Алексей Мироненко - Зов крови

На долю секунды опередив следующего, брат правой рукой отвел ствол автомата в сторону и ребром ладони ударил по кадыку сектанта, затем уволок его куда-то влево и исчез из поля зрения. Монолитовцы стреляли ему вслед, но пули загрохотали о металл контейнера.

Я приставил винтовку Беркута с работающим фонарем к ящику, ему вручив свой «винторез» и сам отбежал в сторону под покровом темноты. Достал нож-игольник, купленный у мистера Коула и решил, что пора испытать его. Я взобрался на какой-то ящик, перепрыгнул на следующий, обходя монолитовцев. Те шли вперед, в сторону ящика, где впервые нас увидели – оттуда светил мой фонарь в потолок. Сектанты осматривали помещение, на ходу светя в стороны, один луч вырвал из темноты чью-то ногу в камуфляже, и сектанты открыли огонь. Я резко побежал вперед, взяв нож в левую руку обратным хватом. Вонзил клинок в шею одного сектанта, вытащил, перехватил нож по-другому и несколько раз нажал на кнопку на рукояти.

Один сектант задергался, палец вдавил спусковой крючок, и он выпустил остатки магазина в товарища, шедшего впереди, затем рухнул сам, извиваясь как змея. Потом затих и замер. Монолитовцы тут же обернулись, лучи фонарей наткнулись на монолитовца, которого я держал рукой за шею. Я упер ногу в спину сектанта и толкнул вперед, а сам побежал к ближайшему контейнеру.

Загрохотали выстрелы, пули засвистели позади, а я прыгнул к контейнеру, положив нож в ножны и выхватив обе «беретты». Монолитовцев было пятеро, видимо, вначале я ошибся, навскидку посчитав их. Двоих убила граната Беркута, потом мы скосили двоих, затем еще одного убил Леха и уволок второго. Затем я зарезал одного, парализовал второго, и тот пристрелил третьего.

Сейчас прогремели пять очередей, к ним присоединилась еще одна, потом две затихли – видимо, Беркут снял одного. Я привалился спиной к ящику, готовясь выглянуть, как в метре от меня промелькнул еще один луч фонаря. Я высунулся, стреляя с одной руки. Промазал, и сектант скрылся за контейнером.

Где-то рядом послышался глухой удар и хруст ломающихся конечностей, затем стук падающего тела, спустя секунду короткая очередь. Еще один удар, об пол звякнуло падающее оружие, и снова серия глухих ударов.

Где-то в другом конце зала началась перестрелка, я выглянул на звук. Увидел спины двух монолитовцев, палящих по Беркуту, который отсиживался в укрытии. С такого расстояния из пистолетов я по нему не попаду, нужно было подойти поближе.

Я тихо, почти бесшумно побежал к ним, надеясь, что сквозь грохот выстрелов монолитовцы меня не услышат. Я прошел мимо одного контейнера, вытянув слегка согнутые руки с пистолетами и не забыв заглянуть за него, и тут же чья-то рука ударила под мои предплечья, уведя руки вверх. Я машинально нажал на спуск, но тут голос брата произнес:

- А, это ты! Тише!

Монолитовцы впереди обернулись, и брат уволок меня за контейнер, спустя мгновение пустоту прорезали пули винтовок монолитовцев. Беркут среагировал мгновенно и застрелил обоих сектантов, как только они повернулись к нам. Мы вернулись к долговцу. Беркут прислонился спиной к деревянному ящику и тяжело дышал. Бинты на плече побагровели от крови, Леха принялся менять ему повязку.

Со стороны входа послышались еще шаги. Леха наскоро перебинтовал руку Беркута и глянул туда.

- Быстрее! – шепнул я, схватив свой «винторез». Посмотрел туда, откуда слышались шаги. Еще монолитовцы… - Валим отсюда!

Мы тихо побежали вперед, стараясь держаться за контейнерами. Добежали до противоположной стены склада, принялись искать дверь.

- Вон туда! – махнул рукой Леха и побежал туда. Я оглянулся и юркнул за один ящик, толкнув Беркута вперед. Надо мной промелькнул тонкий луч тактического фонаря и исчез. Я «гусиным шагом» добрался до друзей. Леха нажал на кнопку панели возле двери. Дверь отъехала в сторону, и мы выбежали из склада. Перед дверью я задержался, навел ствол на панель и выстрелил. Раздался хлопок, что-то там внутри взорвалось, и я выбежал следом за друзьями.

Брат снова нажал на кнопку с обратной стороны и закрыл дверь.

- Ты что там сделал? – поинтересовался он, глянув на меня.

- Немного усложнил им жизнь, - ответил я, оглядывая следующее помещение.

Снова коридор, мы стояли в самом конце его. В другом конце виднелась дверь, видимо, ведшая обратно на склад, в середине коридора была еще одна дверь. Мы побежали к ней, потом я приказал им оставаться на месте, а сам подскочил к двери в конце коридора. Открыл ее, выглянул. Так и есть, это была дверь на склад. Я прострелил панель этой двери и вернулся в коридор, закрыв ее.

Леха и Беркут открыли следующую и дожидались меня. Мы вошли в следующее помещение.

Снова коридор… казалось, что комплекс состоит из одних коридоров. Впереди массивная дверь с табличкой «Level 3», рядом панель с горящим красным светодиодом и углублением в середине – видимо для карты доступа. По бокам двери, на одной табличка «Начальник отдела. Ливанов А.В.», на другой – «Хранилище».

Леха открыл дверь в хранилище, а мы с Беркутом решили заглянуть в комнату начальника. Там царил хаос, видимо кто-то в спешке собирался и хотел покинуть помещение. Навсегда. И видимо, этот кто-то не успел – на полу были разбросаны вещи, раскрытый чемодан лежал в углу и из него вывалилось почти все, что в нем было. В общем, ничего необычного, всего лишь одежда да принадлежности для бритья.

Еще в комнате был компьютерный стол, шкаф, да односпальная кровать. Я подошел к столу, осмотрел лежащий на его поверхности мусор. Осколки оптических дисков, поломанные флешки. Я заглянул под стол, где стоял системный блок. Крышка была снята, внутренности переломаны. Но, кажется, неизвестный вандал плохо разбирался в компьютерах: винчестер был абсолютно цел, а значит, и информация.

Я отсоединил винт, и вдруг откуда-то из глубины легких вырвался кашель, и я согнулся пополам. Винчестер вылетел из рук, я упал на колени; глотку и легкие разрывало от противного кашля. Беркут озадаченно смотрел на меня, не зная, чем помочь. Когда приступ прошел, он почти шепотом спросил:

- Что с тобой?

- Лехе не говори, - прохрипел я, вытирая кровь с губ и подбородка. Поднялся, взял информационный орган компьютера и положил его в кармашек рюкзака. Потом мы обшарили комнату на предмет чего-нибудь, чтобы могло подсказать, что здесь случилось.

Беркут обнаружил в чемодане маленькую записную книжку. Открыл, пролистал несколько страниц.

- Дневник, - заключил он, листая. Открыл страницу с последними записями, прокашлялся и зачитал: «Черт побери! Пятьдесят человек этой ночью просто испарились. Я подозреваю, что во всем виновата машина…». Что еще за машина? – пробормотал Беркут, глянув на меня. Я пожал плечами. – «Сегодня исчезли еще несколько человек. Дверь комплекса закрылась! Потом закрылись двери, отделяющие уровни! Мы тут умрем с голода… Несколько рабочих и я. Говорил же я им, что не нужно этого делать, человечеству еще рано управлять временем… А они не слушали, им нужна власть… Услышав стук в дверь, я в спешке уничтожил всю информацию о машине, что у меня была. Лучше пусть исчезнет. Кажется, это бунт! Голодные рабочие не хотят умирать, я тоже. Но что я могу сделать?! Если кто-то читает эти записи, прошу: уничтожьте машину! Идите на третий уровень, а там… не ошибетесь. Одного заряда ЭМВ хватит, чтобы разнести ее. Я надеюсь… А сейчас… чувствую, легкое колебание в костях…» - Беркут прищурился. – Здесь дальше совсем непонятно, видимо, пальцы у него совсем сильно дрожали.