Антон Томсинов - Одинокие в толпе

.../ construct a mechanical smile

And face the cruel world with pride.

Loosing, falling, tears in my eyes,

But always rise again for fight...[8]

...До клиники Клана я всё-таки добрался. Нудные объяснения с экзекуторами – детальная шлифовка версии последних событий ввиду предстоящей проверки. Я практически ничего не придумывал: меня ведь действительно пытались захватить Бионы, спасся я почти чудом, ну, и выполнил своё задание. Чем не образцовый адепт?!

Проверка памяти. Все события бережно копируют и просматривают на мониторе. Мне остаётся только комментировать. Комментарии, естественно, не совсем соответствуют действительности – изменён ракурс подачи событий, по иному расставлены акценты... Никакого провала в моей памяти не обнаружено. Я чист.

Сижу в уютном купе своей машины. Почти закончил письмо. Осталось доесть половину шоколадки, подписаться и передать моему курьеру набор дисков.

Курьер пришёл на место встречи за три минуты до назначенного времени и теперь стоит, задрав голову – наблюдает за полётом снежинок-секунд в свете неоновых вывесок. У меня есть ещё полторы минуты. Ничего, как будто, не забыл тебе рассказать. С нетерпением буду ждать твоего ответа. Привет тебе от Анри, а Риену передай поклон от меня. Желаю, чтобы твоя мечта о воскрешении Наты сбылась. Надеюсь, Клан с умом использует ту информацию, которую я добыл. Опыты завершат дня через два, и тогда мы атакуем Бионов полиса. Будет жарко, но мне, как утверждает Анри, необходимо действие... Жаль, если всё закончат без меня. Хочу, чтобы едкая вонь дыма и пороха выветрила из моей памяти другой запах. Этот запах... запах свежего мёда..."

Date: 21.2.47.

From: Antei

То: Miter

Subject: Response

End of Message.//

...Я помню сон – первый за многие годы. Он был похож на виртуальную реальность, хотя я и знал, что всё происходящее было на самом деле.

Или будет?..

Я понимал, что это лишь сон – но не мог проснуться. ..

Я видел огненные капли, стекающие на землю с небес.

Я видел падающее здание-исполин, от которого в считанные мгновения осталась лишь туча серой пыли.

Я куда-то бежал, поддерживая постоянно съезжавший и бьющий по рёбрам автомат. Задыхаясь, я чувствовал разливающийся по организму яд. Широко открытым ртом я хватал горьковатый воздух.

За спиной звучали взрывы, стрекотали пулемёты...

Кто-то лежит на спине, раскинув руки крестом.

Антей, укрытый кучей ржавой арматуры, прекратил стрельбу. В его сторону постоянно бил тяжёлый пулемёт, высекая снопы искр рикошетящими пулями.

Прыжок, несколько шагов, кувырок – и я стою за мраморной колонной, когда-то блестящей, а теперь выщербленной выстрелами.

Отсоединить магазин автомата, заменить его новым... Взрыв за спиной облает волной тепла...

Проклятый полис... Проклятое время... Крысы были умнее – все они ушли...

У Антея ещё должны быть гранаты... Если перебежками добраться вон до того угла, можно подобрать ручной пулемёт...

Никогда не был человеком действия. Моя стихия – Сеть, а не война...

За домами слышны глухие удары. Я молюсь всему, во что не верю, чтобы это оказалась полиция полиса...

Пора делать перебежку.

Выдох.

Вдох...

Я внезапно выскакиваю из-за колонны и зигзагами бегу в сторону спасительного угла.

Но в это время...

От внезапного толчка я просыпаюсь.

Дуглас продолжает дремать на заднем сиденье среди сумок. Часы на его руке развернулись циферблатом вниз, блестит металлический браслет.

Антей уверенно смотрит на дорогу, почти не мигая. Три часа назад, когда пришла его очередь, он сел за руль, найдя удобный наклон спины и прочное положение локтя. Так и вёл машину, не меняя позы.

Лампочки приборов и монитор бортового компьютера тускло мерцают в темноте. Мы едем со скоростью 200 км/ч.

Антей не замечает ещё, что я уже не сплю. В его голове вертится какая-то мысль, он думает о чём-то... Он не может не думать. Он не умеет скучать. Секундная остановка грозит гибелью высокоточному механизму его мозга.

Позади неделя пути. Скоро мы будем в месте назначения.

За окном проносится невидимый во тьме мир – безжизненная пустыня, в которой летают чёрные хлопья едкой пыли. Если бы не кондиционер, мы бы заживо изжарились.

Закрываю глаза и снова проваливаюсь в блаженную дрёму. Резкая остановка через полчаса будит меня.

Антей уже свернул с дороги и выехал на заброшенное шоссе. Сейчас он остановил машину. Слепящий свет бьющих в нас прожекторов заставил прикрыть глаза.

Прожекторы по пятьсот ватт каждый укреплены на массивных железных конструкциях. Их не разворачивали лет десять. Этого не видно в темноте, я просто это знаю.

«Мы прибыли», – говорит Дуглас в ответ на вопрос из динамика коммуникатора.

Внезапно проявились чёрные силуэты.

Свет ослабевает, он больше не режет глаза, спокойно освещая въезд в подземный гараж. Створки двери открываются, люди расходятся в стороны и машут нам руками. Антей мягко улыбается им и трогает машину с места.

Длинный спуск, покрытый металлическими листами, гулкий шорох шин.

В гараже мы встаём на одно из свободных мест, выхолим из машины.

Всей грудью вдохнув воздух, я наполняюсь незыблемым спокойствием – вот мы и в vault 2, одном из четырёх убежищ Клана. Здесь мы родились, здесь нас воспитывали, здесь мы учились использовать возможности своих имплантантов. Клан всегда будет для нас чем-то священным – нашей религией, нашей семьёй.

И мы возвращаемся сюда.

Как бы далеко ни ушли – мы возвращаемся.

Иногда – посмертно...

Обширные подземные сооружения, крутые спуски, гулкие коридоры, бесконечные залы, лаборатории, белые панели стен, скрывающие потайные ходы... Повсюду – свежесть и чистота. И окружающего пространства, и мыслей живущих здесь людей... Мир вне Клана ничего не значит для нас. Там царят жестокость, ненависть, алчность и страх– их нет и не будет в Клане. Мы – избранные, элита.

Внешний мир – наше поле боя.

Здесь – убежище для зализывания ран. Пиршественный стол. Гипотетический камин, у которого собираются друзья...