Евгений Шкиль - Стражи Красного Ренессанса

Стражи, обогнув палатку размером в полтора человеческих роста, неожиданно выскочили к автопарку. Он состоял из цепи гаражей: жестяных, разногабаритных времянок, прилепленных друг к другу. Из самой большой такой коробки медленно выползала машина, похожая на бронетранспортер с удлиненной башней и стволом.

В этот момент сквозь стрельбу, треск горящих палаток и отборную ругань прорвался истошный крик. Джохар обернулся. Он увидел распластавшегося на земле мальчишку лет двенадцати от роду. Отчаянно суча ногами, он пыталась встать, но вновь и вновь заваливался на спину. К нему медленно приближался закованный в черный экзоскелет с опущенным забралом вэк. В руке у него был длинный пистолет. Видимо с левимагов десантировались полузомби, и один из них каким‑то образом уже умудрился пробраться к гаражам.

— Не надо! — закричал мальчишка, выставив вперед руку, как будто так он мог защититься.

Джохар метнулся к бронированному громиле, но было поздно. Вэк выстрелил. Пуля, разорвав почти надвое ладонь, снесла пареньку полголовы. Махмудов был всего в каких‑то шести шагах от проклятого полузомби, когда тот, заметив стража, направил на него оружие. В последний момент Джохар увернулся, споткнувшись о что‑то, и полетел кувырком на землю. Вэк нажал спуск. Грянул выстрел — промах. Махмудов перевернулся на спину, увидел направленный на него пистолет и понял, что второго шанса эта безмозглая машина для убийства ему не даст. Он напрягся, приготовившись принять порцию смертоносного огня в грудь или в голову, или еще куда‑нибудь.

Внезапно где‑то сбоку сверкнуло, и вэк озарился ослепительной вспышкой. Джохара обдало обжигающим ветром, он зажмурился, поднялся, потер глаза, огляделся. В стороне, возле "Тацумаки" стоял Хорхито, тот самый парень в очках, который вел съемку. В руках он держал одноразовый портативный плазмомет. Сейчас юноша выглядел растерянным. Он весь осунулся, сжался. Джохару подумалось, что глаза Хорхито должны быть переполнены страхом, но страж увидел лишь отраженное пламя пожара в линзах.

Из одного из гаражей с ревом выкатил джип и остановился напротив Махмудова.

— Джо, ты куда пропал? садись быстрей, сваливаем! — из водительского окна высунулась голова Марика.

Джохар не шевельнулся. Он снова посмотрел в сторону Хорхито. Этот парень только что спас ему жизнь, убив несокрушимого корпа, и тут же превратился в беззащитного юнца. Так бывает. Почему‑то здесь, в гибнущем палаточном городке слишком много юнцов, слишком много женщин, слишком много детей…

— Я прикрою вас, — Махмудов кивнул в сторону "Тацумаки", — вы не проедите сквозь левимаги.

Марик что‑то сказал в ответ, но Джохар уже мчался к плазмострелу.

— Тебе ведь нужен напарник? — крикнул он Хорхито. — Ты не справишься один с этой махиной, ведь так? Кто‑то должен рулить, кто‑то должен стрелять.

Хорхито медленно поднял глаза на стража. Он не видел собеседника, он смотрел сквозь него.

— Они убили папу… убили дядю Антонио… убивают всех, — прошептал юнец.

Джохар хотел сказать, что сейчас не время для горестных размышлений, но вместо этого спросил:

— Почему у вас тут дети и женщины?

— Колорадо, — ответил Хорхито, — в Колорадо тоже убивают, это беженцы… мы их не успели переправить… везде убивают…

— Садись в машину, дружище, — сказал Джохар, — устроим этим мерзавцам ад.

— Убивают, — повторил парень замогильным голосом, — везде убивают…

— Хватит, Хорхе! — Джохар ударил юнца по щеке. — Ты солдат своей страны, а не комок соплей! На кого тебя обучали японцы?

— На стрелка, сеньор, полгода обучения на Окинаве, сеньор — скороговоркой произнес парень. Пощечина его явно взбодрила:

— Я оператор — наводчик.

— Тогда я буду механиком — водителем, — сказал Джохар, — а ты уж постарайся быть всем остальным. Договорились?

Хорхе кивнул.

В кабине Махмудов сразу разобрался что к чему. Быстро проверив рычаг управления коробками передач, подачу топлива и включение батареи, он нажал на кнопку стартера. Сзади послышалось шипение — Хорхе в кресле опустился на один уровень с Джохаром. Перед лицом парня вспыхнул голографический экран.

— Ты готов, амиго? — спросил страж, нажимая до отказа педаль сцепления, врубая вторую передачу и отключая тормоза.

— Да, сеньор, я готов! — голос парня был преисполнен решимости, и это радовало.

— Тогда вперед! — Джохар отпустил сцепление, одновременно нажав на педаль акселератора — машина тронулась.

Махмудов старался держать "Тацумаки" в десяти — пятнадцати метрах позади джипа, в котором ехали Марик и Роберт. Огонь добрался уже и до восточной части городка. Плазмострел ехал медленно, объезжая догорающие палатки. В свете фар кое — где попадались трупы. Живых нигде не было.

— Где все? — удивленно пробормотал Джохар по — русски.

Но Хорхе будто понял его и ответил по — испански:

— Люди пытаются уйти через северный проход. Там левимаги. Видите всполохи?

— Вижу, — джип со стражами ушел резко влево, и Махмудов повернул руль, — но мы идем на юг, пойдем через другой выход.

— Нет, сеньор, нет! — запротестовал Хорхе. — Я не могу! Там убивают… там женщины… вы ведь сами сказали, что я солдат своей страны!

— Да, говорил, но мы идем на юг, потому что…

— Потому что вы хотите спасти ваших друзей! — закричал юный мексиканец. — И вам наплевать на всех остальных! Только хрен вам! Я введу код на самоуничтожение!

Джохар остановил "Тацумаки", повернул голову в сторону разгорячившегося парня, и спокойно, как это только было возможно, произнес:

— Ты не прав Хорхито. Если мы сейчас пойдем напролом, то в лучшем случае уничтожим один вражеский аппарат. Но ведь чем больше мертвых корпов, тем лучше? На близком расстоянии дисгайзер не будет действовать. Ведь так? Тебя ведь засветит любой диполь! И многих ты тогда спасешь?

— Но пока мы отъедем, спасать будет некого…

— Где здесь включается дисгайзер, — Джохар пошарил взглядом по аппаратуре, — а вот, нашел. Бери на мушку один из левимагов, стреляй и делаем ходу на юг. Одно удачное попадание и бойня закончится, левимаги начнут охоту на нас.

— Простите, сеньор, — Хорхе схватился за массивный джойстик, уставившись в голографический экран, — я не подумал об этом.

— Да, и скажи мне на всякий случай код самоуничтожения, — Джохар вдруг почувствовал, как его накрывает эйфория, странное чувство, которое только и может возникнуть в минуты смертельной опасности, — а то мало ли что, вдруг тебя контузит, а машина не должна достаться врагу.

— Эмилиано восемнадцать — семьдесят девять — девятнадцать — девятнадцать.