Бюро сновидений - Пол Кофе

Нестор сидел мрачный, как шахтер после суточной смены, и смотрел на угли в камине.

– Рассказывай про свое добро, – наконец пробурчал он.

Пока Дэн описывал бухгалтера Иннокентия Горбунова, профессор только сопел, пыхтел, мотал головой и бормотал: «Что-то здесь нечисто». Когда разговор зашел о пропавшей морской свинке для несчастной девочки, Нестор нервно заходил по комнате и, не дослушав, взорвался:

– Ничего более глупого я не слышал! Входить в сон, рисковать жизнью ради морской свинки? Ради избалованной девочки избалованных родителей?! Нет и нет. Нет – это…

– Форма отрицания, – договорил за него Дэн и назвал следом сумму, которую им предложили за успешное завершение дела.

Даже на профессора, равнодушного к материальным благам (до тех пор, разумеется, пока эти блага имелись), сумма произвела впечатление.

– Во многих странах на этих свинках эксперименты ставят… – пробурчал Нестор, только чтобы возразить. – Убивают их десятками.

– Может, именно потому пришло время отдать им должное, – неуверенно сказал Дэн. Ему эта затея тоже не нравилась, но какое-то особое чутье, которое его уже не раз выручало, подсказывало, что они должны взяться за это дело.

Пока они спорили, в дверь снова позвонили.

– Кто это? – моргнул профессор.

Дэн поднялся.

– Возможно, очередной клиент.

Нестор засуетился.

– Принеси мою бабочку, ту, что в горошек.

Он скинул домашний халат и оказался в брюках, рубашке и узорчатой жилетке. Дэн заметил, что и профессор, и Аврора даже дома одеваются изысканно. Видимо, в их семье так было принято.

– Нет! – Нестор резко изменил направление движения на противоположное, отчего Дэн налетел на него и отскочил, как от огромного надувного батута. – Нет… Ты иди открывай дверь, а я сам найду бабочку.

Он, сощурившись, оглядел Дэна, одетого в джинсы и клетчатую фланелевую рубашку навыпуск.

– Над твоим внешним видом мы еще поработаем.

Дэн только молча уставился на пеструю жилетку профессора и, ничего не сказав, пошел открывать гостю.

– Бабочка… – бормотал парень, спускаясь по лестнице. – Он что, действительно считает себя великим модником?

Уже вечерело. Снаружи стоял Иннокентий Горбунов в своем неизменно сером костюмчике и с кожаным чемоданом.

– Вы? – удивился Дэн.

– Я подумал и вернулся, – сообщил гость.

– Я просил вас позвонить, – скрипнул зубами Дэн. – Разве это сложно?

– Дело уж больно срочное. – Бухгалтер зашел внутрь и опасливо огляделся. – У вас много соседей?

– Почти не осталось, как утверждает мой… хм, напарник.

– Тот, что у вас за главного?

Горбунов посмотрел на Дэна взглядом скучающей собаки, перед которой хозяин решил станцевать танец с костью в руках. Это был его обычный взгляд.

Дэн не ответил, посчитав, что и так уже достаточно запутал клиента. Бухгалтер заторопился:

– Здесь есть безопасное место, где мы можем переговорить? Только не ведите меня снова в ту забегаловку.

«Да это мое любимое кафе!» – возмутился Дэн, но вслух сказал только:

– Конечно. Идемте за мной.

Проходя через лабораторию, Горбунов замедлился, разглядывая сложные приборы, шлем и кресла.

– Так значит, вы правда этим занимаетесь? – мечтательно вздохнул он. – Вам нужно было сразу показать мне лабораторию. А не махать у меня перед носом глупым цветком.

– Я не махал цветком перед вашим носом, – возразил Дэн. – Цветок летал сам. И он не глупый, а как раз разумный.

И снова этот фирменный взгляд серого человека-крюка.

– Надеюсь, мой ноутбук не будет так себя вести?

– О нет. Не будет, – уверенно соврал Дэн.

Пожалуй, пока не стоит говорить клиенту, что предметы меняют свои свойства при переходе из сновидений в реальность.

Они поднялись по лестнице и застали профессора за чтением томика поэзии у клавесина.

При этом Нестор как бы очень удивился, что в гостиную вошел гость, и тут же встал. Сама Учтивость.

Дэна чуть не стошнило от всего этого спектакля. Но на бухгалтера вид гостиной и ученого мужа произвели большое впечатление. Видимо, именно таким он представлял настоящего изобретателя. Хотя, точнее сказать: именно таким не представлял.

– Добрый вечер, сударь. Добро пожаловать в «Бюро сновидений», – елейно улыбнулся Нестор. – Чашечку чая, кофе, какао? У меня также есть замечательный ямайский ром. Сливочный ликер, херес?

– Благодарю вас, – расщедрился на скупую улыбку Горбунов. – Я на работе. Всегда на работе.

– И тем паче. – Профессор пригласил гостя широким жестом присесть в кресло. – Человек, который много трудится, должен себя баловать приятными мелочами.

Никогда бы в жизни Дэн не подумал, что у их гостя может появиться румянец на щеках, до того он был серый.

Но то ли радушный прием Нестора, то ли жара – а гость все еще стоял в верхней одежде – заставили бухгалтера покраснеть.

– Ну что ж, тогда я не откажусь от капли ликера.

Гость уселся в кресло, по привычке придерживая на коленях свой кожаный чемоданчик.

Профессор достал миниатюрные пузатые рюмочки, разлил тягучий ликер.

– Мы вас слушаем, сударь.

Бухгалтер пригубил напиток, облизал тонкие губы.

– Полагаю, ваш напарник посвятил вас в подробности.

– Лишь в общих чертах…

– Неважно. Планы изменились. Мне не нужен ноутбук. Мне нужно стереть всякое воспоминание о нем. И всю информацию, которая была на нем записана. Это возможно?

Профессор и Дэн переглянулись.

– То есть вы просите о ровно противоположном? – спросил Нестор.

– Но подождите, – вмешался Дэн, который стоял за спинкой кресла гостя. – Зачем вам стирать все, если ноутбук был утерян или похищен?

– Совсем недавно я узнал, что ноутбук уничтожен. Но этого недостаточно.

– Как это недостаточно? Зачем вам стирать воспоминания?

– Младший ассистент, Дэн, – сощурился Нестор. – Вы задаете нашему гостю непристойные вопросы.

– Непристойные? Да это же ерунда какая-то!

– Кстати, а правда – зачем? – рассеянно пробормотал профессор.

– Понимаю, что для вас важны сведения, – начал Горбунов. – Но в объявлении по предоставлению вами исключительных и уникальных услуг сказано, что вы гарантируете полную конфиденциальность, кроме того, что вы можете устранить, цитирую: «любое травмирующее воспоминание». Так вы сделаете это или нет?

Профессор и Дэн снова переглянулись. На этот раз Нестор задержал на своем ассистенте пристальный взгляд.

– Ну, раз мы