Уильям Форсчен - Смертельный гамбит

— Я испытываю сильный соблазн придушить его собственными руками, — сказала она ледяным голосом.

Корбин вытянул перед собой руки в умоляющем жесте.

— Он напоминает мне Киру. Трусливый мерзавец имел такой же жалкий вид перед тем, как я отрубил ему голову, — произнес Оиси с презрительной усмешкой.

Элдин по-прежнему стоял на месте, пристально глядя на Габлону.

— Нам лучше поторопиться, — сказала Мари, присоединившись к группе. — Такаси только что вернулся с донесением, что синие взяли приступом таверну и пришли в бешенство, никого там не обнаружив. Скоро они придут сюда.

— Ты хочешь сам испытать удовольствие, убив своего врага, — спросил Оиси, отвязывая от палки рукоятки гарроты, — или предоставишь это право мне?

По щекам Габлоны катились крупные слезы, он протянул руки к Элдину, умоляя о пощаде. Такое поведение вызвало насмешки со стороны самураев. Элдин молча выступил вперед и взял у Оиси ручки гарроты. Дыхание Габлоны стало хриплым и прерывистым.

— Мне достаточно сделать лишь пол-оборота, — сказал Элдин. — Когда я представляю себе, на что ты собирался обречь Тию…

Он слегка повернул ручки, и Габлона издал сдавленный вопль.

Элдин презрительно фыркнул и отпустил рукоятки.

Хватая ртом воздух, кох сначала упал на колени, ослабил на шее петлю и, судорожно всхлипнув, упал на живот.

Самураи и гафы издали разочарованный стон.

— Я тебя не понимаю, — обратился Оиси к Элдину. — Он уже не раз совершал покушения на твою жизнь. Всего лишь несколько минут назад он хотел предать тебя и твою племянницу, а теперь ты его прощаешь. Это неразумно, мой господин.

Габлона бросил злобный взгляд на Оиси.

— У меня есть причины сохранить ему жизнь, — отрезал Элдин. — Идем!

Отдав несколько коротких команд, Оиси повернулся, показав на здание, взятое штурмом, из которого они провели внезапную атаку.

Элдин быстро огляделся по сторонам. Он чувствовал с самого начала, что Габлона нарушит свое обещание, отказавшись освободить Тию, но были все основания надеяться на то, что кох не убьет его в первую же минуту, а скорее выдаст Ульсаку или оставит в живых, с тем чтобы использовать в дальнейшем.

Появление отряда желтых оказалось для Оиси полной неожиданностью, но он быстро изменил план, приняв в расчет сложившуюся ситуацию. На самом деле то, что Тию и Элдина вывели на улицу, упростило их задачу.

Бомбы и бочки со спиртом предназначались для штурма цитадели. Чтобы получить первый ингредиент, потребовалось в течение нескольких дней выпаривать воду из серных источников, а покопавшись в отхожем месте таверны, они обеспечили себя селитрой. В ходе первой атаки они израсходовали половину своего арсенала.

Они нарушили все законы Дыры, использовав метательное оружие и взрывчатые вещества против Шиги. И если Шуга еще не объединились для того, чтобы напасть на них, то это, вне всякого сомнения, произойдет в самое ближайшее время.

— Давай поторопимся, — сказала Мари, потянув Элдина за рукав.

— К нам кто-то приближается, — предупредил один из самураев, показывая в дальний конец переулка, где появилась одинокая человеческая фигура.

Это был Хасан.

Кровь сочилась из пореза, пересекавшего его щеку.

— Чертов идиот! — проревел Габлона. — Что произошло?

Хасан спокойно приблизился к группе и прошел мимо самураев, которые подняли мечи, готовые нанести удар.

— Нас предали, — сказал Хасан, обращаясь к Габлоне и словно бы не замечая присутствия всех остальных.

— Кто? — спросил Элдин.

— Ульсак, кто же еще? Я и сопровождающие меня двадцать человек, посланные к нему для переговоров, были встречены за воротами иностранного квартала. На нас напали, и все мои люди были убиты. Мне одному удалось вырваться, и я сразу же поспешил сюда, чтобы предупредить вас.

Элдин недоверчиво посмотрел на ассасина.

— Шига используют отравленные клинки, — он показал на рану. — Ты уже должен быть мертв.

— Ах это, — невозмутимо произнес Хасан и, подняв руку, стер со щеки запекшуюся кровь, словно бы впер вые заметив порез. — Желтые завладели нашим оружием и попытались использовать его на мне. — Хасан обвел долгим взглядом окружавшую его группу. — Полагаю, я должен вам сдаться.

С этими словами он вытащил из ножен саблю и протянул ее Оиси рукояткой вперед.

— Я предпочитаю стать вашим пленником, сохраняя шанс выбраться отсюда живым, чем ждать, когда Шига до меня доберутся.

Оиси холодно посмотрел на Хасана, очевидно не веря ни единому слову.

— Мы возьмем его с собой, — сказал Элдин. — Его опыт может оказаться для нас полезным. Пойдем отсюда.

Он пнул Габлону коленом под зад.

— После того, что произошло, Аль-Шига в полном составе начнет на тебя охоту, — злорадно бросил Габлона.

— Они будут охотиться и за твоей задницей, — ответил Элдин.

В отдалении прозвучал сигнал рога, а затем еще один и еще. Местные жители скоро обнаружат, что их основные законы были грубо нарушены, причем одновременно с началом Великого Фестиваля, и Элдин почувствовал холодную волну страха. Если они не любили чужеземцев и раньше, то он мог только догадываться, какая лютая ненависть проснется в них теперь.

— Так это и есть результат твоего соглашения? — спросил Аабек, лидер клана Исма, обводя взглядом место недавнего побоища. Слабые порывы свежего утреннего ветра развевали полы его длинного синего одеяния.

С задумчивым видом Ульсак бродил между тел своих погибших последователей. Перевернув ногой один из трупов, он присел на корточки, чтобы осмотреть раны.

— Осколочные ранения, — тихо произнес Ульсак.

— Как такое могло произойти? — воскликнул Торес, глава клана Бенжада. — Мы испокон веков наложили запрет на поставку взрывчатых веществ на поверхность Дыры и тщательно проверяем ее грузы. Мы обучаем своих людей сражаться без применения подобных средств, чтобы у тех, кто находится над нами, не появилось причин заподозрить с нашей стороны угрозу.

— Они изготовили взрывчатку сами, — сказал Ульсак.

— Посмотрите на это, — произнес Аабек, показав на стрелу катапульты, торчащую из тела гафа.

Ульсак мрачно кивнул.

— Они ведут игру по собственным правилам.

— Наши подчиненные начнут задавать вопросы, — прошептал Аабек, подойдя к остальным верховным правителям Аль-Шиги. — Они поймут, что подобные средства очень эффективны, поскольку вызывают не медленную смерть.

— Мы что-нибудь придумаем, — сказал Ульсак, и все согласно закивали головами.

Разве не в этом заключалась вся цель существования их культа — с помощью изощренного обмана держать своих последователей под жестким контролем?