Леонид Андронов - Принц из ниоткуда. Книга 1

Но добиться такого в одиночку я не мог. Поэтому изводил себя и друзей покером. Я тренировался на уроках, и всё своё свободное время тратил на проведение чемпионатов по этому виду спорта. Но, как это часто бывает, судьба не разделяла моих желаний и устремлений.

Я не унаследовал талант моего брата, поэтому все мои ограниченные денежные средства, получаемые от родителей и редкими заработками, быстро перетекали в карманы приятелей и безвозвратно там исчезали. Брат же не хотел делиться со мной знаниями и опытом и, фактически, бросил меня на произвол судьбы, с которой, как я уже упоминал, у нас были разные взгляды на этот вопрос.

Через некоторое время моего кумира убили недоброжелатели в одном из баров. Кто-то нашёл его в луже крови, с воткнутым в ногу шприцем и простреленной головой. Чемпионаты по покеру прекратились. Я раздал свои последние долги и потом долго не мог притронуться к картам. Вернулась Лира.

– Ну что? – спросил я.

– Всё нормально, – она села рядом.

– Когда взлетаем? Она посмотрела на табло.

– Минут через десять пойдём на посадку. Сейчас надо сдать багаж.

– Уже не боишься лететь?

– Да я и не боялась.

– Куда ещё отсюда летают? – спросил я.

– В смысле? – не поняла она.

– На Луну, Марс. А ещё куда?

– Всё. Больше летать некуда. Спутники Юпитера только-только стали осваивать. Пассажирских рейсов туда нет.

– И всё?

– Ну а куда ещё летать-то?

– Плохо. Она рассмеялась.

– Что значит плохо?

– Я ожидал большего.

– Ну, извини. Пойдём, сдадим багаж, – она поднялась, – пройдём биоконтроль и на посадку.

– Что ещё за биоконтроль?

– Увидишь.

– Это больно?

– Очень.

Мы сдали наши чемоданы. В них ничего запретного не обнаружили. Наш багаж отправился в самостоятельное путешествие на борт космического корабля. Настал черёд неведомого мне биоконтроля.

– Вот твои документы, – Лира протянула мне паспорт с билетом.

Я прошёл через металлоискатель. Он резко звякнул. Ко мне подскочил бдительный таможенник.

– На вас есть что-нибудь металлическое, – это был не вопрос.

– У меня железная пластина в голове, – я указал пальцем на свою макушку. – В детстве неудачно упал с дивана.

Таможенник, который сидел за стойкой и проверял мои документы, проговорил:

– Здесь ничего об этом не сказано.

– А разве в паспорте об этом пишут? Они посмотрели на меня, как на идиота.

– В вашей медицинской карте об этом ни слова.

– Правильно. Потому что я пошутил. У меня зуб золотой. Они переглянулись между собой.

– Откройте рот, – потребовал первый. Я открыл. Он присел, чтобы лучше осмотреть его содержимое.

– Его там нет, – констатировал он.

– Не может быть! Наверное, проглотил.

– Пройдёмте с нами, – попросил первый.

– Вы знаете, я тороплюсь на корабль.

– Мы досмотрим вас, мало ли, вдруг что-нибудь ещё потерялось, – мне в бок упёрлась дубинка.

Лира, которая уже прошла эту процедуру, с гневом смотрела на меня. Я вздохнул и последовал за ними.

– Вы точно хотите тратить на меня время? – спросил я. – Я же просто пошутил.

– И всё-таки мы тебя тщательно досмотрим, – сказал второй. – Так всем будет спокойнее. Где его багаж?

– Пока он раздевается, его привезут, – ответил первый.

– Э, парни, зачем меня раздевать?

– А вдруг ты провозишь что-нибудь запретное?

– Да бросьте вы! Он покосился на меня.

– Иди!

– Сейчас уже корабль должен взлетать.

– Значит, в твоих интересах закончить с этим быстрее, – резонно заметил второй.

– Господа, – услышал я сзади голос Лиры. Они остановились.

– Господа, я прошу прощения.

– Слушаю вас, – сказал первый.

– Я сестра этого придурка. Приношу вам свои извинения за его поведение.

– Он болен?

– Нет. К сожалению, диагноза 'дурак' не существует. Пожалуйста, не задерживайте его. Отпустите под мою ответственность. Они смягчились.

– Хорошо. Тогда не отходите от него, – сказал первый.

– Спасибо, – она так схватила меня за локоть, что у меня чуть не отнялась рука.

Когда мы отошли такое на расстояние, чтобы они нас не слышали, она прошептала:

– Клянусь, я убью тебя.

– Извини, я забыл, что они шуток не понимают.

Мы подошли к металлоискателю. Я снова прошёл через него. Он звякнул менее уверенно.

– Может, это пряжка от ремня? – предположил я.

– Снимайте. Пришлось снимать. На третий раз металлоискатель молчал.

– Теперь в камеру биоконтроля, – сказал первый таможенник.

Я взял ремень и зашёл в неё. Здесь было всё белое. Белые стены, белый пол, белый потолок, белая дверь. Оставалось только маленькое окошечко. Через него я стал улыбаться молоденькой пограничнице и делать ей знаки, показывая, что один тут скучаю. Этим я её очень смутил.

Никакой заразы во мне не обнаружили. Я вышел на свет дневной и подошёл к девушке. Она сравнила фото с оригиналом.

– Надеюсь, выгляжу не сильно старым? – спросил я.

– Проходите, – она указала рукой в коридор терминала, у входа в который меня дожидалась Лира.

– Я цел и невредим, – сообщил ей я.

– Если ты будешь продолжать в таком духе, мне проще будет от тебя избавится, – сказала она.

– А как же принцесса?

– Ничего, разберусь как-нибудь. Лео, я серьёзно. Ты меня достал.

– Извини, больше не буду. Не могу серьёзно воспринимать эти процедуры.

– Давай договоримся сразу, если ты будешь тебя вести так, мы расстаёмся.

– Что значит, расстаёмся?

– Ты знаешь.

– Интересно, как ты собираешься избавляться от трупа на марсианском корабле.

– Лео, это детали. Они доставят мне меньше хлопот, чем ты такой.

– Понятно.

– Я прошу тебя. Пожалуйста, никаких выкрутасов.

– Ладно, договорились.

Коридор вывел нас к заполненному людьми автобусу. Мы уселись на последние свободные места. Я сразу стал разглядывать наших попутчиков. Ничего. Совсем ничего интересного. Лира отрешённо смотрела в окно, занятая своими мыслями. Я выделил в массе пассажиров нескольких марсиан.

Они сильно отличались от землян. Открытые лица, без налёта спеси и самодовольства. Очень живые. Постоянно вертят головами и много говорят. И одеты совсем по-другому. Проще, без претензии. Жалко, среди них не было женщин. Вот бы было интересно взглянуть, какие они. Я видел только двух девушек, а для создания полноценной картины этого очень мало.

Я отвлёкся. В автобус зашли ещё двое. Пока они не отыскали два свободных места в конце салона, водитель ждал. Неожиданно, я обнаружил, что меня тоже пристально изучают. Сначала я не понял, кому я вообще могу быть интересен, но потом быстро догадался, что являюсь единственным представителем низшей касты в этом салоне.