Владимир Кучук - Под взглядом двух лун

— ……?

— Да, да, мой друг! Маленькая девочка! А дело было так. Одному из отрядов, на которые разделилось, будем называть вещи своими именами, экспедиционно-карательное войско поляков, предстояло навестить одну маленькую деревеньку. Так — дворов с полсотни, не более. Но по доносам местных агентов, польские власти узнали, что в этой деревне действует подпольная православная церковь, которую постоянно навещают, даже, жители с окрестных деревень. Понятное дело, что поляки-католики не могли допустить на территории своих владений такого своеволия. Церковь действительно существовала. Под землей! По сути, была вырыта огромная землянка, оформлена должным образом, естественно, на пожертвования прихожан. Постоянно проводились службы, как и положено во всех православных храмах. И вот отряд въезжает в деревню, которая встречает его пустотой и безмолвием. В подземной церкви тоже пустота — вся утварь снята и унесена. Стало ясно, что жителей кто-то предупредил об опасности. И тут в пустую деревню, которую собрались покинуть поляки, входят два человека — мужчина и маленькая девочка — местные жители, которые несколько дней гостили у родственников и не знали обо всем происходящем. Это был шанс для карателей. Долго пытали мужика на глазах у дочки, пытаясь выведать — куда же спряталось население крамольной деревни. Девочка сдалась тогда, когда ее отца привязали цепями к столбу, а под ногами разложили вязанки дров. Она согласилась привести солдат к месту, среди болот, где прячутся односельчане, но перед выходом попросила разрешения проститься с отцом. Пошептались они там, поплакали, а потом отряд двинулся, ведомый маленькой проводницей. С тех пор ни девочку, ни поляков никто не видел. А все потому, что она, вопреки ожиданиям угнетателей, завела их в центр непроходимогои чудовищно топкого болота и погибла там вместе с ними. Вот такая трогательная и трагическая история. А вот эти записи подтверждают, что легенда об отважной девочке, на самом деле, является абсолютной реальностью. Еще Афанасьич сказал, что, с тех пор, в районе болот, возле того каменного креста, который местный люд нарек "чертовым", не раз видели призраки и поляков, и девочки. Вот так вот, Коля.

— Что-то я погляжу, — первым на рассказ откликнулся, нарушив продолжительное молчание, Бобер, — в те времена много Сусаниных было!

— Они были всегда и везде. На таких людях и держится, пока еще, Земля наша бедная. — Задумчиво ответил Вакула, все еще находившийся, как, впрочем, и все остальные, под впечатлением от услышанного.

— Так, получается, — подал голос Костя, — что мы их видели — поляков этих, и девочку? А девочку зовут, вернее — звали, Анюта?

— Ну, ты и догадливый, Костик, я прям таки удивляюсь! — Усмехнулся Стропа.

— Хорошо, — продолжал парень, не обращая внимания на иронию товарища, — а почему, если это были те — утопшие поляки, они были без лошадей? И почему они так подчиняются этой Анюте?

— Э-э-э-х, молодежь! — Вертолетыч ласково потрепал Константину шевелюру на голове, — всему-то вас учить нужно! И Анюта, и поляки утопли в болоте! Так?! А значит что?

— Что?

— А то, что не похоронены они по-человечески! Вот и все! Их останки до сих пор лежат на дне топи, не похороненные, как полагается. Вот души их и маются. Анютина душа — светлая, чистая, безгрешная. И темные души этих, язви их….. поляков. Похоже, этим воякам даже тот крест, каменный, не помог….. Да и хрен бы с ними! А вот девчушку жалко. Это ж какую силу духа иметь нужно было, что б на такое пойти! Вот и подчиняются нежити в той долине Анюте, потому что она гораздо сильнее всех их вместе взятых, вернее — душа ее сильнее!

— Так, а что с лошадьми-то?

— Лошади — твари Божьи. Их души, как и у любой другой животины, с самого рождения и до смерти, абсолютно безгрешные, безвинные. Упокоились они сразу после гибели. Вот, поэтому, и слоняются поляки по долине пешими.

— А долина — это пересохшее болото?

— Верно. От него только озерцо в центре и осталось.

Опять какое-то время все помолчали.

— Да, Дед, разложил все по полочкам. Не придерешься. — Пробурчал со своего места Бобер.

— Мужики, — вступил в разговор Свист, — ладно — призраки! Это еще можно допустить! Но на нас же шли не призраки, а вполне "материальные", из плоти, которая разрывалась аномалиями на куски! И стрелы в нашу сторону свистели, самые что ни на есть, реальные!

— То есть, ты до сих пор считаешь, — с раздражением в голосе спросил Вакула, — что мы были зрителями театрализованного представления? Так?

Валентин понуро опустил голову, ничего не ответив. Факты были, как говорится — "на лицо".

— Валь, ты ж пойми: произойди эта история в любом другом месте, все и ограничилось бы, допустим, самыми обычными призраками — один раз в год, при полной, как говорят, луне, ровно в полночь…. Ну, или что-то в этом роде. Но тут, в Зоне, мы с вами имеем то, что имеем! И почему, как — не нужно пытаться понять. Просто нужно принимать все как есть. Больше шансов будет выжить…. Все, всем отбой!

— Свист, а ты чего не спишь? — Спросил Вакула спецназовца, минут через десять после того, как все угомонились. — Тебе ведь скоро на пост заступать?

— А ты откуда знаешь?

— Так слышу все: вошкаешься, вздыхаешь….. Чем мытаришься? Колись.

— Знаешь, Вов, — начал Свист, немного помолчав, — не выходит у меня из головы эта девчонка….. Анюта.

— Во дает!

— Да тихо вы, бубнилки! — Заворчал Вертолетыч. — Не угомонятся никак! Спите уже, а то с утра на ходу носами пахать будете!

— Во дает! — Уже зашептал Вакула. — Только недавно орал, что всего этого не может быть, а тут уже из головы не выходит! Это как же понимать, Валя?

— А так и понимать….. Может она и призрак, да еще во плоти, но глаза у нее были живые, даже…. даже более, чем живые! И были в них боль, отчаяние, мольба….. наряду с искрой надежды! И дали эту надежду ей мы, Вова, мы!

— С чего ты взял?

— Не знаю, но чувствую, что от нас она ждет помощи.

Помолчали.

— Да-а-а, дела. Знаешь, Свист, а мне ведь тоже показалось, что девочка надеялась на нашу помощь.

— Надеялась, а мы…..

— А что мы? Ты что, знаешь, сейчас, как ей помочь?

— А ты знаешь?

— И я не знаю. В общем так, Валя, у нас сейчас другое дело, гораздо важнее. Мы должны, вначале, думать о живых! Мужиков, пацанов наших должны вытащить! Когда справимся с этим делом, можно будет подумать, как вернуть покой Анюте.

— Найти ее нужно, в смысле — останки ее, да похоронить по православному обычаю, да что б батюшка молебен отслужил на могилке. Вот тогда и успокоится ее душенька.

— О, Дед тоже не спит!