Страна без чудес - Андрей Андреевич Уланов

— В таком случае с вами можно договориться?

— Охотно рассмотрю ваше предложение, — Марко щелчком отбросил окурок, поднялся и отряхнул колени, — главное, чтобы не случилось противоречий моему основному заданию.

— Постараюсь учесть, — кивнул полковник. — Для начала… как вы планируете разбираться с, — Кард кивнул на дорогу, — всем этим?

Со стороны место боя сейчас выглядело почти мирно. Лошади стоят, изредка переступая с ног на ногу, мертвецы еще более смирно лежат, уже накрытые тонким слоем снега. Кажется, снегопад усилился в последние минуты или просто в лесу ощущался слабее.

А вот запах крови, страха, мокрого сена, разорванной кожи, дерьма и снега смешался так густо, что я почти перестала различать отдельные ноты.

— Это как раз не сложно, — Марко поднял один из карабинов, повертел в руках, высматривая клейма, — Я же не просто так решился на драку. Вообще-то драк не люблю, особенно без дополнительной оплаты, но тут пришлось.

— Пришлось?

— Видите мундиры? — полуэльф носком сапога перекатил очередной труп лицом вверх, — только у шестерых. На кордоне, конечно же, нравы посвободнее, чем у дворцовой охраны, но в подобном виде нормальный командир даже охрану полкового нужника не выставит. Драгуны нашли себе подельников из местных для грязных дел: потрошить контрабандистов, грабить по хорошей наводке, иногда ловить тех, кого потом можно выгодно сдать жандармам. Начальство наверняка в курсе и в доле. Поэтому быстро их не хватятся. А если и хватятся, глубоко копать не станут. Напротив, постараются прикопать побыстрее, чтобы расследование не вырулило куда не надо.

Он аккуратно положил карабин обратно на землю и поднял саблю.

— Особенно если вдруг окажется, что их подчинённые доблестно исполнили свой долг, погибнув в схватке с повстанцами.

— Еще и медальки выпишут, — хихикнула Клэр, — и покойникам, и себе заодно.

— Это само собой, — подтвердил Марко, — так что нам нужно просто слегка подыграть. Реквизита для оформления сцены «геройская гибель в неравном бою» достаточно, даже некоторый избыток наблюдается.

В которой Фейри Грин согревается

Как известно всем, эльфы прекрасно ладят с любыми животными. Жаль, гнедой кобыле об этом никто не рассказал. Лошадь косила на меня глазом, плохо слушалась команд и взбрыкивала каждый раз, когда я пыталась устроиться в седле чуть удобнее. Её привычный наездник куда-то пропал, а я пахла кровью, чужим табаком, промокшим сукном и, вероятно, не вызывала у неё никакого доверия.

— Тихо, тихо, — я попыталась погладить её по шее и едва не вылетела из седла из-за очередного взбрыка, — мне тоже здесь не нравится.

Кобыла недоверчиво фыркнула. Идущая следом запасная подняла голову, насколько позволила захлёстнутая за луку седла уздечка, и укоризненно глянула на меня.

Остальные справлялись лошадьми куда уверенней. Марко забрал себе вороного убитого вахмистра. Полковник выбрал серую лошадь с длинной изогнутой шеей. Даже лейтенант неплохо держался в седле, переговариваясь о чем-то вполголоса с едущей сбоку Мариленой. Отвертеться от верховой езды удалось лишь Клэр — она взялась править нашей телегой. Ехавшую ранее первой телегу Марко вместе с грузом и телами пассажиров щедро пожертвовал на оформление мизансцены, предварительно сломав переднее колесо.

Полуэльфку даже не смутило, что у тетушки в гробу — хотя в наличие тетушки мне теперь верилось слабо! — появились попутчики. Также не склонные к разговорам, неприхотливые и уже закоченевшие. Боргони решил погрузить на телегу «лишние», с его точки зрения, тела.

— Важно не переборщить! — объяснял он, подсаживая ближе к гробу очередного покойника. — Полтора чужих трупа на одного драгуна еще куда ни шло, три — уже перебор. Все-таки тут не крестьяне в поле с мотыгами, а повстанцы с контрабандистами, есть и оружие, и кое-какое умение им пользоваться. У вояк и так возникнет вопрос, почему никто не стрелял и все раны колотые и рубленые?

— И какой будет ответ?

— Неприятный для командования полка, — полуэльф стянул шапку и вытер лоб рукавом. — Имело место не случайное столкновение контрабандистов и разъезда драгун, которых здесь наверняка не должно было быть, а встреча сообщников. Но кто-то что-то не так сказал, косо посмотрел, пёрднул не вовремя… такое случается. Поэтому глубоко лучше не рыть. И проверять, не осталось ли выживших, тоже не стоит — снег укроет следы, правильно составленный рапорт закроет проблему. Для нас главное, чтобы сюда не попала какая-нибудь въедливая сволота, мечтающая о шансе выслужиться перед начальством повыше.

Открытая местность закончилась, дальше вновь начинался лес, еще более темный, голый и неприветливый, чем прошлый. Сквозь костлявые руки-ветки с неба мрачно глядела на людские непотребства красная луна, в глубине чащи ухал филин. У меня отчаянно мерзли ноги, руки, нос и особенно высвобожденные из-под платка уши. Пришлось вновь их укутать, соорудив несуразно выглядящую, но хоть как-то спасающую от ветра и мороза гоблинскую обвязку вокруг головы. К этому времени зеленая Айя выглянула из-за туч, разбавив красный свет своими лучами.

Я тронула коленями бока гнедой, собираясь чуть ускориться и спросить Марко, долго ли еще мерзнуть, но тут встречный ветер принес вкус дыма, навоза, прелой соломы и прочих ароматов человеческого жилья.

Минут через пять между деревьями показалась темная стена забора, из-за неё донесся заливистый лай сразу трех или четырех собак. К ним вскоре прибавилось хлопанье дверей, лязг металла, сквозь в щели в заборе замелькал желтоватый свет, приближаясь к воротам. На редкость основательным воротам, сооружение из толстенных досок и железных полос отлично бы смотрелось в старом замке Марилены, где мы переделывали гоночный катер и отбивали приступ орочей банды. Сходство дополняла небольшая калитка — её-то в итоге и открыли, выпуская наружу широкоплечего мужчину в овчинном тулупе, с густой бородой. Керосиновый фонарь он держал прямо перед собой, не пытаясь поднять повыше, из-за чего почти все лицо скрывалось в тени. От него пахло теплом нагретой постели, свиными шкварками, луком и сдобой. А вот из калитки, от оставшихся за ней — тревогой, порохом и оружейной смазкой.

— Кого там демоны в ночи носят⁈

— И тебе не хворать, Янош! — спрыгнув с коня, Марко пошёл навстречу бородачу, остановившись в трех шагах перед ним. — На кордоне живешь, а ночами гостей не ждешь? Непорядок…

— Пенкнысь⁈ — хуторянин поднял фонарь повыше. — Чтобы мне повылазило, Пенкнысь!

— Собственной смазливой персоной.

— Вот-те на! — поразился бородач. — А говорили, сгинул ты,