Призрак «X» ранга - Андрей Мельник

Глава 15

Где-то рядом с лесом.

Пень Валерию Святославовичу попался удобный, и старик сидел на нём уже минут двадцать, разглядывая всё, что осталось от лесопилки. Навес просел до земли, рельсы вагонетки заросли травой, а пилорама уехала отсюда лет пятнадцать назад на чей-то металлолом. Половина домов в деревне обшивалась досками с этого двора, его дом в том числе.

Теперь здесь только птицы и ветер… И старику от этой тишины было тоскливо. Впрочем, для встречи с городскими «гостями» место идеальное: свидетелей нет, а до дома по лесной дороге на велосипеде рукой подать.

Велосипед стоял тут же, прислонённый к столбу навеса, корзина со сморчками дожидалась хозяина у пня. Быстро управился…

Джипы выкатились из-за поворота без спешки. Три штуки, все чёрные. Стоило машинам остановиться на заросшей травой и кустами парковке, как из них полезли люди в костюмах чёрного цвета. Пиджаки у большинства нараспашку, руки в карманах, золотые зубы. Большая часть бритая, со шрамами.

— Как вас много-то… — отметил дед.

На его памяти столько гостей он встречал впервые. Они были расслабленными, уверенными в себе. Старик подумал, что было бы неплохо, найдись при них оружие… Арсенал на случай ядерной войны давно пора пополнить чем-то свеженьким.

Последним из головного джипа выбрался крепкий лысый мужик. Лакированные чёрные туфли, брюки под цвет, белая рубашка с закатанными рукавами и расстёгнутым воротником. В волосатых руках папка, во рту сигарета, на шее золотая цепь с огромным крестом.

Старик мельком глянул на папку и хмыкнул:

— Ну вот мы и встретились, как ты и хотел.

— Место ты выбрал странное, старый… Но мне так даже больше нравится. Люблю, знаешь ли, природу, — улыбнулся лысый и махнул рукой деловито шныряющим по лесопилке помощникам.

Те искали потенциальное подкрепление «деда». За это дед их даже капельку зауважал. Хоть какой-то профессионализм.

Лысый остановился напротив старика и дождался, пока из багажника джипа вытащат для него походный стул. Валерий Святославович едва не рассмеялся в голос.

— Чего, коленки болят? Вроде молодой ещё… Иль понты превыше всего?

— Статус обязывает.

— Ой, я тебя умоляю… Где ты и где статус, — заулыбался дед.

Лысый нахмурился, мордовороты вокруг набычились, а потом главный улыбнулся кривой ухмылкой и велел своим не напрягаться.

— Так что вы, уважаемые, от меня хотите-то? — поинтересовался дед.

Гость плюхнулся на стул, затянулся, выпустил дым и спокойно прохрипел:

— Вообще, рад вас видеть, Валерий Святославович. Рады, что вы согласились встретиться. Всегда полезно найти новых друзей даже в вашем почтенном возрасте.

— И когда мы подружиться успели? Что-то не припомню…

— Ну как же… — Лысый затянулся и выпустил дым в сторону навеса. — Я столько подарков отправлял каждые выходные… Совсем не проняло?

— М-м? Ты про те погребальные венки дурацкие?

— Они самые. — Сигарета снова разгорелась.

— Тьфу ты! А я их сжёг все… Думал, адресом ошиблись.

— Обидно, — наигранно чуть насупился лысый.

— Ничё, переживёшь. Вон какой кабаняра. Такие от обиды не помирают.

Стоявший ближе всех к боссу прихвостень не выдержал. Он шагнул вперёд и ткнул в старика пальцем:

— Слышь, старый, ты бы за хлеборезкой своей следил!..

Лысый поднял руку, и палец опустился.

— Тихо. Мы же цивилизованные… И девяностые давно прошли. Незачем руками махать, когда можно договориться.

— Складно поёшь. На артиста, часом, не учился? Может, в хоре пел? Церковном? Отпевать умеешь?

Лысый хмыкнул, затянулся последний раз и выкинул сигарету.

— Меня твои шутки не пробьют. Давай к делу. — Папка перекочевала через разделявшие их два метра и легла старику на колени. — Подпиши, получишь сумму на несколько лет беззаботной жизни, и мирно разойдёмся.

Старик папку даже не открыл. Бумага в ней была плотная, дорогая. На такой в кино печатают приговоры.

Какой бы сумма ни значилась в договоре, ответ старика был один:

— Не-а.

— Я вдвое увеличил сумму.

— Ты контуженный, что ли? Я же сказал: нет, и точка.

Лысый слегка нахмурился:

— Не хочешь по-хорошему, можем и по-плохому…

— Ну, давай, удивляй. А то венки не впечатлили как-то. Хотя ладно, первый раз было забавно, признаю.

Лысый снова хмыкнул и продолжил без лишних эмоций:

— Не подпишешь сейчас, тогда с твоим домом случится что-нибудь нехорошее… Загорится, например. А мы потом выкупим угли с землёй за бесценок.

— У-у-у… Как страшно…

— Так что сделай себе одолжение, подпиши и доживай спокойно. Иначе либо крохи получишь, либо…

— Да уж… — усмехнулся старик, не дав ему договорить. — Девяностые прошли, но из людей не выперлись.

Брови у лысого сошлись к переносице, а Валерий Святославович уселся на пне поудобнее и продолжил:

— Слухай сюды: деньги, что ты мне предлагаешь по-мирному и по-плохому, одного поля хрен. Думаешь, раз я в глуши сижу, так знать не знаю, что в миру творится? Как сюда город доберётся, за эту землю давать будут раз в десять больше того, что ты мне предлагаешь. И ты далеко не первый сюда за ней являешься…

«Помощники» за спиной босса переглянулись. Про предшественников им, похоже, не докладывали, и старик мысленно поставил лысому минус: полноценную разведку не провёл, а заявился, желая прибрать всё к рукам.

— И ты уж мне поверь, бумажки ваши мне до лампочки. Эта деревня дорога мне. Отец её своими руками от фашистов треклятых отбивал и мне велел защищать, как зеницу ока. А ты предлагаешь землю, что мне по наследству перешла от героя войны, каким-то мордам паскучим, как вы, отдать? Да идите вы все на хрен!

Папка полетела обратно и хлопнула лысому по лбу.

— Босс!.. — дёрнулся нетерпеливый паренёк.

Рука босса поднялась, и парень заткнулся. Лысый смотрел на старика хмуро, но тон держал спокойный:

— Старая закалка, уважаю. Да только