Кошмарная клиника - Юлия Зубарева

— Это ты, дед, свиней не держал! — Светлана аж от стола встала. Чудо, а не девка: на щеках румянец, грудь воздуха набрала, а пуговицы так и трещат. Иван с дедом одновременно сглотнули, уставившись на это монументальное зрелище, а Света начала было что-то рассказывать и осеклась. Мужики явно её не слушали, выключившись на мгновенье от необузданной силы красоты.

— У меня полчаса есть до работы. Пойдём хоть посмотрим на ваше хозяйство, — махнула она рукой на этих горе-переговорщиков. — Деньги и вправду нужны, а если буду успевать, то почему бы и не помочь по-соседски.

Света старалась больше на Ивана не смотреть и вообще только с дедом разговор поддерживать. Вот и думай: стесняется или и вправду обиделась? Он же балбес тогда от пирожков не отказывался, да и шутка с мамулей получилась знатная, а потом Василиса появилась в деревне, и закрутилось всё…

— А Иван Фёдорович наш тебя довезёт. Он у нас нынче с машиной и вообще мужчина хоть куда. Домчит с ветерком, — дед повысил голос и обернулся на Ивана, виртуозно подмигнув и одновременно вздёрнув бровь, будто ещё что-то в этом предложении было, а не просто доставка будущей козьей няньки до места работы.

— Я тогда пойду машину прогрею, — ничего не поняв, но продолжая играть Ваньку-дурачка в этом бенефисе старого интригана. Уж не хочет ли тот, чтоб Иван Светлану ещё и соблазнил ради козы?

В животе уже ощутимо урчало от голода. Магазин откроется только через час, а светлая идея, что Светлана от щедрот души покормит их завтраком, провалилась под дедовым напором. Как-то не куртуазно было и подработку предлагать, и признаваться, что они голодранцы без куска хлеба в доме.

Иван без особой нужды пинал перед собой камушек, стараясь не отставать от колоритной парочки впереди. А ещё было безумно жаль украденного телефона и бездарно просранных выходных. Ему бы к Василисе и детям под бочок, а тут то коза в лесу, то бабка в бегах. Двери ещё эти… Сказала же Маланья, чтоб ходил и оглядывался, — вот он и оглядывается. Доигрался, блин.

Знакомая калитка чуть было не прищемила ногу, со всей дури захлопнувшись перед Иваном. Задумавшись, он прошёл мимо машины, не вспомнив, что собирался Светку подождать в ней и не лезть в это спонтанное трудоустройство.

Хотя чего он расстраивается? Дед всё правильно придумал. Если Светлану коза примет, то это ж гора с плеч. Ивану тогда и оставаться тут смысла нет. Можно по-быстренькому к жене мотнуться, и на работе завтра не придётся краснеть.

Ключи от машины оказались в кармане, а в бардачке нашлась забытая шоколадка. Не бог весть какая еда, но лучше, чем ничего, однозначно.

Через десять минут деда со Светланой встречал уже не угрюмый бородатый брюзга, а вполне себе довольный жизнью Иван, который успел сбегать домой за чашкой кофе. Флюгер настроения развернуло в плюсовые значения ещё и потому, что из приоткрытой двери кухни было прекрасно слышно, как восторженно сюсюкается Светка с Зитой и Гитой под басовитый говор Акимыча. Новоиспечённая козья нянька светилась от восторга, и пришлось даже поторопить этих козоводов, чтобы она на работу не опоздала.

— Я тебя туточки подожду, авось Клавдия старшенького пришлёт из магазина. Не самому ж таскать, — дед галантно открыл пассажирскую дверь для Светки и опять подмигнул Ивану, взглядом на ту самую Светку показав. Ну не на всю Светку, а докуда дорос. При его росте намёк был более чем недвусмысленным. «Вот старый чёрт, неймётся ему», — подумал Иван.

Светлана помахала ручкой деду и начала ворочаться на пассажирском, пытаясь пристегнуться, а Иван, улучив момент, когда та отвернётся, покрутил пальцем у виска и сделал страшные глаза Акимычу, чтоб тот так больше не шутил. В ответ получил пантомиму «рука — лицо» и, плюнув про себя, но от души, начал разворачиваться, не дожидаясь, пока козья нянька наконец доломает его машину. Застопорившийся ремень эта монументальная женщина дёргала, похоже, именно с этим намерением.

В зеркале заднего вида дед с чувством перекрестил отъезжающую машину и смачно высморкался в придорожную траву. Лоск московской жизни и блогерской славы не лип к Акимычу, хоть во что его одень. Хорошо хоть курить бросил под неусыпным контролем Розы Абрамовны. Может, и хорошо, что дед себе отпуск в деревне устроил? Это Ивану тут делать уже нечего, а старику — за счастье вернуться к себе прежнему.

— Кофе будешь? — термокружка со сладкой отравой, что опять встала в горле, стояла в подставке. Фольгу от съеденной в одно лицо шоколадки Иван успел спрятать в карман. Было немножко стыдно, что ни с кем не поделился, но там так мало было, что сам не заметил, как оказалось, что и делиться нечем.

Света помотала головой, отказываясь, и в неловком молчании, что повисло в салоне, так и поехали. Благо недалеко. Иван, наверно, и с закрытыми глазами до фермы доехать мог. Знакомые выбоины и повороты были на своих местах. Около моста через речку Переплюйку, как обычно, кусок асфальта в ямочных заплатках. Двести метров вибромассажёра — и вот уже виден знакомый зелёный забор фермы, где Ивану бы ещё два года работать по контракту, если бы не сложившиеся обстоятельства непреодолимой силы.

— Здесь останови, пожалуйста, — Светлана потянулась к двери, будто Иван уже затормозил. Так себе идея — на полном ходу дверь дёргать.

— Давай до ворот довезу. Идти ещё далеко. Да подожди ты, — пришлось съехать на обочину, пока эта богатырша ручку не оторвала. Двери-то заблокированы.

— Не надо, чтоб нас вместе видели. Разговоров потом не оберёшься. Сама дойду, — она открыла дверь, забыв, что пристегнута, и дёрнулась всем телом, стараясь освободиться.

— Да стой, дай отцеплю, — Иван протянул руку, отщёлкивая замок ремня безопасности. Девушка дёрнулась, будто от удара током, и отстранилась, натягивая ремень, и вывалилась из машины, поправляя рубашку.

— Спасибо тебе, выручила нас с дедом. Ты б ещё договорилась, чтоб молоко Милкино можно было забирать — вообще хорошо будет. Матушке полезно будет козье молоко, — продолжил говорить Иван, будто ничего не случилось. Он реально себя по-дурацки чувствовал — будто виноват перед ней был, только непонятно за что.

— Василь Акимыч сам предложил, если будет оставаться, — Светлана не спешила закрыть дверь. Стояла, насупившись, смотрела на Ивана. Чего ждёт?

— Ты это, извини, если