Юлия Лукова - Прах земной [СИ]

Да что же это такое! Надо было тоже шарфом обмотаться, – стуча зубами, подумала я. – Хотя… ещё ведь, в принципе, не поздно!

Резко остановившись, Рич удивлённо на меня при этом посмотрел, я схватила один конец шарфа мужчины и два раза обмотала его вокруг шеи. Сразу стало так тёпленько…

– И кто врал, что ему не холодно? – хмыкнул неприкасаемый.

Шарф был такой длинный, что мы могли не липнуть друг к другу, а свободно идти рядом, как и раньше.

– А кто врал, что… ой, у тебя что, опять беруши в ушах?

– Ага, здесь много шума даже вечером.

– Давай тогда через парк пойдём? Там деревьев много, потише должно быть, – предложила я, пожалев, что решила позвать его сегодня с собой в город. Думала, раз людей вечером по улицам меньше бродит, то и ему нормально идти будет… но нет, ошиблась.

– Веди.

Поспрашивав у прохожих, как пройти к "Николаевской Роще" и поплутав немного в переулках, мы с Ричем всё же нашли правильную дорогу и совсем скоро уже стояли у самых ворот городского парка.

– Это… можно вопрос? – нарушила я затянувшееся молчание, разглядывая засыпанные снегом деревья и молодые ели.

– Можно, – разрешил мужчина, потянув меня вперёд за руку.

– В общем… не знаю даже, как начать, – набрав в грудь побольше воздуха и тут же выдохнув, пожаловалась я.

– Придумывай и говори, – выражение лица неприкасаемого было как всегда отстранённым, да только назвать его холодным или равнодушным теперь почему-то язык не поворачивался.

– А у тебя правда есть дети? – собравшись с духом, спросила.

– Не правда.

– Как так?

– А так. Нет детей.

– Но… как же… мне Лёша говорил, что у тебя в Ластонии ребёнок живёт! – отчего-то засмущавшись, сказала я.

– Да? И что он тебе ещё говорил?

– Ничего.

– Ну, сейчас детей у меня нет. Был когда-то сын. Его убили на тренировке в Доме, – короткими фразами поведал мне Рич, глядя себе под ноги. – Случайно, – добавил, секунду подумав.

– Кошмар какой, – еле слышно прошептала. – А… ты из-за этого оттуда потом сбежал? Не смог простить смерти сына?

– Нет, не из-за этого.

– А из-за чего тогда? – расспрашивать мужчину о подобном было и неудобно, и неприятно, но…

Три слова – язык без костей. И ума палата.

– Не из-за чего. Отстань, – бросил Рич, повернув ко мне голову и одарив предостерегающим взглядом.

Дышать от этого взгляда сразу стало как-то тяжелее, впрочем, как и идти. Эх, за живое задела… человека обидела.

– Изв… – но извиниться за всё сказанное неприкасаемый мне не дал.

– Я тебе уже говорил, что пока память не восстановишь, о Доме можешь даже не спрашивать. А ты всё равно в это лезешь!

– Да куда я лезу? Мы вообще про детей сейчас разговариваем.

– А то я не знаю, что ты через детей хочешь что-нибудь о Доме узнать, – пробурчал в сторону черноволосый, не видя, как я потихоньку начинаю раздражаться.

Подумать только… неужели Рич стал таким мрачным не из-за болезненных воспоминаний об убитом сыне, а из-за того, что я якобы пыталась вытащить из него информацию о Доме? Ну он и свинья!

Скрипнув зубами от раздражения, я не стала ему больше ничего говорить по этому поводу и, молча, пошла вперёд.

Правильно, не надо зря нервы тратить на этого олуха бесчувственного!

Под ногами скрипел снег, в спину дул холодный ветер. Казалось бы, вокруг столько деревьев, что и многоэтажек уже не видно, и машин не слышно, а он всё кружит рядом и не успокаивается.

Подняв лицо к небу и засмотревшись на бесконечное сине-чёрное полотно с мириадами звёзд, я на время выпала из реальности и забыла о своём спутнике. Только вот он обо мне не забывал и продолжал нести службу верного телохранителя.

– Осторожно, не наступи, – сказал вдруг Рич, придержав меня за локоть.

– Что?

– Птица впереди лежит, смотри, не наступи.

– О, синица… и снегирь? Надо же.

На дорожке, где-то в двух метрах от нас сидела огромная синица, размером с два хороших яблока, а к её боку прижимался махонький снегирёнок.

Видно было, что им очень холодно, но стоило мне присесть на корточки, чтобы получше рассмотреть пичуг, как они быстро разлетелись.

– Попросила бы меня, я бы тебе их поймал, – пробормотал Рич, не совсем верно расценив мои приседания.

– Отстань, – точно так же, как и он недавно, буркнула я, отряхнув колени и ладони от снега.

Пожав плечами, неприкасаемый показательно отвернулся в другую сторону. Выглядело это довольно смешно, учитывая, что нас с ним до сих пор "связывал" шарф. Впрочем, после секундных раздумий, я решила вернуть Ричарду его собственность обратно от греха подальше… или от нежелания идти с ним слишком близко.

Возможно, мужчина понял моё настроение, а возможно, у самого были мысли не лучше, но за вечер мы больше не сказали друг другу и пары фраз. И увиделись в следующий раз лишь в новом году.

В Юго-Восточном округе Ластонии второй день шёл ледяной дождь. Дороги и провода покрылись толстой коркой льда, из-за чего сразу в двух городах пропал свет и сотовая связь. Кто-то был вынужден по старинке зажигать свечи, а кто-то, например Олег Романов, ещё в прошлом году купил мини-электростанцию и сидел сейчас не в потёмках, а с нормальным освещением у себя в комнате в своём любимом кресле.

– Ой-ой-ой, и это тридцать первое декабря! – покачала головой низкая полноватая женщина, принеся отцу Элены горячий кофе с печеньем. – Пойдёт дурачьё сегодня праздновать-напиваться и точно убьётся, – поставила она поднос на столик около окна.

– Сами виноваты будут, – отложив в сторону папку с детскими рисунками, угрюмо ответил мужчина. – Леонида, я же просил вас просто кофе принести, а вы опять со своей выпечкой…

– Вам хоть что-то иногда есть надо. На обед с ужином вы же не спускаетесь, а потом шуршите ночью полуфабрикатами разными!

– Что хочу – то и ем, – пробормотал Олег в след уходящей домоправительнице, посмотрев на телефон. Сеть по-прежнему отсутствовала.

Встав с кресла, Романов подошёл к окну и открыл жалюзи. На улице было темно, дождь лил, но уже не с такой силой, как в самом начале.

Есть надежда, что в скором времени он закончится, и в городе начнутся восстановительные работы. Тогда уже завтра можно будет попробовать связаться с Марком и узнать, что он смог выяснить о резне на границе с Пепелищами.

О чрезвычайном происшествии такого уровня Олег узнал около недели назад, получив электронное письмо от Геннадия Шевцова, в прошлом своего коллеги по бизнесу. В котором так же упоминалось о том, что на "семнадцатом пограничном посте группа профессиональных следователей обнаружила отпечатки пальцев ребёнка, приблизительно двух лет, и молодой девушки, двадцати лет…" и "…установить личности не удалось…".