Дарт Макменде - Рыцари Старой Республики: Я, Реван [СИ]
– Ну что, Тэтри, – спросил я почти ласково. – Ты знаешь, кто я?
– «Ты Мак-Реван. Конец-утверждения.», – просвистел дроид.
– И что ты думаешь?
– «Запрос не может быть корректно интерпретирован. Просьба уточнить запрос. Конец-утверждения.»
– Ты со мной, Тэтри?
– «Я Т3-М4 дроид, я принадлежу хозяину. Конец-утверждения.»
– Вообще-то, твой хозяин – Кандерус Ордо.
– Формально да, но принадлежу-то я тебе, Мак-Реван, – неожиданно отбрасывая все и всяческие формальности, заявил дроид. – Разумеется, я с тобой.
Я прекрасно понимал двоичный. Я совершенно не понимал дроидов.
И перевёл взгляд на Джухани.
– И я, – быстро сказала женщина-кошка, подрагивая всем телом. – Я с тобой. До конца. Ты вернул меня с Тёмной Стороны. Я… кажется, я всегда знала, кто ты, Мак.
Она перевела дух, облизывая вздёрнутую верхнюю губу. Сверкнули белые клыки. Мимические мышцы волнами гоняли короткую шёрстку лица.
Мне безумно захотелось протянуть руку и почесать Джухани под её массивным подбородком.
– Не «знала», нет… Ар-р-р! Как сложно подобрать слова. Сила? Сила сказала мне?
– Не Сила, – покачал я головой. – Всего лишь память.
И, радуясь своей предусмотрительности, сунул руку за пазуху.
– Ты помнишь мой голос, Джухани. Вероятно, помнишь мою походку, запах… Но моего лица ты не видела. А вот это ты помнишь?
Нет, я не стал надевать маску Ревана. Просто поднял её перед своим лицом и держал достаточно долго, чтобы увидеть через прорези, как расширились узкие кошачьи глаза.
– Ты! – прошептала Джухани. – Ты…
– Тарис, Обмен, Зор…
– Ты!…
Женщина-кошка вскочила, тело её била крупная дрожь. Когда-то давным-давно я, Реван, тогда ещё Светлый, с группой джедаев освободил совсем юную Джухани из жестокого рабства у мелкого бандита по имени Зор…
– Ты! – воскликнула она снова и выбежала из кают-компании.
Бастила придержала меня за руку:
– Тс-с, Мак, – негромко сказала она, – не надо. Дай Джухани прийти в себя и помедитировать. Не надо, не ходи за ней.
Голос джедайки звучал слегка напряжённо, и я с тихой гордостью понял, что девушка ревнует.
– А ты знаешь подход к женщинам, – хрипло рассмеялся Кандерус.
И я понял, что Ордо ревнует тоже, хоть и, слава богу, в другую сторону. Ну да, Джухани сразу понравилась мандалорцу… вот только сложно было забыть, что именно мандалорцы разорили её родную планету, Катар. И перебили четыре миллиарда челокошек.
Нет, ничего Кандерусу не светит. А мне… да нет, Джухани мне очень симпатична, я вообще кошек люблю. Теоретически можно представить…
Да что за чёрт! Тут рядом Бастила сидит, живая, горячая, без клыков, когтей и шерсти, и у нас с ней всё вроде как складывается вполне трепетно, а я, сволочь такая…
– Вам всем должно быть стыдно! – услышал я тоненький суровый голосок. – Такой важный момент, знаете ли, а вы, мужчины!…
– Миссия Вао! – сказал я громко и решительно, в клочья разрывая сомнительное очарование «такого важного момента». – Ты – со мной?
– Да! – закричала упрямая девчонка ещё громче. Хлебом не корми, дай с кем-нибудь пободаться.
– Тебя не смущает моё прошлое? – спросил я обычным голосом.
Некоторое время твилекка адаптировалась к изменению тональности разговора, затем тёмно-синяя кожа просветлела.
– Ничего меня не смущает, – сказала наконец Миссия. – И вообще! Знаешь ли, я уже привыкла, что ты Реван.
Я переглянулся с Бастилой, затем непроизвольно с Картом, и осторожно поинтересовался:
– Когда это ты успела привыкнуть?
– Но ты же сам признался, – с неподражаемым простодушием объяснила девочка. – Когда мы записывали то видео для Малака. Ты что, уже не помнишь?
Вот так. Все всё знают. И все молчат. Как на каком-нибудь укропском ток-шоу, где абсолютно все присутствующие прекрасно осознают, что они убийцы, фашисты и пидорасы, но огласить этот факт почему-то стесняются. Даже друг другу.
Я перевёл взгляд на Заалбара.
– RRrrruurgh! Arrggg! – проворчал вуки. Девочка взяла своего огромного друга за шерстяную лапу, погладила ласково и успокаивающе.
– Ruh gwyaaaag, Заалбар, – сказал я, ото всей души радуясь, что не получал от него «Долг жизни», клятву верности. Вот принёс бы он мне пожизненную присягу, как бы я теперь понял, что Заалбар идёт за мной по своей воле, а не вопреки? Нет, мне нужна сознательная… даже не верность, а союзничество.
Пауза затягивалась, и мне вдруг пришло в голову, что положительное решение вопроса вовсе не предопределено. Вуки – далеко не люди, кто знает, что у него там в голове…
Пауза продолжала затягиваться, и я начал лихорадочно вспоминать канон: не натворил ли чего-нибудь Дарт Реван в первый свой визит на Кашиик. Ничего не вспоминалось. Вуки молчал.
– Большой Зэ, – негромко сказала твилекка. – Вспомни: Мак вытащил нас с Тариса. И вообще, знаешь ли… Он ни разу, ни в чём нас не предал!
Что ж за жизнь у тебя была, девочка, подумал я, помимо воли проникаясь несвоевременным сочувствием. То ли взгляд у меня сделался совсем умильным, то ли Миссия понимала своего командира лучше, чем могло показаться… В общем, девочка отвела вуки в угол, пошушукалась с ним секунд пятнадцать, и Заалбар провозгласил, что пойдёт со мной до конца.
– Нет, – твёрдо сказал я, отыгрывая небольшую месть за свои недавние сомнения. – Не до конца. Если я попытаюсь свернуть на Тёмную Сторону, ты не позволишь мне, Заалбар.
И я обвёл зал суровым взглядом прирождённого лидера:
– Слышите? Пусть каждый из вас помнит, что стоит на кону. Если станет очевидно, что я снова пал во Тьму, вы должны остановить меня. Даже если для этого потребуется меня уничтожить.
– Ты уверен, что мы сумеем тебя уничтожить? – с большим сомнением в голосе спросил Карт.
– Ты уверен, что падение будет очевидным? – с большой тревогой поинтересовалась Миссия Вао.
– Ты уверен, что твоё «падение» волнует меня сильнее, чем победа? – с большой иронией уточнил Кандерус.
– Ты уверен, что «каждый из нас» успел тебе что-то задолжать? – с ухмылкой во весь рот осведомился Биндо.
– Я, – тихо сказала Бастила. – Я остановлю тебя. Но этого не потребуется.
49.
«И всё-таки, за что же они все так меня любят?…», думал я.
«Неужели я и в самом деле достоин любви?…», думал я.
Или не думал. Уже не помню. Я вообще слабо запомнил детали происходившего в то время. Дело шло к развязке, я чувствовал это в воздухе, в воде… в вакууме.
Известие о «моём» прошлом сильно всколыхнуло команду. Нет, ни о каком бунте или даже просто волнениях и речи не шло. Просто все как будто… приуныли. Народ понимал, что в жизни нашего сплочённого коллектива настают новые времена, неразрывно связанные с жизнью всей Галактики, но от того не менее сложные. Даже те, кто с самого начала знал об истинной сущности своего предводителя, выглядели растерянными. С каждым я разговаривал, долго, часто, задушевно. Собирал новые и новые «военные советы». Отчаянно тренировался, валялся на койке, строил планы.