Дмитрий Абеляшев - Пастырь Вселенной

– Милая, что это? – спросил Владимир у девушки.

– Что это, что это, – раздраженно, как никогда, скороговоркой откликнулась Лея. – Тебя не добудишься. Скажи – ваш Интернет, который я видела в художественных фильмах, это, как обычно, красивая мечта или же правда?

– До вашего визита на Землю было правдой, – криво усмехнувшись, ответил Владимир. Он был не в силах понять резкость Леи. – Киска, может, я чем-нибудь виноват перед тобой, что ты так со мной разговариваешь?

– Возможно, – охотно откликнулась Лея.

Владимир теперь просто не понимал, спрашивать ли ему про странным образом преобразившийся пистолет или же сперва выяснить отношения. И он решил все-таки узнать, чем же это он ухитрился обидеть Лею.

– Ну и в чем же? – спросил Володя, поправляя помятую ото сна одежду.

– Прежде всего в том, – запальчиво произнесла Лея повышенным тоном, – что ты не прикончил Зубцова. Он же сам сказал, что о твоем деле знает он один...

Владимир нахмурился от неожиданного поворота разговора и после краткой паузы сказал:

– Ну, прежде всего ему не стоило верить... Да и что бы мы стали делать с трупом?

– Что-что? – отозвалась Лея, глядя на Владимира, как на дурачка. – Съели бы, разумеется, – ведь, судя по шагам, он довольно тяжелый.

– Ну, знаешь, – отозвался Володя. – Это уже слишком.

Владимиру приходило в голову, что ему, возможно, придется пойти на преступление, чтоб добыть еду для своей Леи, но каннибализм, на Володин взгляд, представлял собой уже крайность запредельную. Он посмотрел на Лею, как-то непонятно преобразившуюся за время его сна, и тут в его голове возник интересный вопрос:

– Лея, ответь-ка мне, а анданорца ты бы съела?

– Да нет вообще-то, – задумчиво сказала Лея. – Мы и представителей других рас едим лишь в крайних случаях, как вот сейчас, к примеру.

Владимир представил себе, как они с Леей на пару разделывают полковника Зубцрва, и ему даже не захотелось досматривать картинку, не то чтобы когда-либо осуществить что-нибудь подобное.

– А мы вот землян не едим. Особенно в пост, – отрезал Володя.

– Ну, я бы съела, – примирительно отозвалась Лея. – Мне бы его надолго хватило.

Владимиру все больше казалось, что девушка не в себе. “Ну что же, нервы-то не железные и не резиновые”, – спокойно подумалось Володе.

– Я бы не хотел, чтобы ты делала себе бифштексы из Зубцова на моей кухне, – сказал он вслух.

– Ну, милый, ты бы мог в это время заняться чем-нибудь еще... Посмотрел бы, к примеру, свой любимый художественный фильм...

Володя насупил брови и вновь окинул взглядом Лею. Уж не подействовал ли на ее психику этот загадочный пистолет, с тревогой подумалось ему. И тут, на краю стола, Владимир увидел подлинную виновницу Ленного не вполне нормального состояния. Там, на углу полированного стола, предательски ютилась маленькая кофейная чашечка, которой Владимир туда не ставил.

– Лея, – спросил он, – скажи мне, сколько ты выпила кофе?

– Какая разница? Что тебе не нравится? – с горячностью откликнулась Лея, подперев кулачками свою красивую стройную талию. – Тебе что, две ложки кофе на меня, что ли, жалко?

Володя вместо ответа подошел к девушке, готовой, как он понял, спорить на любую тему, и поцеловал ее прямо в гневно приоткрытый ротик. Лея явно растерялась, и Володя поцеловал ее еще два раза, погладив по обнаженной спине.

– Тебе очень идет этот купальник, – с ласковой улыбкой сказал он.

– Правда? – недоверчиво переспросила Лея. – Или ты имеешь в виду что-то другое?

– Милая, – спокойно глядя Лее прямо в возбужденно горящие глаза, сказал Володя, понимая, что он теперь за главного и должен контролировать, чтобы разговор тек по правильному руслу, – расскажи мне, что это за штука такая из пистолета появилась?

– Ну наконец-то ты спросил, – язвительно сказала девушка. – А я уже думала, что никогда не дождусь этого вопроса.

“О Господи! – думал Володя. – Наверное, зря я сам так настойчиво предлагал ей этот напиток! Вот теперь самому и расхлебывать”.

– Между прочим, – торопливо, будто не в силах сдержать словесного водопада, выпалила Лея, – я не просто так выпила кофе, а для обоих старалась.

– Не сомневаюсь, – иронично откликнулся Владимир, понимая, что ему теперь предстоит скорее всего всю ночь играть роль нянечки в сумасшедшем доме.

– Так вот, – сказала Лея, кажется, предприняв робкую попытку взять себя в руки или же просто действие наркотика завершалось, – я не хотела тебя будить, пока не взломаю код. Код был пятизначным, и знаешь, как сложно мне было подобрать правильную комбинацию?

Лея показала на внешнюю крышечку, на которой виднелись семь микроскопических – разве что иголкой нажимать – кнопочек. Крышечка была коричневато-серой и ребристой, под цвет и фактуру всего корпуса плазмомета.

– Как ты еще нашла-то ее? – удивился Володя, садясь на стул перед плазмометом.

– А знаешь, – сказала Лея, – ведь без кофе у меня ничего не получалось. Я его выпила от отчаяния – и, видишь, помогло. К слову, – перебивая себя, сказала Лея, – ты уж меня прости, что я тебе столько глупостей только что наговорила. Это все от него, ух... – и Лея смешно, по-детски погрозила кулачком опустевшей чашке.

– Милая, не отвлекайся, – попросил Володя, – пожалуйста, рассказывай дальше.

– Ну так вот, – сказала Лея, – эта штука – выход в Имперскую Космическую Сеть. Представляешь, как я удивилась, когда из пистолета выехал экранчик и клавиатура? У нас засекречено все, что только можно засекретить, и я даже не представляла, что существуют плазмеметы для выхода в Сеть.

Владимир, вглядываясь в символы неведомого ему алфавита, мелькавшие на зеленом экранчике, недоуменно спросил Лею:

– Скажи мне, пожалуйста, что ты пытаешься сделать?

Лея в ответ, широко и сладко зевнув, сказала:

– Я пытаюсь войти в систему Имперской торговли. Понимаешь, – добавила она, становясь все более похожей на обычную Лею, спокойную и уверенную в себе, – Стор явно был не беден. В момент входа в Сеть он был идентифицирован, и сейчас система ждет его личного пароля. Мне же не приходит в голову ничего. Как ты думаешь, что это могло бы быть?

Владимир задумался. А потом спросил, озадаченно глядя на тускло сияющие, угольками на мраморе, кружочки клавиш:

– Лея, а что было ключом к открытию крышечки?

– Его год рождения, – задумчиво, если не сонно, ответила девушка, с лица которой уже сходил румянец, оставляя после себя обескровленную бледность.

– Это было не очень разумно с его стороны, – отозвался Володя, чувствуя приступ нежности к своей Лее, которая, будучи, похоже, не в силах уже стоять после действия кофе, доверчиво опустилась теперь к Владимиру на колени.