Евгений Шкиль - Стражи Красного Ренессанса

— Эмилиано восемнадцать — семьдесят девять — девятнадцать — девятнадцать.

— Я запомнил.

— Цель взята! — возбужденно закричал парень. — Сеньор, цель взята!

— Так стреляй, а не ори мне под ухо! — Джохар улыбнулся, он вдруг узнал себя в юности.

Раздался хлопок и огненный шар помчался во тьму ночи, а секунду спустя мощный взрыв озарил окрестности ярко — зеленым пламенем. На мгновение стало почти также светло, как днем. Показались контуры туч, померкла луна, исчезли звезды, и четыре левимага, четыре угловатые махины стали отчетливо видны в сиянии адского света, затрепетали тревожные тени на окрашенных в бледно — фиолетовое холмах. Мир преобразился, одевшись в причудливые фантасмагорические полутона, и сразу же потух, утонул во мраке.

— Попал! — закричал Хорхе. — Сеньор, я попал!

— Следи за экраном, — проговорил Джохар, выжав педаль акселератора.

"Тацумаки" рванулся вперед. Теперь Махмудов мчался напролом, сламывая остовы времянок и сметая догорающие палатки. Плазмострел подпрыгивал, преодолевая препятствия, и свет фонарей, то ослеплял ярко — белыми пятнами землю, то устремлялся желтыми лучами в темную высь.

— Они исчезли, сеньор, — закричал Хорхе, — левимаги исчезли с радара. Пошли на разворот: два влево, два вправо и исчезли!

— Нормально! — ответил, не оборачиваясь, Джохар, — дисгайзеры врубили, подойдут поближе мы их обнаружим!

"И они нас тоже…" — подумал страж, но вслух предпочел об этом не распространяться.

Как только "Тацумаки" выскользнул на равнинный простор, Джохар остановил машину, погасил фары. Сзади — темные громады холмов, впереди — ночь и мерцающие звезды. И тишина. Будто плазмострел, вырвавшись из ада огня и смерти, оказался в ином мире, в параллельной вселенной, где не было места для насилия и суеты, где мрак не казался чем‑то зловещим и угнетающим, где царил лишь умиротворяющий покой и желание стать одним из миллиарда далеких небесных светлячков. Однако очарование длилось недолго. Послышался гул мотора. Примерно метрах в двухстах от "Тацумаки" зажглись фонари. Это был джип. Роберт и Марик, дождавшись плазмострел, теперь завели автомобиль и ехали дальше. Но Джохар не собирался следовать за ними, он уже принял свое собственное решение.

— Ждем, — сказал страж. — Нас защищают холмы. Как только из‑за них появятся левимаги, бьешь прямой наводкой.

— Я разверну пушку влево, на северо — запад, сеньор, — сказал Хорхе, — это самый короткий маршрут для них.

— Так и сделай…

Джохар принял свое собственное решение. Решение стража. У Роберта, у Марика и у него самого, у каждого из них в плече был микрочип. По этой маленькой штучке человека легко найти в любой точке мира. И левимаги последуют за теми, кто вырвался из цепких лап Корпорации. Товарищам нужно время, чтобы уйти достаточно далеко и вырезать из тела проклятые датчики. И кто‑то должен дать им фору. Да и уцелевшим после плазменного огня мексиканцам тоже нужно подарить шанс добраться до своих живыми и невредимыми.

— Сеньор, — послышался взволнованный голос Хорхе, — кажется, сигнал появился. Как я и думал, с северо — запада…

— Сидим тихо, — сказал Джохар, и в ушах у него отчего‑то зазвучали "Грезы" Шумана, — пока мы без движения, нас трудно обнаружить. Они вообще сейчас за джипом полетят. Тут мы их и накроем.

Махмудов прикрыл глаза. Он ровно дышал, наслаждаясь звуковой галлюцинацией. А может и не галлюцинацией. Может быть, наоборот, все, что его окружает, есть чей‑то дурной сон. Сон разума, которому сняться чудовища, пожирающие друг друга. Но вот наступает время пробуждения. И он, Джохар, а, вероятно, и не Джохар вовсе, а некто безымянный, скоро проснется в палатах Асгарда. И будет долго смеяться над нелепыми миражами, в которые погружен этот самый разум…

— Сеньор, — послышался голос Хорхе, — уже четыре сигнала. Два с северо — запада, два с северо — востока.

— Пора просыпаться, — сказал Джохар, — разбуди‑ка меня выстрелом, Хорхито. Как ты там говоришь, код самоуничтожения…

И Махмудов, войдя в систему безопасности, набрал на бортовом компьютере:

"Emiliano18791919".

Послышался хлопок и огненный шарик помчался к цели. Раздался взрыв, осветивший высохшую степь фиолетово — зеленой палитрой, затем вновь надвинулся мрак, и "Тацумаки", дернувшись, помчался вслепую — Джохар не стал включать фары, а где тут находился блок, отвечающий за ПНВ, он не знал.

— Так вам, гады! — обрадовался Хорхе второму попаданию.

— Думаю, амиго, пяти минут нам вполне хватит для веселья! — прокричал страж молодому мексиканцу. — На большее я и не рассчитываю, больше мы не проживем.

На мониторе начался роковой отчет: "300… 299… 298…"

Мелькнул плазменный всполох, за ним второй — левимаги огрызались. Однако попасть в движущийся на большой скорости плазмострел с включенным дисгайзером оказалось не так уж и просто.

— Стреляй на ходу, Хорхе, — Махмудов резко свернул вправо, и вовремя, поскольку огненный шар накрыл то место, где должен был оказаться "Тацумаки", если бы он продолжил свой путь прямо, — стреляй на ходу, Хорхе, мы не можем больше останавливаться.

Плазмострел выплюнул в ночное небо несколько порций пламени. Все мимо. "Тацумаки" петлял, выделывал немыслимые зигзаги. Плазменные снаряды ложились рядом, обсыпая машину ворохом земли. Мотор, перейдя с тихого шепота на надрывный рев, казалось, вот — вот выпрыгнет из бронированного корпуса. Хорхе кричал что‑то злое и полное досады, но продолжал стрелять. Джохар взглянул на монитор:

"239… 238… 237…"

— Зацепил! — закричал мексиканец. — Зацепил, сеньор! Теперь их осталось только двое!

Махмудову подумалось, что, может, они еще и выйдут победителями в этой безумной схватке. Еще придется отключать устройство самоуничтожения. Он уже успел обрадоваться своим мыслям, как вдруг яркая вспышка ослепила его, плазмострел накренился вперед, и Джохар со всего размаха ударился о лобовое стекло…

Когда страж очнулся, то обнаружил, что "Тацумаки" лежит на боку. Махмудов смог открыть лишь правый глаз, левый слипся. Ног он не чувствовал. Джохар попытался пошевелить пальцами руки. Это у него получилось с трудом.

— Сеньор, — послышался тихий дрожащий голос Хорхе, — я, кажется, ногу сломал. Уходите без меня.

Страж хрипло засмеялся:

— Куда уж я без тебя, амиго? Я вообще двигаться не могу.

— Жаль…

Джохар скосил глаз на монитор. Удивительно, но экран оказался целым, продолжая отчитывать секунды:

"152… 151… 150…"

— Две с половиной минуты до пробуждения, — проговорил Махмудов.