Зеб Шилликот - Экстерминаторы. Стальной город

— Первый километр жмура несу я, — решил Кавендиш.

— А не надорвешься?

— Как-нибудь справлюсь. Только ты не снимай палец с курка!

Пересилив отвращение, разведчик взвалил труп на плечо и начал спускаться с бархана.

В этот самый момент на вершине соседней дюны появились три типа, перепоясанные патронными лентами.

— Давай! — заорал Кавендиш, бросаясь ничком в песок.

У каждого из нападавших на боку висела тяжелая сума, как у гранатометчиков древних войн.

Джаг, бдительно следивший за их малейшим движением, заметил, как они что-то выхватили из своих сумок и отвели назад руки, изготовясь к броску. В полной уверенности, что сейчас в него и Кавендиша полетит целая туча гранат, Джаг открыл огонь.

Первая же короткая очередь попала одному из метателей прямо в грудь. Под ударами пуль он отлетел назад и рухнул на землю, обливаясь кровью.

Второй метатель добежал до середины склона и остановился, чтобы лучше бросить фанату. Эта остановка стала для него фатальной: пуля попала ему точно в лоб. На какое-то мгновение атакующий замер, сохраняя неустойчивое равновесие, словно его чем-то здорово удивили, затем, кувыркаясь через голову, покатился вниз по склону.

Третьего налетчика пристрелил Кавендиш, успевший избавиться от своей ноши. Получив пулю в шею, нападавший молча, не издав ни единого звука, рухнул в песок и лицом ткнулся прямо в свалившуюся у него с плеча сумку с боеприпасами. Стычка длилась не больше пяти-шести секунд. Казалось бы, все кончилось, но Джаг не торопился подниматься с земли. Стиснув зубы, он ждал, когда рванет граната с выдернутой чекой, цепко зажатая в пальцах убитого.

Так, в напряженном ожидании, прошла целая минута, прежде чем Кавендиш дал о себе знать тихим покашливанием.

— Кажись, пронесло, — произнес он, — я не знаю запалов с таким замедлением… Скорее всего, парни не успели выдернуть чеки из своих лимонок. Это единственное объяснение…

— Тогда какого черта они хотели их в нас бросить? — возразил Джаг.

Разведчик только развел руками.

— Ладно, нечего здесь торчать: еще немного и мы пустим корни! — решительно произнес Джаг. — Поблизости могут быть дружки убитых, и я не совсем уверен, что во второй раз нам повезет точно так же. Пойду посмотрю, что там!

— Будь поосторожнее!

Не теряя времени, Джаг пополз по склону дюны к ближайшей жертве перестрелки. Это был человек, которого подстрелил Кавендиш, и он, судя по всему, одной ногой уже стоял в могиле. Раненый часто дышал, в груди его сипел воздух, словно в рваных кузнечных мехах, а на губах пузырилась кровавая пена. Увидев склонившегося над ним Джага, умирающий с трудом приподнял голову и чуть слышно прошептал какое-то слово, потом еще и еще раз. Из уголка его рта потекла струйка крови, он дернулся всем телом и затих.

— Что он сказал? — спросил подоспевший разведчик.

Джаг поморщился.

— Я не совсем понял. Что-то о погребении или могиле… Черт возьми! Взгляни-ка на это!

Кавендиш уже увидел то, что так поразило Джага, и сам от удивления отпрянул назад: пальцы убитого сжимали не гранату, чего опасались компаньоны, а простой комок земли!

В сумке покойника не было ничего, кроме жирного чернозема, слипшегося в черные комья.

Кавендиш растерянно присвистнул и побежал к двум другим трупам. Вернулся он очень быстро.

— Это просто бред какой-то! — ошеломленно произнес разведчик. — У этих типов в сумках нет ничего, кроме земли! Они хотели забросать нас черноземом… Я перестал хоть что-нибудь понимать!

Джаг, глубоко потрясенный, как и его компаньон, пытался найти рациональное объяснение событиям, выходившим за пределы его понимания.

— Погоди, — сказал он, — а что, если мы взглянем на проблему с другой точки зрения… Давай предположим, что комки земли предназначались не нам… Этот бедолага что-то говорил о «погребении»… Значит, он хотел кого-то похоронить. А кого, как не нашего потерянного и вновь обретенного мертвеца? Должно быть, в его действиях крылся какой-то смысл, возможно, это обычай или ритуал, вроде того, когда бросают горсть земли на крышку гроба во время похорон…

Разведчик задумчиво погладил свою короткую светлую бородку.

— Выходит, мы имеем дело не с настоящими грабителями-потрошителями, а с сектой религиозных фанатиков, которые преследуют нас с самого начала путешествия с одной-единственной целью — захватить гробы и предать их земле…

Джаг согласно кивнул.

— Верно! Вольфганг Зун обвел нас вокруг пальца, как сопливых пацанов. На самом же деле тут пахнет грандиозной аферой. Мне кажется, что эти мумии едут вовсе не на родину. Похоже, их у кого-то украли и тайком перевозят в надежное место!

— А эти типы пытаются отбить их любой ценой, — завершил разведчик, указывая на три трупа. — В этом суть твоей идеи?

— В принципе, да.

Компаньоны озабоченно переглянулись.

— В таком случае, нас просто подставили! — возмущенно воскликнул Кавендиш. — С самого начала держали за пацанов в колготках! И мне это не нравится!

Джаг успокоил приятеля, потрепав его по плечу.

— Мы еще до отправления каравана знали, что игра ведется краплеными картами, — сказал он. — Вспомни наших предшественников: они явно чувствовали себя не в своей тарелке и готовы были стрелять во все, что движется!

— Все равно, мне это не нравится! — упорно стоял на своем Кавендиш. — Если я когда-нибудь встречу Зуна, то заставлю его проглотить свой собственный веер, и, конечно же, не через рот!

— Должно быть, мы не так уж далеки от истины, — пробормотал Джаг. — Не сомневаюсь, что это дело более запутано, чем кажется на первый взгляд. А сейчас, я думаю, будет лучше, если мы вернемся к каравану, не дожидаясь, когда нам на голову свалятся другие психи с полными котомками земли! Пусть Тания объяснит нам, что происходит. Она должна заговорить!

— Я не откажу себе в удовольствии провести допрос, — хмыкнул Кавендиш, потирая руки.

Компаньоны обошли трупы фанатиков, сжимавших в скрюченных пальцах комки земли, и вернулись к мумии, по-прежнему лежавшей в песке там, где ее оставил Кавендиш.

— Ерунда какая-то, — пропыхтел разведчик. — Мы везем фобы, которые у нас хотят отнять… В этом нет никакого смысла! Если бы хоть жмуры были увешаны драгоценностями, тогда другое дело… но у них же ничего нет! Так, металлолом!

Джаг пожал плечами.

— Правду не утаишь, как и шило в мешке. Давай, я понесу мумию. Мне нужно размяться! Держи автомат!

Взяв мумию в охапку, он без видимых усилий пошел к тропе, разбитой тальмоками. Кавендиш шел впереди, зорко поглядывая на зубчатую линию дюн и не снимая палец с курка автомата.