Уильям Форсчен - Смертельный гамбит

– Двадцать один биллион!

У Золы перехватило дыхание, и в первое мгновение всем показалось, что его сейчас хватит удар. Задыхаясь, он повернулся к буфету и выпил тройную порцию бренди, прежде чем вновь обрел способность говорить.

– Но я думал, что их услуги будут стоить не больше десяти биллионов!

– Я все проверил, - сказал ксарн, покачав головой. - Они имеют законное право требовать тройную оплату за сверхурочную работу. Разумеется, они не поленились работать сверхурочно, предпочитая это время часам со стандартной оплатой.

– Черт возьми! Это и в самом деле серьезная проблема, - пробормотал Зола.

– Проблема, которую необходимо решить прямо сейчас, - заметил ксарн. - Каждый день задержки будет означать для нас потерю нескольких биллионов.

– Они желают получить деньги прямо сегодня? - спросил Зола.

– Сейчас.

Зола обвел вопросительным взглядом своих компаньонов, поспешно отступивших в сторону или устремивших взгляд в стену.

– Значит, нужно снять деньги со счетов принадле жащих нам компаний, - решил Зола.

– Большая часть нашей собственности заблокирована в связи с текущей ревизией; адвокаты не позволят этого сделать, - сказал ксарн. - Но они вынесли встречное предложение.

– В чем оно заключается?

– Выплатить им деньги из фондов ВЛК.

Зола на мгновение задумался. На следующий день после окончания игры компания должна расплатиться с акционерами и произвести выплату выигрышей, после чего она прекратит свое существование.

– Мы не имеем права трогать деньги до тех пор, пока не расплатимся с победителями.

– Они тоже это понимают и готовы получить предварительную оплату в размере десяти биллионов, если ты лично гарантируешь им выплату остальной части денег по окончании игры.

После операций с астрономическими суммами, с которыми ему в последнее время приходилось иметь дело, десять биллионов казались Золе сущей мелочью. По крайней мере, собаки перестанут тявкать, рассудил Зола.

– Я согласен, - произнес он с видимой неохотой. - Только скажи этим ублюдкам, что окончательный от чет должен лечь ко мне на стол в тот же момент, когда окончится игра.

Ксарн согласно кивнул и распорядился впустить ожидающих за дверьми адвокатов с заранее подготовленными документами.

После того как они вышли, сопровождаемые угрозами, Вул поднялся на ноги.

– Я вижу только один выход из создавшегося положения, - тихо сказал он.

– Какой?

– До окончания игры осталось еще шесть стандартных дней; Элдин, как нам известно, ничего из себя не представляет, но, если погибнет Габлона, у нас появится возможность завладеть его имуществом.

Все дружно посмотрели на ксарна.

– Я проверил его счета, - сказал ксарн. - Он не проявил такой же предусмотрительности, как наш дорогой друг Сигма, столь безвременно нас покинувший. Вся его собственность по-прежнему принадлежит ему.

Погрузившись в молчание, кохи обменялись многозначительными взглядами.

– Конечно же будет очень жаль, если наш старый добрый друг Габлона погибнет, - тихо сказал Зола, и все кохи согласно закивали головами.

Букха обвел внимательным взглядом своих собратьев кохов. Может быть, Тия все-таки была права? По различным причинам он не стал тогда прямо высказывать своих подозрений насчет планов Надзирателей. Но что, если она и в самом деле была права?

– Мне кажется, это просто безумие, Элдин, настоящее безумие, - сердито бросила Мари. - Давай просто пересидим здесь до тех пор, пока все не закончится.

– Пересидим здесь? - Элдин сокрушенно покачал головой.

Посланники Ульсака утром нанесли им очередной визит. Предводитель группы, которого допустили внутрь, передал от него официальное письмо, где в самых вежливых выражениях тот уведомлял, что их договоренность остается в силе, и также напоминал о начале вечером следующего дня Великого Фестиваля. О приближении двойного затмения населению Дыры было сообщено неделю назад, и стало ясно, что на протяжении всего празднования город будет заполнен жителями пяти соседних городов.

Оставив ящики с едой перед забаррикадированной дверью, посланники удалились.

Доставка продовольствия осуществлялась регулярно, как и обещал Ульсак. Поначалу самураи отказывались прикасаться к пище, несмотря на клятву Ульсака, но в конце концов Мари убедила всех в том, что отравление пищи является здесь тяжелым преступлением, на которое способны только трусы. На самом деле то, что с ними происходило, являлось частью традиции Аль-Шиги: посылать еду и подарки намеченной жертве до того, как начать на нее охоту. Все местные жители так поступали. Щедрость даров соответствовала рангу выбранной жертвы.

Здесь был даже «гниющий человек», по словам Мари - превосходного качества, способный удовлетворить самый взыскательный вкус настоящего гурмана. Словно бы почувствовав вызов своему грубому нраву, гафы в конце концов отнесли этот деликатес себе в подвал.

Половина из них очень скоро вылезла наверх, громко рыгая и хватая ртом воздух. Те, кто продержался до конца, выбрались из подвала чуть позже, осыпая язвительными насмешками своих товарищей с более слабыми желудками, хотя сами при этом выглядели достаточно бледными даже по меркам гаварниан.

–Послушай, Ульсак прекрасно знает, где находится наше убежище, так же как и представители других кланов, - сказал Элдин. - Через десять минут после того, как начнется фестиваль, мы окажемся в осаде.

–В течение нескольких недель мы укрепляли оборону, - возразила Мари. - Им придется бросить против нас целую армию.

– Мой господин дело говорит, - заметил Оиси.

Элдин кивнул своему главному телохранителю, приглашая его высказаться.

–Все действия Ульсака направлены на то, чтобы нас запугать. Он надеется, что мы, словно кролики, оцепенеем от страха, а он возьмет нас за уши и посадит в мешок. В этом и заключается смысл его утреннего послания и угроз, которыми он нас запугивал во время первой встречи.

–Так что же нам делать? - спросил Элдин.

–Перейти в наступление.

– Что ты сказал? - прошипела Мари. - Нас здесь всего лишь шестьдесят, а их целый миллион.

–Тем больше причин перейти в наступление, - сказал Оиси с лёгкой улыбкой. - Никто не будет ожидать от нас атаки, а наши действия всегда должны быть неожиданными для противника.

–За этими стенами мы можем продержаться до конца игры, - продолжала настаивать Мари.

–Они уже наверняка придумали способ добраться до нас, а ты не учла еще одно обстоятельство.

– Какое?

– Игра, как ты это называешь, закончится очень скоро, но это произойдет там. - Оиси направил палец вверх. - Здесь же, на поверхности, ситуация не изменится, и ты по-прежнему не сможешь добраться до небесной башни целой и невредимой.