Недобитые. Том 1. - Александр Шевец
На столе лежали подготовленные к отправке пакеты, сложенные по направлениям. По номеру с карточки Ренар нашёл связку бумаг к старой крепости. Под верхним листом находилось распоряжение вывести две крытые повозки с удерживаемыми работниками до следующего рассвета. Отметка о сменных лошадях была свежей; приказ уже прошёл регистрацию. Ренар взял его вместе с накладной и копией распоряжения Тасса о проверке нижнего двора. Запрета на вывоз людей там не было.
В боковом ящике хранились чистые бланки для срочной переписки. Печать младшего писца лежала не среди бумаг, а в запертом жестяном коробе, прикреплённом к столу. Ренар поддел замок тонкой булавкой, надорвав кожу у большого пальца, и вынул небольшую служебную печатку. Ею подтверждали прохождение письма через канцелярию; приказывать страже или отменять решения Тасса она не позволяла. Вор забрал несколько бланков и печатку. Складывать всё аккуратно он уже не успевал: со стороны лестницы вновь послышались голоса.
В коридоре Сорн ждал возле служебной двери. Ренар затянул сумку и показал ему верхнюю строку найденного приказа.
— Отправку перенесли. До рассвета. Причём приказ уже оформлен, так что ждать нас никто не станет.
— Значит, времени ещё меньше, чем мы думали. Уходим. Остальное прочтём там, где нас не схватят снова.
Они прикрыли дверь ночных отправлений и вернулись в технический проход. Со стороны лестницы кто-то потребовал проверить опечатанное хранилище: сторожа уже начали понимать, что беглец мог спуститься вниз. Ренар ускорил шаг, насколько позволяли рёбра. Ильва и Эрдан встретили их возле труб; увидев красную книгу, девушка сразу посмотрела на его больную руку.
— Если сейчас кто-нибудь предложит нести меня, я оставлю книгу первому встречному. Мне уже хватило добрых людей на сегодня.
Ильва молча взяла у него тяжёлую сумку за ремень, чтобы тот не натирал повреждённые рёбра. Ренар открыл рот, но спорить не стал: плечо действительно болело так, что каждый шаг отдавался в спину. Эрдан подошёл ближе, желая что-то сказать, однако вор остановил его коротким жестом.
— Даже не начинай. Я вернулся за своей книгой. Она стоила мне слишком дорого, чтобы оставить её Тассу.
— Я понял. — Эрдан придержал дверь, пропуская Ренара первым, и больше ничего не добавил.
Сорн сверил дату на приказе и убрал бумагу за пояс. По главному коридору пробежали стражники, и четверо отступили в нишу за трубами. Ренар показал на низкую хозяйственную дверь, которую заметил возле механизма. Верхнюю лестницу наверняка уже проверяли, а этот проход вёл в сторону заднего двора.
— Здесь можно обойти главный коридор и выйти к заднему двору. Если дверь в конце закрыта, придётся искать другой путь. Но сначала давайте уйдём с места, где нас ловят каждые несколько минут.
Они двинулись вдоль низкой стены, избегая горячих труб. Ренар шёл впереди с прикрытым фонарём, Сорн замыкал группу. У последней двери Ильва внезапно остановилась и положила ладонь на стену. Ренар едва не наткнулся на неё; девушка подняла палец, требуя тишины. За досками негромко разговаривали женщина и ребёнок. Их слова не разобрать, но Ренар услышал испуганный всхлип и шорох, будто кто-то придвинул к двери тяжёлую скамью.
— Там люди, — прошептала Ильва, не отнимая ладони от стены. — Их держат взаперти.
Ренар поднёс фонарь к замку. Времени оставалось мало, сзади уже слышались шаги, но по лицу девушки он понял, что просто пройти мимо не получится. Вор пригасил свет и присел у двери, стараясь рассмотреть устройство запора.
Глава 19
За стеной
«За отставшего отвечает тот, кто взялся вести».
Из дорожных наставлений
Ильва ещё раз приложила ухо к доскам. Женщина за стеной говорила почти неслышно, и разобрать удавалось лишь отдельные слова. Она уговаривала ребёнка отдать ей что-то, шуршала одеждой, потом раздался короткий кашель, который тут же попытались заглушить. Ренар сидел у замка с прикрытым фонарём; света хватало, чтобы различать ржавчину на скобе и выбоины возле замочной щели. Со стороны лестницы доносились голоса стражников. Они всё ещё искали беглецов наверху, но кто-нибудь мог спуститься к трубам в любую минуту.
— Дай мне посмотреть, — попросила Ильва.
Ренар поднял фонарь чуть выше. Дверь, возле которой они остановились, была узкой, обитой деревянными рейками поверх старой железной полосы. Замок находился со стороны технического прохода, на косяке уцелел заржавевший крючок для ведра. Судя по следам на полу, сюда часто приносили воду или выносили грязное бельё. Внутренние помещения располагались по другую сторону тонкой перегородки: сквозь щели между досками тянуло кислым запахом немытой одежды и холодным дымом лампы.
— Открою, если личинка не забита землёй. Только сначала решите, что будете делать с теми, кто там сидит. — Ренар проверил ключи на связке, добытой внизу, и отложил два с неподходящими бородками. — На каждого у нас по одной больной руке, а у кого руки целы, тот едва ходит. Мне не хочется выяснять уже за дверью, что там ещё десяток человек и все требуют носилки.
— На главную лестницу нам нельзя. — Сорн остановился у поворота, прислушался к шагам за стеной и вернулся достаточно близко, чтобы говорить вполголоса. — В техническом проходе есть выход к заднему двору; пока они ищут на верхних этажах, ещё можем уйти. Если откроем чужую камеру и кто-нибудь закричит, этого пути больше не будет.
— А если не откроем, куда их поведут? — Ильва уже различала плач ребёнка, которому взрослые не позволяли говорить громче. — Внизу держат людей для отправки. Я слышала, как их пересчитывали в лагере: перед перевозкой всегда проверяли тех, кто не может идти сам.
— Тогда спроси, сколько их. — Эрдан присел возле стены, чтобы голос не разнёсся по проходу. Он заметно побледнел за последние часы; иногда его пальцы сами собой сжимались, будто мышцы всё ещё ощущали сопротивление магических цепей. — Если мы сумеем вывести людей, я помогу. Только ты скажи, что нужно делать, пока нас не нашли.
Ильва протиснулась мимо Ренара и постучала по доске ногтем. Сначала три коротких удара, потом пауза. В лагере так проверяли, не спят ли люди за дверью, прежде чем открыть глазок, и она тут же пожалела о знакомом ритме. За перегородкой стихли голоса. Кто-то передвинул по полу деревянный предмет, ребёнка заставили замолчать. — Меня зовут Ильва. Мы не из караула. Скажите, сколько вас там.
— Зачем вам