Константин Федоров - Хроники Гирида. Странник (СИ)
В отличие от неумех - солдат местного феодала, нынешние противники были куда искуснее в бою и не рвались толпой на мага. Сражались они парами, поочередно меняясь, чтобы не уставать. А вот Максим почти вымотался. "Не, так дело не пойдет", - землянин попытался достать мечом плечо церковника в коричневой рясе, держащего огромный молот. Однако действие принесло совершенно противоположный от задуманного результат: молот был использован как щит, что привело к потере равновесия и разбалансировке стойки. Этим незамедлительно воспользовался второй церковник из пары, достав своим фламбергом бедро Максима. В обычной ситуации лезвие бы разрубило бедро на две части, достав до кости, но в тот момент меч лишь оставил глубокую рану. Причиной этому стал арбалетный болт, пролетевший в сантиметре от уха нападавшего. Уклоняясь, он банально поскользнутся, потеряв равновесие. Теперь уже Максим, превозмогая жгучую боль и правой рукой блокируя атаку молота, ударил неудачливого нападавшего. Кинжал вошел точно в горло. Обмякшее тело опустилось за землю и, недолго пробившись в судорогах, навсегда затихло, добавляя в грязный снег новые, багровые тона.
Смерть соратника не разозлила и не ошеломила церковников, наоборот, придала им запала. Они еще больше стали теснить мага, но теперь их стало меньше, всего три пары. В те же секунды послышался звон металла о металл. Знакомый звон. Макс узнал Алекса и Варта, оттянувших часть нападающих на себя. Бой шел тяжело. Тяжело для всех. Но если Максиму приходилось справляться только с тремя парами, то на друзей переключилась и местная стража с солдатами феодала. "Надо заканчивать с этим, иначе все тут ляжем", - но рефлексы опередили мысли. Используя последний запас магии в эльфийском мече, он сформировал жгут и полоснул им двух паладинов перед собой. Те упали навзничь, не успев отреагировать; послышался треск магических амулетов. "Все, теперь без защиты", - в Макса тут же полетел стрела света, напоминающая молнию. Он уклонился, сделав кувырок через больное колено. Штанина и куртка уже сполна окрасились человеческой кровью, а голова болела, но отдыхать пока было рано. Воспользовавшись открывшимся путем к спасению, он нырнул в "окно", отбиваясь от атак разъяренных церковников, имевших место на успех. Колотая рана на икроножной мышце, рваная рана в плече и сломанный или раздробленный левый локоть. Такую цену пришлось заплатить за сохранение жизни.
Спиной Макс почувствовал жар, оборачиваться не стал - это было смерти подобно, однако почувствовал знакомую магию. "А паренек делает успехи". Затем на площади расплылся густой серый туман, стали слышны крики обезумевших от страха солдат, а довершила все это действие цепь разрядов молний, ударивших точно в святых братьев, погнавшихся за раненым магом.
Макс уже хотел скрыться в темноте одного из переулков, а дальше выбираться из города окольными путями, но не тут-то было. Железная, он бы даже сказал, мертвая хватка вцепилась в его раздробленный локоть, вызвав приступ нестерпимой боли, от которой даже слезы на глазах начали наворачиваться.
- За мной. - Не терпящим возражений тоном проговорила Катерина.
Шэс ждал своего хозяина в нескольких улицах от площади. Джар был возбужден и рвался в бой: он чувствовал боль своего владельца и стремился разделить любую участь с ним, пускай даже печальную, но его крепко держал Оран, попутно пытаясь успокоить почти лишенное здравомыслия животное.
Катерина все так же молча оседлала своего ящера. Оран помог Максу залезть на джара, после чего сам последовал примеру вампирессы. Не говоря ни слова, вампирша понеслась прочь от места схватки по улицам Ольта. Макс про себя матерился из-за ран на всем теле, особенно неудобно бело держать поводья одной рукой, ведь Шэс развивал приличную скорость. Джар, чувствуя боль хозяина, щедро делился с ним энергией через связывающий их канал, за что землянин действительно благодарен молчаливому другу.
Город Ольт ничем не выделялся - обычная захолустная дыра, как его называли в высшем свете те, кто вообще знал об его существовании. Тут не было многовековой истории или знаменитым мастеровых, не было оживленного торгового тракта или водного пути, не было ни военной школы, ни чего-то еще - обычный серый город за свое существование даже набегов со стороны Вольных баронств не пережил, ведь их просто не случалось по вполне логичным причинам. Однако утром об этом городе узнают многие на Гириде: тайные службы, церковники и ассамблея магии, демонопоклонники и высшей свет Эльба. Каждый из них услышит о том, что этот доселе непримечательный город стал местом встречи нового мага спирали и святых братьев, разрушивших немало домов и улиц. Так же каждый сильный мира сего будет держать в уме то, что эпоха застоя постепенно канула в лету, открыв дорогу для новых лиц и имен, сражений и историй. Но никто так и не будет до конца уверен, что же принесет рассвет нового времени: лучезарный и великий расцвет стран, эру технологий и магических открытий или же темные смутные времена, ознаменовавшие закат для всего Гирида.
В ту ночь Максим провожал маленький неизвестный ему городок с печальной улыбкой на лице. Они беспрепятственно выбрались из Ольта и были уже далеко, по крайней мере, выиграли для себя время, чтобы уйти от погони. Раны благодаря стараниям Шэса болели меньше, усилилось лишь смутное беспокойство в душе, зародившееся где-то внутри. В этом городе он впервые в действительности осознал жестокие реалии своего нового мира, понял, что либо сломается под грузом идеалов и устоев Земли, либо выберет новый для себя путь: лидера ли, друга ли, простого подчиненного или владыки целого континента? Тогда он не знал ответа на этот вопрос, как и на многие другие. Он просто подставил лицо приятному зимнему солнцу, прогнавшему ночное наваждение, смотря, как в его восходящих лучах пылает пепелище, окутанное клубами прозрачного дыма. Пепелище, на котором родилось его новое "я", лишенное детских иллюзий.
Глава 9. Кукловод.
- Клаус, чего так копаешься, увалень ты деревенский? - послышался ленивый немолодой голос - Заканчивай уже осмотр и пойдем промочим горло в трактир.
- Уже иду, господин Мирт. - Впопыхах протараторил парень лет семнадцати от роду.
Старый вояка пробурчал какое-то ругательство, связанное с умственными способностями своего подчиненного и, опершись о каменную стену ближайшего дома, стал терпеливо ждать. Несмотря на то, что молодой парень просто старался выполнять свою работу, и выполнять ее хорошо, Мирт был не доволен. "Все они такие, как только приходят на службу. Ничего. Побудет тут с моего, запоет по-другому", - затем старый служивый вспомнил себя в возрасте семнадцатилетнего сопляка. На губах сложилась едва заметная улыбка.