— Я уверен, что ты очень ценна для Курта, — попытался как-то успокоить я Калли, так как на ее черных глазах начали наворачиваться слезы.

— Да, ценит. Но исключительно как хорошего бойца и друга, но никак не в качестве любимой девушки, — частично согласилась она.

— Это уже не так мало, — не оставлял я попыток подбодрить Калли.

— Мне этого недостаточно, — заявила она. — И тебе было бы недостаточно, если бы ты кого-нибудь любил, но она не отвечала тебе взаимностью.

— Да, с этим я вынужден согласиться, — ответил я. Ответил, в большей степени, самому себе. Ведь действительно были и такие случаи в моей жизни, и не раз. Безответная любовь — страшная штука. Не такая страшная, как малярия или ядерная бомба, но всё же…

— Пойдем к нашим, мы что-то совсем тут застоялись, — сказала Калли, нарушив тишину, и тут же начала идти к пункту нашего назначения.

Жаль, что не получилось поговорить с ней на эту тему подольше. Возможно, я бы смог хоть что-нибудь изменить в ее взглядах. А может и уже изменил, если она дала обещание от сердца, а не просто, чтобы я отстал от нее.

— Ты всё еще хочешь узнать, чем я занималась? — спросила Калли, пока мы медленно брели по лабиринту. Я нес в руках свой бронежилет, без него и правда дышалось свободнее.

— Сначала я возьму ту крепость, — ответил я.

— Паша, ну это же была шутка! — засмеялась Калли.

— А я не шучу, — серьезным голосом ответил я, хотя улыбка в этот момент растянулась на моем лице чуть ли не от уха до уха.

Изида и Курт. Хорошая бы получилась пара. Но, судя по всему, Изида не поддерживает чувства Курта по отношению к ней, иначе сейчас бы они все жили дружно в Шпиле. А еще я переспал с ней. И, боюсь, что Курт об этом догадывается. Какой нелепый любовный многоугольник вырисовывается…

…«Минутку, я совсем недавно отказал в близости привлекательной и необычной девушке?» — лежал я на кровати и размышлял обо всем, что произошло сегодня. В том мире у меня было пару таких случаев, но все они имели очень вескую причину: или играл в любовь в то время с другой, или девушка была чересчур специфическая для меня, не в моем вкусе, если говорить проще. А тут я даже причину для себя найти не могу. Неужели и вправду из-за Даши, которой я задаром не нужен?

После окончания нашего похода с Калли, мы немного перекусили, и я изъявил желание поспать хотя бы пару часиков. Даша и Калли поддержали мою идею. Курт спросил нас с Дашей: «Вам одну комнату на двоих выделить?», на что она скривила лицо полное отвращения, и Курт тут же добавил: «Ну, две комнаты, так две». Вот же стерва…

И сейчас я лежал в выделенном мне маленьком помещении, в котором только и умещалась кровать, никакого стола, никакой тумбочки, так мала была эта комнатка. Но, готов поспорить, что у постоянных членов Нирваны резиденции куда приемлемее, а это так, специально для гостей.

Я совсем перестал понимать войну между крестоносцами и моими товарищами. Нет, разумеется, война шла, и шла она на уничтожение, но всё это было так наигранно и невинно. Никаких особых жестокостей и даже никаких крупномасштабных военных действий. В свое время я много перечитал военных мемуаров, но здесь я не видел тех человеческих качеств, которые просыпаются в подобных ситуациях. Изнасилования, каннибализм, пытки, издевательства, беспричинные убийства. С обеих сторон такого не было. И мне кажется, что Курт был неправ тут: на войне могут быть рыцари, причем в данном случае лучшие качества проявляют все стороны конфликта.

У меня даже проснулось некоторое уважение к крестоносцам. При всей ахинее, что накрепко засела у них в мозгах, ведут они себя достойно. Да и людей я в них впервые сегодня увидел. Не врага, которого необходимо уничтожить, не каких-нибудь зверей, которые недостойны жизни, а просто людей. Во многом именно Маша сыграла такую роль в осознании мной этого, но та влюбленная парочка тоже внесла свою лепту. Конечно же, я по-прежнему считаю крестоносцев идиотами (их низы, а не их лидеров), и вряд ли это мое мнение когда-нибудь изменится. Кажется, один из ключевых пазлов начинает складываться в полноценную картинку…

Я шёл по мосту в «Нигде» со своим знакомым великаном, внешность которого я вновь не мог запомнить даже на секунду. Мы просто шли вперед, я смотрел по сторонам, когда слева от меня начали образовываться некие силуэты, абсолютно черные тени прямо посреди пространства. Тени двух людей, их образы были слишком расплывчаты. Но мы продолжали идти вперед, и тут я понял, что тени эти возникли не где-то в пространстве, а у меня перед глазами. Я отводил взгляд и видел их, я закрывал глаза и всё равно видел их. Видел тени в кромешной темноте, ну не смешно ли?