Пять секретов врача-попаданки (СИ) - Ольга Иконникова

— Признаться, когда я захотел узнать ваши секреты, я и подумать не мог, что их окажется так много, — выдохнул он, когда я замолчала.

— Вы, наверно, считаете меня сумасшедшей?

— Вовсе нет. Даже сошедшая с ума девица не смогла бы придумать ничего подобного. Сумасшедшим сейчас я чувствую себя сам. И чтобы убедиться, что это не так, давай я резюмирую всё то, что от вас услышал.

Я кивнула, и теперь к рассказу приступил уже он.

— Итак, ваш первый секрет — это то, что вы не Анна Ларина. Вы оказались ею, переместившись сюда из другого века.

— Да, — подтвердила я. — И именно это меня больше всего тревожит. Георгий Николаевич считает меня своей дочерью, а я, получается, обманываю его.

— Какая ерунда! — нахмурился Муромцев. — Вы стали Анной не по своему желанию. К тому же, насколько я понял, настоящая Анна была злой и эгоистичной девицей. И вы вовсе не обманываете дядю Георгия. Вы делаете его счастливым. А правда о том, что случилось, не нужна никому. Теперь ваш второй секрет — в прошлой жизни вам было не восемнадцать лет.

— Да, — снова кивнула я, — я была немного старше. Вы разочарованы?

— Отнюдь! — рассмеялся он. — Напротив, я весьма этому рад. Не представляю, о чём можно разговаривать со вчерашней гимназисткой. Теперь секрет третий — вы врач. И судя по всему, врач хороший. И это тоже замечательно! Может быть, есть и четвертый секрет?

— Есть! — на сей раз я вздохнула. — Из школьных и университетских уроков истории я знаю о тех событиях, которые должны произойти в России. Но я не уверена, что имею право о них говорить. Что, если это приведет к изменению хода истории, и что-то нарушится? Но и промолчать кое о чём я не могу.

— Вот как? А давай вы всё-таки попробуете мне что-нибудь рассказать! Что-нибудь особенно удивительное! Хотя после того, что вы уже мне рассказали, вряд ли я могу удивиться сильней. Но кое-что я понял уже и сам. Женщины смогут учиться в университетах — признаться, я никогда бы не подумал, что это возможно.

— О, — хихикнула я, — я постараюсь удивить вас еще сильней. Через шестьдесят семь лет в России произойдет революция, и власть в стране перейдет от дворян к рабочим и крестьянам.

На протяжении нескольких минут он выглядел потрясенным. И я воспользовалась этим и поднялась с кресла.

Я открыла ему четыре секрета. Но о пятом собиралась умолчать. Потому что он касался моих чувств к нему, с которыми я так и не смогла справиться. Но с тех пор, как я стала дочерью графа Туманского, это точно была запретная тема.

— Признаться, вам снова удалось меня удивить, — он тоже поднялся. — Но пусть всё идет своим чередом. Куда больше истории России меня волнует сейчас наша с вами история.

Он оказался совсем рядом со мной. Я слышала его взволнованное дыхание. И боялась себя и своих желаний.

— Наша с вами история? — переспросила я. — Но она невозможна! Да, по факту я не Анна Туманская. Но формально я именно она. А значит, мы с вами кузены.

— Что? — нахмурился он. — Ох, так вы же не знаете, что наш с Верой отец и Екатерина Андреевна, матушка Анны, не были родными братом и сестрой. Для их родителей это был второй брак, в который они вступили, когда у них обоих уже были дети.

Я с трудом сдержала вздох облегчения. Но тут же вспомнила о другом.

— Но это ничего не меняет! — решительно заявила я. — Вы проявили интерес ко мне только сейчас, когда узнали о том, что я дочь графа. А прежде вы смотрели на меня с высока, а однажды даже не посчитали зазорным унизить меня.

Я уже простила его за ту сцену на балу, но он-то об этом не знал!

— Это не так, — он взял мои руки в свои, и я почувствовала, как по телу пробежала дрожь. — Да, поначалу я смотрел на вас свысока, но чем лучше я вас узнавал, тем большее восхищение я испытывал. Не буду скрывать, что это тревожило меня, и я пытался с этим бороться. Но проиграл. Что же касается моего недопустимого поведения на балу, то я до сих пор испытываю стыд, стоит мне вспомнить об этом. Хотя тогда я считал, что поступаю правильно, ибо поверил Валерии, что именно вы подбросили мне то кольцо. Я не знал, на чьей стороне вы играли тогда, но видел в вас врага. Впрочем, это ничуть не оправдывает меня, и я искренне надеюсь, что однажды вы сумеете меня за это простить.

Возможно, он лгал мне сейчас, но я предпочла ему поверить.

Он поднес мои руки к своим губам.

И, как бы ни постыдно было это признавать, я бы хотела, чтобы он поцеловал не только мои пальцы. Но в этот вечер мое желание не осуществилось. Князь Муромцев предпочел соблюсти приличия.

Мы поженились через полгода. Это было замечательное, но весьма скромное торжество, на котором присутствовали только самые близкие нам люди.

Мы с Андреем были счастливы, и наше счастье разделяли все обитатели дома Туманских и, конечно, Михаил Ефимович, Лида и Павлуша.

У князя Муромцева было собственное поместье под Москвой, но пока мы предпочли задержаться в Павловске — слишком долго Георгий Николаевич был разлучен с дочерью, и уехать от него сейчас было бы жестоко. Так что мы жили на два дома, пару раз в год перемещаясь между Москвой и Петербургом.

К этому времени уже состоялся суд над Валерией Порошиной и доктором Захаровым. Оба они были лишены всех прав состояния и осуждены на каторгу: она — на двенадцать лет, а он — на четыре года. Я боялась, что это произведет тягостное впечатление на графа, но он воспринял приговор племяннице и своему бывшему врачу почти спокойно. А Татьяна Николаевна, хоть и приехала в тот день из суда с заплаканными глазами, довольно быстро пришла в себя, и более уже мы к этой теме не возвращались.

Пристав Ермолов за раскрытие этого дела получил повышение по службе. Оказалось, что родом он был из весьма знатной дворянской семьи, и когда выяснилось, что между ним и Верой вспыхнули чувства, мы с мужем не стали против этого возражать. Так что через несколько месяцев в доме Туманских состоялась еще одна свадьба.

К сожалению,