Вера стада - Джеймс С. А. Кори

Солнце здесь было больше и белее анджиинского. Небо от избытка кислорода приобрело голубой, как у яйца малиновки, цвет. Белые облака отливали розово-золотым оттенком раннего заката. Сверху их подсвечивало что-то яркое. Аромат свежей травы и мяты опьянил Джессин, свыкшуюся с металлическим запахом корабля. Респираторов не раздавали, и она решила, что здешняя атмосфера не смертельна для людей. От нескольких глубоких вдохов голова пошла кругом.

Дойдя до конца трапа, Джессин подняла голову, устремив взгляд к опускавшемуся на площадку пятому кораблю. Она ожидала увидеть пламя и услышать рев двигателей, но корабль прожужжал, как тысяча растревоженных ульев, коснулся земли и погас, выпустив вместе со сходнями только волну тумана.

Не зная, куда идти и что делать, Джессин стояла в ожидании указаний и раскрытым ртом ловила свежий воздух. Сквозь траву и мяту пробивался петрикор – запах близкого дождя. Этот запах перенес ее в анджиинское детство и едва не довел до счастливых слез. Поодаль от скопления кораблей росла черно-зеленая рощица. Аналоги растений, решила она. Цвет подходил для фотосинтетических форм жизни. Дальше было что-то вроде остатков строений или скелетов инопланетных гигантов.

Чем бы они ни были теперь или раньше, в них проглядывала своеобразная красота.

Кто-то нетерпеливо затеребил ее. Синен – с их корабля, а может, и другой – уже несколько секунд добивался ее внимания.

– Тебе туда, – не в первый раз повторил он, указывая квазищупальцем на пандус дальнего корабля. – Тебе надо теперь к ним. Иди. Иди иди иди.

Джессин крепче сжала свой рюкзачок и послушно заспешила через двор. Около дюжины инопланетян сбились в плотную группу. Эуруки и «настоящие люди», а еще длинноклювое существо – птица птицей, только без перьев и крыльев, – и продолговатое создание в серой раковине, ростом с диван и с сотнями крошечных ножек, похожих на оборку юбки.

А на краю группы – человек.

Джессин не знала его, но очень хотела, чтобы он был ей знаком, и мозг безостановочно подбрасывал имена. Почти что Лоррин Хант, вместе с которым она проходила курс введения в математические системы. Почти что Карвин Мур из газетных заголовков ее детства. Незнакомый, он был человеком, и уже поэтому казался родным.

Ростом немного меньше Джеллита, на голове – густые темные кудри, припорошенная сединой борода. Кожа тепло-золотистого цвета, светлее, чем у нее. Он плакал, глядя вверх. Джессин проследила за его взглядом, но увидела только облака в небе.

– Вы в порядке? – спросила она.

В ответ он простонал. И только потом:

– Впервые вижу столько неба с тех пор… как меня забрали с Анджиина. И солнечного тепла. И свежего воздуха. – Он оторвал взгляд от обширного мира вокруг них и перевел на Джессин. Улыбка – как у серинтистского святого с иконы, но смешок теплый, хоть и горестный. – Пожалуй, я не совсем в порядке.

– Не совсем в порядке – это нормально, – успокоила его Джессин. – Беспорядок – это прекрасно.

Он вытер глаза рукавом рубашки:

– Вы держитесь лучше меня.

– У меня в мире-дворце было окно, – сказала она. – Мне выделили комнату с видом наружу. Поэтому шок, наверное, не так силен.

– О… – протянул он, на что-то намекая. Она кивнула – «продолжайте», – и его улыбка стала неуверенной. – Кажется, такое было в группе Алькора и нигде больше.

– Да, это мы. Начинали как группа Тоннера Фрейса, но, думаю, теперь говорить так уже нельзя.

– Это вы сошлись с большими дядями? – спросил мужчина. – Ну то есть, я вам не судья. Каждый выживает, как может. Но ведь это Алькор сдал пытавшихся сопротивляться, да?

– Все было сложно. Я до самого конца ничего не знала. Дафид… он мыл посуду в моей лаборатории, пока не пробился на самый верх.

– Повышение на поле боя, – кивнул мужчина и протянул ей руку. – Гаррал Пэр. Когда-то, давным-давно, возглавлял кафедру археологии в Хиббринском медри.

Она поставила рюкзак и пожала руку. Та оказалась приятной на ощупь.

– Джессин Коул. Адъюнкт на биофаке Ирвиана. Рада познакомиться, Гаррал.

Он задержал ее ладонь чуть дольше обычного, затем, похоже, спохватился и выпустил.

– Извините, мы ведь не встречались в то время? Мне чудится что-то знакомое.

– Я вас не помню, – сказала она, – но и мне вы кажетесь знакомым. Так что, может быть?..

Их прервал людской гомон. Три человека – двое мужчин и женщина, все в стандартных рубахах, – шагали к их группе вместе с еще одним серым «диваном» и двумя недоптицами. За ними ковылял синен, по сторонам струились на лапах-ножах рак-хунды. Группа стала плотнее, и Джессин непроизвольно придвинулась ближе к Гарралу. Недоптицы, тихонько чирикая, стукнулись клювами, но полуразум не стал переводить: значит речь, если это была речь, не предназначалась для их ушей.

Синен замахал квазищупальцами и издал пронзительный свист – такого Джессин еще не слышала. Группа зашумела в ответ – недоптицы защелкали клювами, эуруки тоненько взвизгнули, создания в серых раковинах басовито зарокотали, а полуразумы на груди людей заговорили человеческим голосом:

– Я буду заниматься надзором за вашей группой и ее обеспечением, – объявил синен. – Вы можете называть меня Третьим Садовником. Со всеми запросами и заботами обращайтесь ко мне. У других можете спрашивать только о моем местонахождении. Поскольку я буду размещаться здесь, в центральном лагере, вам дозволено также обращаться ко мне… – голос запнулся, – через свои научные дневники. Они будут вручены вам до выхода из лагеря.

– Выход из лагеря, – повторил Гаррал, кажется, не заметив, что сказал это вслух.

Если полуразум и перевел его слова, Третий Садовник сделал вид, что ничего не услышал.

– Планета, на которой вы находитесь, называется Миром. До недавнего времени она контролировалась нашим врагом. Стратегические и тактические победы пятого военного корпуса привели к захвату планеты, не дав ему возможности ее стерилизовать. Это открыло новые возможности для карриксов. Вы были взяты из своих долей как индивидуумы, обладающие опытом и умениями, нужными для лучшего понимания врага. Вы будете обследовать и изучать окружающие районы, насколько позволяют ваша природа и ваши способности, и передавать мне обретенные знания и понимание.

Синен помолчал, словно давал им время усвоить сказанное. А может, перевод для других видов занимал больше времени, и он ждал его окончания. Новая женщина, причисленная к их группе, поймала взгляд Джессин и кивнула. Джессин улыбнулась в ответ.

– Мир еще не сделан безопасным, – продолжил Третий Садовник. – Некоторые из вас, возможно, столкнутся с ловушками, оставленными врагом. Некоторые встретятся с незнакомыми опасностями. Они интересны только как объект изучения. Вы продолжите доказывать свою нужность для карриксов посредством полезных открытий.

– Умирать не разрешается, – вставила Джессин. – Это снижает продуктивность.

Гаррал закашлялся и прикрылся ладонью, пряча улыбку. Джессин опустила глаза. Третий Садовник не удостоил