Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть III - Вел Павлов

— И ещё одно, — чуть тише добавил я, собирая с мыслями и поочередно глядя на всех собравшихся. — Не надо делать из это дня прощание. Я не хочу видеть ваши лица… такими. Выглядите так словно хороните меня. У нас ещё есть время. Немного, но есть. Давайте… давайте просто посидим. Поговорим о чём‑нибудь другом. О чём угодно, но только не о завтрашнем дне.

На моё удивление Талисса улыбнулась одной из первых. Слабо и едва заметно, но это была настоящая улыбка, а не маска.

— Мой господин, вы помните тот день, когда впервые пришли в Сад Наслаждения? Помните, как избавили нас от ордена Сияющих? — неожиданно спросила тёмная альва. — Помните день, когда мы впервые с вами встретились?

На губах заиграла слабая улыбка и эта улыбка вытеснила из груди тяжесть, давившую на грудь.

— Помню, Талисса, — усмехнулся я, предаваясь далёкой ностальгии. — Также я до сих пор помню рожу того белоплащника без портков, которого пришлось стаскивать с Ании. Или он был в портках?

— Какой-то дядя был совсем голый⁈ — удивилась вдруг малышка. — Что он делал с тётей Анией?

— Ранкар, — вдруг пожурила меня Диана, покосившись на Рейну. — Не при детях же…

Мириад сраных бед! Совсем забыл!

Завидев выражение моего лица, Грат громогласно загоготал, откинувшись на спинку стула и в этом терата поддержала Зирина — его избранница, а также Цуг и Аркас. Напряжение же, сковавшее террасу, начало понемногу таять.

Постепенно разговор ожил, перескакивая с одной истории на другую. Кто‑то вспоминал нелепые провалы, когда я отсутствовал в Аронтире, кто‑то случайные делишки, и даже Рейна, которая уютно устроилась у меня на коленях, по-детски хихикала.

Однако имелся тот, кто мог на корню испортить весь этот вечер:

Тридцать шесть часов… — злорадно рассмеялась тёмная тварь. — Да, продолжай. Продолжай тратить своё драгоценное время. Пусть они болтают. Пусть радуются. Ведь очень скоро я прикончу их твоими руками. Точнее… уже своими.

Не знаю почему, но именно этот выпад Опустошителя я проигнорировал. Слушая их голоса, впитывая каждую интонацию, каждый смешок, каждый взгляд, брошенный в мою сторону, в голове то и дело мелькала одна мысль — может быть именно в этом и заключается сила людей, не обременённых силой? Не в магии. Не в могущественных навыках. Не в кровопролитии. И даже не в моей технике терминального просветления, что позволила мне прожить чуть дольше. А в том, что рядом есть те, кто не даст тебе упасть даже тогда, когда падать уже попросту некуда.

Сам того не ведая я чуть сильнее сжал ладонь Искриды и крепче прижал к себе Фи, а после с некой надеждой посмотрел на остальных:

— Где Тэйн и Велеста? С ними всё в порядке?

— Прости, брат, — вдруг повинился Цуг, а после переглянулся с остальными. — Мы… мы не знаем. Они исчезли прямо после того, как ты ушел в стазис. Но думаю, ты и сам понимаешь, почему они ушли. Оба хотели помочь тебе.

— Глупцы, — покачал я огорченно головой, слегка прикрыв веки. — Какие же они глупцы. Зачем подвергать себя такому риску?

— Мы тоже хотели уйти, — честно признался Рамас. — Но твой отец… Прости! Но хранитель Земли нам запретил.

Наверное, впервые на своей памяти я был согласен с решением Зеантара.

— И правильно сделал, — выдохнул удрученно я, медленно выпрямляясь во весь рост и тем самым давай понять, что беседа подходит к концу, а Искорка и Фи поднялись вслед за мной. — Я не прощаюсь, друзья. Увидимся завтра утром…

Я чувствовал их взгляды на себе. Чувствовал их боль, тоску и горечь. Но по какой-то причине я радовался. Радовался тому, что по мне горюют. Для меня это означало, что моя жалкая жизнь прожита не зря. Сумерки сгущались, спать было бессмысленно, а впереди предстояла ночь. Длинная ночь со множеством дел и разговоров.

Лазаревы и заключительная подготовка. Следующие на очереди были именно Лазаревы…

Земля. Российская Империя.

Москва. Первое кольцо.

Главная резиденция таинственного рода Лазаревых.

2 8 марта 4060 года по летоисчислению Вечного Ристалища.

Тот самый день.

00–37…

Рабочий кабинет хранителя Земли.

Впервые за долгое время рабочий кабинет хранителя Земли насчитывал столь большое количество разумных. За исключением некоторых могущественных лиц, тут находилась в полном составе практически вся верхушка рода Лазаревых во главе с хранителями и несколькими, как отставными, так и действующими владыками Инферно Мерраввина.

По меркам Земли или того же Орсилая тут собралась сокрушительная сила. Причем никто из присутствующих не сомневался, что эту силу можно значительно увеличить. Однако, как и всегда, имелось слишком много тех самых «но». И самое главное «но» сводилась к одному незыблемому закону — «Только хранителям дозволено пребывать в тот или иной примыкающий или соседний мир». Так что Зиул Ас-Ннай и Реахзор Хсе-Рар уже нарушали правила пребывания, касающиеся иномирцев.

Именно об этом уже на протяжении часа и шел жаркий спор. Пока Влад находился в кругу близких и друзей, то в кабинете у Лазарева велась ожесточенная перепалка на тему, кто последует на Вечное Ристалище.

— Вот! Все видели⁈ — свирепо рыкнул архидемон Жестокости, вскакивая на ноги и показывая нескольким окружающим кукиш. — Моя персона не обсуждается! Я пойду на помощь племяннику! Вам ясно⁈ Хрен ты меня здесь оставишь, Зеантар!

— Зиул, угомонись, — вмешалась в дискуссию Мелисандра, пытаясь образумить диабала. — Это дело хранителей, Земли и рода Лазаревых. Даже Лина остаётся тут.

— Лислина божество! Законы Астрала и мирозданий её во многом ограничивают! — зарычал Ас-Ннай, ударяя кулаком по массивной столешнице так, что по дереву пошла тонкая трещина, а стоявший на ней хрустальный графин жалобно звякнул. — Там её сила будет урезана минимум в четыре раза. Даже на Земле её мощь в два раза меньше, чем на Орсилае. В физическом плану я её превосхожу.

Зеантар, стоявший у высокого стрельчатого окна, даже не вздрогнул от грохота и продолжал что-то рассматривать за панорамным остеклением. Он лишь чуть повернул голову, и в его взгляде, спокойном и тяжёлом, читалась не угроза, а усталое понимание — не только он хотел помочь сыну.