Алхимия секретов - Стефани Гарбер

Роль: Джейкоб Смит (сокращенно – Джейк).

Джейкоб Смит – аспирант, который готовится стать преподавателем английского языка. После учебы он дополнительно занимается с детьми. Джейк не ест мясо и везде ездит на велосипеде.

Он заботится о мире и о других. Он из тех, кому Холланд Сент-Джеймс может довериться.

Цель: начать встречаться с Холланд Сент-Джеймс и узнать все, что только возможно, о ней и ее семье.

О ее семье.

Джейк был актером – ложью оказалось не только его имя, сам человек, с которым она встречалась, не существовал. Он обманул ее, использовал, лишь бы узнать о ее семье. А это означало, что кто-то в Лос-Анджелесе знал, кем она являлась на самом деле.

Холланд задумалась, кто и каким образом мог получить эту информацию. Она сменила имя почти пятнадцать лет назад, задолго до того, как вернулась сюда.

У нее закружилась голова. Она взглянула на черную глянцевую папку с рамкой в стиле ар-деко и снова подумала о визитной карточке дьявола.

Возможно ли, что Джейка нанял он?

У Холланд снова зазвонил телефон.

Чанс не переставал набирать ее с тех пор, как она прервала разговор. Вероятно, ей следовало избавить его от страданий.

– Я все еще жива, – ответила Холланд.

– Пока что, – сказал мужчина, который определенно не был Чансом. За его словами последовало жужжание и треск, из-за которых Холланд подумала, что голос раздавался из старого радиоприемника.

– Кто это?

– Думаю, ты и так знаешь. Ты спрашивала обо мне вчера вечером.

Раздалась еще одна череда помех, и по спине Холланд пробежали мурашки.

– Ты все еще хочешь узнать, который час? – поинтересовался Часовщик.

– Вы убили Джейка! – воскликнула она.

– Я никого не убивал, – отозвался он оскорбленно. Помехи замолкали всякий раз, стоило Часовщику заговорить, и его акцент – видимо, Часовщик был из центральной части Атланты – становился заметнее. Как и помехи, этот акцент звучал так, будто принадлежал другому времени. – Вопреки некоторым историям люди не могут заключить со мной сделку, чтобы продлить жизнь. Я просто сообщаю им время смерти и, когда это применимо, рассказываю, что они могут сделать, чтобы пожить подольше. Я часто советую завести собаку, больше заниматься спортом и не оставлять злобных комментариев в интернете. К сожалению, ни один из этих советов тебе не подходит. Хотя, если тебе удастся выиграть еще немного времени, я настоятельно рекомендую завести собаку.

– Вы что, шутите?

– К звонкам подобного рода я отношусь весьма серьезно, и вообще, если это была бы шутка, то не очень удачная. Еще одна причина, по которой я не люблю шутить. – И все же на секунду Холланд показалось, что он насмехается над ней. Акцент делал его похожим на персонажа из старой черно-белой комедии. – Как правило, люди боятся меня, – продолжил Часовщик, – но уверяю, это не я желаю тебе смерти.

– Тогда почему вы сказали Джейку меня убить?

Когда Часовщик вздохнул, в трубке снова послышались помехи.

– Я не говорил ему убивать тебя. Я лишь сказал, что, убив тебя, он продлит себе жизнь. Но я не утверждал, что это хорошая идея.

– Может, тогда вообще не стоило этого говорить?!

– Он спросил, который час, – терпеливо объяснил Часовщик, но помехи на линии становились все сильнее. – Моя работа заключалась в том, чтобы сообщить ему то, что он желал узнать. Теперь я должен сообщить, что ты умрешь завтра, в Хэллоуин, в 23:59.

Завтра. Больше времени, чем было отведено Джейку, но ненамного. Лужи воды на тротуаре подбирались к ногам Холланд, и теперь она чувствовала, как влага проникает сквозь ее кожу, просачивается в кровь.

– Ты все еще здесь? – уточнил Часовщик.

Холланд хотелось повесить трубку, или закричать, или повесить трубку и закричать. Происходящее не могло быть правдой.

– Сейчас самое подходящее время спросить, как тебе продлить жизнь, – подтолкнул ее Часовщик.

– Я не хочу никого убивать, – удалось выдавить Холланд.

– Приятно слышать. Мир не нуждается в убийцах. К тому же это не даст тебе дополнительного времени. Единственный способ пережить завтрашний день – найти Сердце Алхимика.

Холланд попыталась сообразить, упоминала ли о чем-то подобном Профессор. На мгновение название показалось ей знакомым. Оно напомнило о подслушанном разговоре, о чем-то, упомянутом шепотом, но Холланд не могла вспомнить когда, где и почему.

– Что такое Сердце Алхимика? – спросила она.

– Я не могу сказать. – В трубке снова раздались помехи. – Но, Холланд, найти Сердце – хорошая идея.

На другом конце послышались треск и жужжание.

Часовщик замолчал.

Еще треск.

– Алло? – позвала Холланд. – Вы меня слышите?

– Чтобы продолжить разговор, пожалуйста, опустите пять центов. – Дребезжащие слова мешались с помехами на линии. – Чтобы продолжить разговор, пожалуйста, опустите…

Голос заглушили завывающие вдали сирены. Долю секунды они казались отстраненными. Скорее идеей, чем сигналом о прибытии.

– Чтобы продолжить разговор, пожалуйста, опустите пять…

Выругавшись себе под нос, Холланд завершила звонок. Она быстро набрала «Сердце Алхимика» в поисковике, но не нашла ничего полезного. Только страницы о медитации или ссылки на роман «Алхимик». Вой приближался. Должно быть, кто-то из жильцов комплекса увидел тело Джейка и вызвал полицию. Сирены звучали слишком близко, чтобы быть простым совпадением, а Холланд этим вечером не везло.

Она перевела взгляд с тела у своих ног на циферблат на телефоне. 18:59.

До полуночи Хэллоуина оставалось двадцать девять часов. Или ее настигнет та же участь, что и Джейка.

Сердце Холланд забилось быстрее, похолодевшая кровь зациркулировала в жилах, пока не стала горячей. Холланд знала, что правильным решением было бы остаться и поговорить с полицейскими. Но это могло занять несколько часов. А то и больше, если они увидят, что Джейк звонил ей последней, или если обнаружат папку в ее руках, вполне годную в качестве мотива для убийства в состоянии аффекта.

Холланд не сделала ничего плохого, но копы поймут это не сразу. К тому же из нее получился бы великолепный подозреваемый – еще одна вещь, которую она узнала из исследований убийств в Голливуде. Иногда очевидный подозреваемый не лучший, но зато самый интересный.

Ей следовало убираться отсюда. Обратный отсчет пошел. На поиски Сердца Алхимика у нее оставалось всего двадцать восемь часов и пятьдесят девять минут. Холланд знала только одного человека, способного рассказать ей, что это такое.

Хлопнули дверцы машины.

Чьи-то голоса выкрикивали указания.

А Холланд убегала, шлепая босыми ногами по тротуару.