Алексей Мироненко - Зов крови

Мощный взрыв эхом пронесся по комплексу, заставив нас вздрогнуть. Мы посмотрели на Серегу.

— Через минуту, говоришь? — зло сказал я.

— Не рассчитал…

— Да ты нас убить мог, мать твою! — выкрикнул я. — Если бы мы немного задержались, а ты еще немного укоротил фитили…

— Молчать! — поднял руку вверх брат. — Со своими ровесниками будешь так говорить, — добавил он. — Идемте!

Он открыл дверь и вышел, положив левую руку на цевьё винтовки. Я пошел следом, держа «эмку» у бедра. Мы дошли до перекрестка, Серега выглянул, махнул рукой и пошел вперед. Мы быстро перешли перекресток, но когда его миновал Беркут, послышались тихие хлопки — как стрельба с глушителями. Беркут рефлекторно пригнулся и припал плечом к стене, мы обернулись, но Серега приказал:

— Вперед!

Мы побежали по задымленному коридору, стараясь не дышать. О стены зачиркали пули — монолитовцы стреляли по нам вслепую. Серега первым влетел в покореженный взрывом проход, прыжком преодолел маленькую лестницу вниз и пробежал по двери, лежавшей на полу в двух метрах от проема.

Беркут, выхватывая гранату, рявкнул: «Ложись!», но мы поняли его без слов и прыгнули на холодный бетонный пол. Долговец швырнул гранату назад, где, предположительно находились сектанты — и, судя по матному вскрику оттуда, не ошибся.

Взрыв лишил жизни двух монолитовцев и тяжело ранил троих, одного из вынеся без ноги в наш коридор. Серый добил сектанта выстрелом в голову. Я глянул вперед — короткий коридор, в конце которого был дверной проем, на этот раз без двери. Я глянул на погнутую дверь, лежавшую на полу. На ней красовалась надпись желтой краской: «Level 2».

[Грэй]

Грохот выстрела подействовал на меня отрезвляюще. Я убрал пистолет в кобуру и взял «винторез» двумя руками. Дальше еще один коридор, за дверным проемом — еще один, перпендикулярный тому, в котором находились мы. И откуда только слова такие знаю? Со школы еще, хотя не очень любил геометрию.

— Пошли, — сказал я в который раз и первым направился по коридору. Он был так же освещен…

В сознании что-то щелкнуло, и я остановился. Чувство опасности настойчиво нашептывало мне, чтобы я никуда не шел. Так-так… вид вот этих двух плит на потолке в конце коридора мне не нравится. Леха еще прошел вперед, и я схватил его за плечо. Он резко остановился и оглянулся, но я смотрел поверх его плеча. Обе плиты тут же опустились где-то на полметра от потолка, и над ними оказались две турели.

Я одновременно толкнул Беркута и Леху на пол, а сам отшатнулся назад; мелкие пули застучали о бетонный пол. Я инстинктивно рухнул на спину, и пули пролетали надо мной, рикошетя от пола. Я развернулся поперек коридора и покатился назад, боясь подниматься, слава богу турели не были запрограммированы рассчитывать траекторию движения цели и не попадали по мне.

Грохот стрельбы не прекратился, но чирканье слышалось уже вдалеке, и я осмелился глянуть вперед — Леха подскочили к правому пулемету и схватился за него, заставив замолкнуть. Турель явно не рассчитывала на такой прием и поворачивалась из стороны в сторону, не видя цели и все еще паля. Леха уперся ногой в стену и с силой развернул пулемет в сторону другого. Второй пулемет стрелял по Беркуту, который прыгал из стороны в сторону, но тут же был выведен из строя десятком пуль соседа. Брат оттолкнулся от стены, вырвав хрупкую турель вместе с проводами, и рухнул на пол.

Я поднялся на ноги, отряхнулся и подошел к ним, по дороге подняв штурмовую винтовку, брошенную братом.

— Ты где это научился? — спросил я. Леха подумал и ответил:

— Здесь. Только что.

— Молодец. Беркут, ты цел?

Долговец кивнул — ему тоже пришлось попрыгать, пока пулемет пытался попасть по нему.

— Откуда здесь такая хрень? — ошарашено спросил он.

— Не знаю, — ответил я; Леха бросил на пол бесполезный пулемет и взял в руки свое оружие. — Ну идем.

Мы вышли в следующий коридор — он был небольшим и в обоих его концах виднелись двери. Мы пошли вправо, дошли до конца и открыли дверь. Впереди была лишь тьма.

— Фонари есть у кого? — поинтересовался я, достав фонарик с пояса. Мы с Беркутом включили тактические фонари под стволами «М4». — А, ну да.

Мы медленно пошли вперед, опасаясь новых сюрпризов от комплекса. Тонике лучи фонарей выхватывали из темноты только какие-то ящики и огромные контейнеры. Я посветил вверх — потолок был высоким, как в спортзале. Значит, мы находимся под холмом близ Красного, потому что я не заметил, что мы опускались слишком глубоко.

Я посветил на один контейнер красного цвета. Он был большой, вроде тех, которые стоят в портах, дожидаясь отправки куда-нибудь за океан. На ребристой поверхности было написано: «Anomaly’s products. Dangerous. Don’t touch!». Черт, да здесь держат артефакты!

Я посмотрел на замок на дверке контейнера, повесил «винторез» на плечо, взял пистолет.

— Эй, ты чего?! — беспокойно спросил Леха. — Мало ли что тут! Лучше так вскрыть.

— Ага, чем? — поинтересовался я.

Леха пожал плечами и огляделся, водя лучом фонаря из стороны в сторону. Наконец он отошел и вернулся с монтировкой в руке.

— Вот этим попробуй. — Он бросил мне инструмент. Я поймал одной рукой и бросил обратно.

— Сам пробуй, Гордон Фримен, — усмехнулся я. — Ты чего без очков, кстати?

— Потерял, — буркнул брат, положив винтовку на пол, и треснул монтировкой по замку. Хрупкий замок отлетел, и дверь со скрипом открылась. Я посветил внутрь, отодвинув плечом брата. Пусто.

— В чем прикол? — нахмурился я, осветив углы контейнера. — Пусто, — объявил я. — Попробуем еще?

Мы вскрыли еще несколько контейнеров, и в двух нашлись артефакты. «Батарейка» и «медуза». Еще Леха нашел маленький поясной контейнер с шестью ячейками. Он же и взял себе артефакты, прицепив контейнер на пояс.

— Тут у них хранилище, — произнес я. — Не зря хотели сюда попасть, здесь сотни ящиков и контейнеров, кто знает, сколько тут еще артефактов?

— Идем дальше, — произнес Беркут. — Нужно попасть в кабинет главного или найти какую-либо информацию об этом месте.

— Твоя правда, — согласился я. — Ну идем.

Впереди появилось какое-то свечение, вроде электрического разряда. Потом появился шар, ну прям как в «Терминаторе». Не хватало еще только робота из будущего…

Робота из будущего не было — зато был отряд «Монолита». После того как шар взорвался, произошла вспышка, на миг осветив десяток сектантов, затем вновь наступила темнота. Мы сели за ящики, Беркут яростно зашептал: