Алексей Мироненко - Зов крови

— Скорее вниз! — скомандовал брат и пошел к лестнице.

Мы не дыша, вслепую пошли вниз, ничего не видя сквозь столб дыма. Я почувствовал, как что-то повалилось на меня сзади — это был Карташ. Я повернулся, подхватил его и потащил вниз, не зная что случилось. Через секунду все стало понятно, когда что-то чиркнуло о стену рядом — пуля.

Кто-то еще преследовал нас и пристрелил Карташа. Беркут помог мне дотащить Саню через покореженный дверной проем — здесь стояла дверь. Сама она лежала дальше, с небольшим углублением в центре — след от ударной волны.

Серега привалился плечом к металлическому косяку и вслепую стрелял назад. Из дыма выбежал первый монолитовец, и он первым получил порцию свинца в грудь. Следующий налетел на первого, и они оба рухнули, когда Серега выстрелил в него.

Мы с Беркутом оттащили Карташа к стене и усадили. Пуля прошла насквозь, пробив легкие.

— Карташ, не теряй сознание! — крикнул я, доставая аптечку. Беркут зажимал рану с обеих сторон, а я не знал, как помочь Карташу. Но через несколько секунд помогать уже было не нужно. Саня уронил голову, взгляд его помутнел.

— Черт! — рявкнул я, ударив со всей силы кулаком по стене. Только разбил кулак о какой-то камень в стене.

Беркут вколол себе стимулятор и обезболивающее из аптечки, его лицо налилось румянцем. Я подхватил винтовку и побежал на помощь Грэю, который в одиночку отстреливался от монолитовцев. Те стреляли в ответ, бой шел полностью вслепую. Ко мне подлетел Беркут, выхватив гранату.

«Эфка» взорвалась в подвале, не оставив ни единого шанса находившимся там монолитовцам, и стрельба прекратилась. Один сектант вылетел в коридор и покатился по земле.

— Почему здесь земля? — спросил Беркут, сильно хромая.

— Здесь были природные пещеры, — ответил Серега. — Видимо. А дальше все как обычно: заштукатуренные стены, плитка на полу, беленый потолок…

Коридор вел вниз, там, в конце виднелась еще одна дверь, раскрытая нараспашку. Мы поспешили вперед, боясь, что нас будут преследовать еще монолитовцы.

— Закроем эту дверь, — сказал Серега.

— А мы потом выберемся отсюда? Вы уже однажды застряли здесь.

— Я думаю, вряд ли мы продержимся под натиском черных, — ответил Серый, — взявшись за ручку двери. — Помогите!

Мы втроем начали закрывать тяжелую дверь. Дверь заскрипела, не желая закрываться, мы навалились сильнее и захлопнули ее. Громкий стук эхом разнесся по лаборатории. Серега двумя руками взялся за ручку и несколько раз повернул.

— Ну все. Идем.

Мы пошли вперед по длинному коридору, освещенному лампами на потолке. Некоторые мигали и трещали, было жутко. Мы проходили мимо дверей, за которыми стояли кровати и тумбочки. Даже трудно было поверить, что лаборатория пустовала, казалось, сейчас откроются некоторые двери, и будут выходить заспавшиеся ученые. Но этого не происходило.

— Первый этаж — жилые помещения. Здесь есть кухня, спальные комнаты и медотдел. Беркут, тебе нужно полечиться, прежде чем вскроем дверь на второй уровень.

— Согласен, — кивнул долговец.

Мы быстро дошли до больничного отсека, путь до которого был не близок через бесконечные коридоры. Беркут скинул комбинезон и черную футболку, обнажив окровавленный торс. Он поморщился, когда Серый обработал раны и каким-то инструментом, похожим на кусачки, принялся доставать пули.

— Зачем здесь столько комнат? — морщась, спросил Беркут. — Сколько народу тут работало?

— Человек двести, наверно. Комнаты одиночные. Мы тут и жили месяц.

— Как ты выбрался? — поинтересовался я.

— По старым коммуникационным туннелям. Они ведут в Припять и еще хрен знает куда, я видел ответвление, скорее всего, на ЧАЭС.

— Почему остальные не пошли?

— Потому что там было полно мутантов, а одному проскочить легче. — Серега закрыл раны лейкопластырем. — И только у меня был артефакт, как у тебя, отпугивающий мутантов. Но кое-кто ударил по поясу с «бомбочкой» и уничтожил все, что было.

Серый туго перебинтовал торс долговца. Потом обработал и туго затянул раненую руку долговца. Беркут кивнул, натянул футболку, но порванный в нескольких местах комбинезон надевать не стал, лишь взяв разгрузочный жилет. От треснувшего шлема тоже отказался.

— Еще у кого-нибудь раны есть? — спросил Серый.

— Только душевные, — бросил я. — Карташ и Старшина мертвы.

— Мне жаль. Они же вообще не имели к этому отношения.

— Да. Ладно, не будем заморачиваться — идем.

А неужели ты думал, что все выживут?

«Я знаю, что без жертв не обойтись».

Наконец-то ты стал думать головой, а не бросаться в атаку от эмоций. Вспомни, как ты действовал в Африке — если бы не твой гребаный альтруизм, можно было бы избежать многих вещей!

«Я действовал, как посчитал нужным, и не тебе судить меня».

О, именно мне, ведь я — это ты!

«В последнее время я начинаю сомневаться в этом».

Это и есть твоя главная проблема — ты вечно сомневаешься!

Серега закинул на плечи рюкзак, взял «винторез» и произнес:

— Пошли.

Мы кивнули и поднялись. Беркут немного постоял, сверяясь с ощущениями — все-таки четыре пули — это не шутки. Он вколол себе еще один стимулятор и подтвердил, что может идти.

Мы вышли из больничного отсека, и Серега повел нас дальше, к дверям на второй уровень. Впереди, в конце коридора виднелась еще одна стальная дверь, на которой был кодовый замок. Именно его группа Сереги не смогла открыть декодером. Надеюсь, мы сможем открыть, только у нас другой метод.

Где-то вдалеке, со стороны, откуда мы пришли, грохнул взрыв, и его эхо пронеслось по пустынным коридорам. Монолитовцы взорвали дверь, которую мы закрыли!

— Леха, Беркут, отойдите подальше отсюда и держите под наблюдением коридор, я пока заложу взрывчатку. Когда приду — вместе закроемся в одном из отсеков, чтобы нас волной не пришибло.

Мы кивнули и побежали к перекрестку двух коридоров. Если я правильно помню, мы пришли слева, значит и монолитовцы должны появиться оттуда. Мы с Беркутом встали по обе стороны от прохода и ждали. Шагов слышно не было, сектанты действовали аккуратно. Никого не было. Через полминуты к нам подскочил Серый, махнул рукой, указывая вперед, и побежал первым. Мы кивнули и побежали следом.

— Я немного укоротил фитили, — сказал Серый, влетев в одну из комнат. Он ударил кулаком по панели у двери — и металлическая дверь выехала из стены, закрыв проход. У каждого отсека была такая дверь, отъезжавшая в сторону. — Должно бабахнуть через ми…