Лавочник с молнией в кармане. Том 1 - Борис Владимирович Романовский

— Уже забыл меня? — чужак вытащил из кармана небольшую прямоугольную картонку и небрежно бросил её на стол.

Я скосил глаза на Шарлотту. Она удивлённо пожала плечами. Может, Артур виделся с ним, пока Шарлотта где-то гуляла?

— Не забудь маску, которую я тебе дал, — уронил незнакомец.

— Это связной! — воскликнула Шарлотта. — Но у него было другое лицо!

Я ничего не сказал.

— Мне неважно, с каким духом ты заключил контракт, — продолжил связной. — Ты теперь один из нас. Приходи на собрание — там тебя представят.

Больше не сказав ни слова, он вышел из лавки. Я остался стоять один.

Некоторое время я задумчиво смотрел на закрытую дверь, после чего подошёл к столу и поднял бумажку. На ней было написано:

Паб «Бобр в сапогах». Завтра, в восемь вечера.

Бумажка вдруг вспыхнула и превратилась в пепел. Я отряхнул слегка обожжённые пальцы и чуть не выругался вслух, но, скосив глаза на Шарлотту, сделал это мысленно.

— Что будешь делать? — спросила она. — Пойдёшь?

— А у меня есть выбор? — буркнул я. — Конечно, пойду. Да и интересно на самом деле, что это за собрание такое.

Если бы этот связной пришёл позавчера, я бы отреагировал куда более прохладно. Но после ночных событий моё желание узнать побольше о потусторонней стороне этого мира резко усилилось. Так что приход связного оказался как никогда кстати.

Я вышел из лавки и взглянул на небо. Потихоньку вечереет — проспал я немало, как минимум несколько часов. Вздохнув, я пошурудил в кармане, в котором звякнуло несколько монет. Деньги есть, можно где-нибудь перекусить.

— Смотри, новый след, — Шарлотта показала пальчиком мне за спину, куда-то вверх.

Я обернулся, пригляделся и сквозь зубы ругнулся. Часть крыши была повреждена, а стена над моим окошком почернела. Ночью в лавку ударила очередная молния.

Хорошо хоть, что здание крепкое, не разваливается. Надо подкопить денег и убрать все следы, пока арендодатель не пришёл.

Я зашагал по своей улице в сторону улицы Яшмы. Подул прохладный ветерок, и часть тревог будто сдуло. На лице сама собой появилась слабая улыбка.

На самом деле я очень люблю гулять — в прошлой жизни каждый день нашагивал как минимум восемь тысяч шагов. Но в этой так много гулять у меня как-то не получается.

Выйдя на улицу Яшмы, я пошёл по ней к центру города. Погрузившись в свои мысли, я анализировал тот месяц, который прошёл с момента моего попадания в этот мир.

Сложнее всего было в первую неделю. Тогда я вообще не понимал, что происходит. А тот факт, что иногда я замечал Шарлотту, вот вообще не добавлял мне спокойствия.

Меня тогда и молния херакнула в первый раз — прямо на улице. Я просто вышел на улицу, уже не помню, зачем, и тогда-то и долбанул грёбаный разряд.

Да-а-а… Прошёл целый месяц. И я уже начал получать удовольствие от новой жизни. Пока ночью чуть не вышиб себе мозги из-за непонятного голоса в моей башке.

Я шёл, не видя дороги, пока меня не привлёк шум. Пойдя на него, я вскоре вышел на гигантскую улицу, по обе стороны которой стояли ряды лавочек. Вся улица была наполнена людьми.

— О, это ярмарка! — удивилась Шарлотта. — Разве она сегодня?

Я пошёл вдоль лавок. Сильно пахло едой: вот какой-то мужик продаёт сладкие булочки с мясом, а рядом старуха ловко накладывает на тарелку местное блюдо, чем-то похожее на плов с имбирём.

Людей было полно — взрослые, дети и старики гуляли, общались, улыбались друг другу. В этом городе я редко видел такое.

У одной из лавок я остановился и купил уличную еду — булочку с мясом и грибами, а также стакан лимонада. Прямо там, глядя на семейку с рыдающими детишками, которым, по их мнению, купили слишком мало сладостей, я съел булочку, выпил лимонад и направился дальше.

Вскоре я набрёл на торговцев сувенирами. С любопытством я разглядывал их товар — многое было привезено из соседних городов, а некоторые вещи даже из соседних стран.

У первой лавки висели янтарные бусы и фигурки зверей, заключённые в мутноватые куски смолы. Это чисто местное производство — тут люди помешаны на янтаре. Даже страну свою называют «Янтарная Империя», хотя официальное название у неё другое.

Я пропускал местную продукцию, интересуясь только иностранными товарами. Особенно — из Червонной Империи. Если верить той скудной информации, что я успел добыть, эту страну, как мне кажется, можно назвать альтернативной версией России.

Товары лавочников подтвердили мои догадки: расписные деревянные ложки, лаковые шкатулки, вложенные друг в друга матрёшки — всё это было мне знакомо.

Покупать я ничего не стал — с собой у меня был всего один талер и два пенса. Не хотелось тратить их на ненужную ерунду. Но никто не запрещал мне просто смотреть.

Я двинулся дальше, заодно вызывая информационные надписи над всем подряд. У одного мужика продавались «перья филина», которые, как он утверждал, спасали от злых духов. Только вот способность сообщила: «крашеные куриные перья».

Ну, я не удивлён — где есть люди, там будут и мошенники.

Гуляя и разглядывая товары, я дошёл до лавок, где продавали бижутерию. Тут мне стало гораздо интереснее — я останавливался у каждой, с любопытством изучая названия товаров.

— Тут чистое серебро и лучший изумруд с гор Червонной Империи, товар высшего класса! — нахваливал пузатый торговец, в то время как я видел совсем другое.

Медное кольцо с зелёным стеклом.

Вежливо улыбаясь и кивая, я двинулся вдоль прилавка, осматривая товары.

Тяжёлая «золотая» брошь в виде розы при ближайшем рассмотрении превратилась в «позолоченную бронзу». Нитка «морского жемчуга» — в «стеклянные бусины с рыбьим клеем».

Я хмыкнул про себя. А ведь и не скажешь, что подделка.

Дальше пошли серьги с «горным хрусталём чистейшей воды» — на деле просто гранёное стекло.

На удивление, тут не было ни одной по-настоящему ценной вещи. Реально — одни подделки! Впервые такое вижу.

Я дошёл до конца лавочек и увидел за ними троих стариков. Они сидели прямо на земле, разложив товар на потёртых тряпках. Продавали откровенный хлам: позеленевшие подсвечники, гнутые столовые приборы, треснувшие вазы и прочий мусор.

Мне стало любопытно. Я ведь спец по такому мусору,