Как укусить вампира - Лена Тулинова

— Иди, иди, жучка, — Дина похлопала по бедру, шерстяная юбка слабо шурхнула под ладонью. — Хочешь колбаски? Сычёв, вы всю ночь бутерброды ели, осталось что-нибудь?

— Не для того я себе последний бутерброд заныкал, чтобы ты, Зорина, его съела, — огорчился Сычёв.

— Давайте, это не для меня, это для тварюшки. Поймаем, покажу, как её без магии можно обезвредить.

Городовой вздохнул и полез в сумку на боку. Там, завёрнутый в кусок холстинки, у него хранился ломоть хлеба с салом. Мясные прожилочки, чесночок, прилипшие к краешку крупинки соли! Жалко было расставаться с таким-то добром!

— Пирожок с ливером потом купите, и в расчёте, — ворчливо сказал Сычёв, протягивая девушке сало, и тут химера прыгнула.

Рука с куском сала исчезла в огромной клыкастой пасти. Загнутые, острые, будто у щуки, зубы сомкнулись на запястье мужчины и тот заорал, тряся рукой.

— Ааа! Клятая химера! Она мне сейчас руку отхватит!

— Враз не отхватит, у неё пасть мелковата, — сказала Зорина. — Не дёргайтесь же! Я сейчас её сниму!

— Да, сними, Зорина, Христом-богом, — зарыдал Сычёв.

Дина подошла к химере со спины, положила руку на затылок, пальцы в белой перчатке нащупали там ямку. В неё неизвестный Зориной маг вложил «зерно истины», оно и держало части животных вместе. Выдернув с корнем, с кровью твердоватую, упругую горошинку, Дина раздавила её ногой. После этого разжать челюсти химеры было уже несложно. Да и сама тварь постепенно разваливалась на куски. От них пованивало, и Дина не завидовала здешним дворникам.

— Она не заразная? — заботливо спросил Никишкин.

— Нет. Но кровь может приманить ещё кого-нибудь, — сказала Дина. — Впрочем, уже утро, заря занимается. Наш дозор окончен…

— Следовательно, создавать таких противоестественных тварей незаконно, — закончил свою речь Вдовин. — Записали? Не-за-кон-но!

— Простите, можно вопрос? — поднял руку Арсенин.

Пьер поморщился. Голос однокурсника вдруг прозвучал так неприятно для ушей!

— Не далее, как вчера Натан Ростиславович на занятии по монстрологии рассказывал об опытах по созданию вампиров, но не говорил, что это незаконно, — продолжил Алекс.

— Разумеется, это незаконно. Трансфигурация живых созданий с целью сотворения условно-разумных и разумных существ строго запрещена алхимической доктриной, — Вдовин пожал узкими плечами. — Это настолько очевидно, что Цыбашев даже не подумал упомянуть. Зато теперь говорю я. Вы охотники на подобных существ, и хотя в ваших телах достаточно магии, чтобы совершить трансформацию любого порядка, я всячески предостерегаю вас от сотворения любых живых существ. Вообще любых, не только условно-разумных и разумных.

— То есть? Ведь химер создавать вполне законно, и они могут служить на пользу охотникам, — сказал Серж Карповский.

— Химер, которые не обладают свободой воли, химер, не владеющих человеческой речью, — сказал Вдовин. — Но никак не разумных.

— А если крепостного какого? У маменьки в хозяйстве был один убогий — его и разумным трудно назвать, и немтырь совсем, — лениво спросил барчук Даниил Чеглоков. — А уж о свободе воли там и говорить смешно.

Преподаватель побледнел и вытянулся. Стало видно, как на его высоком лбу проступила жилка.

— Вы, господин Чеглоков, подумали бы сначала, прежде чем ляпать, — сказал он. — Крестьянин, хоть и неграмотный человек и даже, быть может, не в своём уме — он всё-таки живая душа. И по сути своей отличается от вас только тем фактом, что родился не от ваших родителей, а от более несчастных и обделённых. Ваша маменька столь милосердна, что содержит этого человека, а вы… Вы думаете, что вправе распоряжаться его телом и душой при занятиях трансфигурацией? Вот! Вот об этом я и толкую, господа студенты! Запомните: это незаконно даже в том случае, если вы считаете, что жизнь человека всецело принадлежит вам.

Арсенин переглянулся с Карповским. Заметивший это Пьер слегка нахмурился: почему, что? Неужели тоже решили какой-нибудь опыт провернуть? С них станется, с душегубов. За Безруковым после смерти отца не осталось ни имения, ни крепостных — ничего, кроме особняка. Разве что старенький лакей перешёл к дядюшке в людскую, помощником по дому. И сейчас Пьер почему-то был такому обстоятельству весьма рад.

Но тут ещё пришло на ум кое-что из вчерашнего дня, про то, что Цыбашев сказал. Что вампиров пытались делать искусственно. И тоже незаконно. А их из кого пытались сотворить? Вампиры нередко оказывались как раз-таки весьма образованными и грамотными, этакая голубая кровь и слоновая кость… Во время войны понятно было, как они могли появиться даже искусственно, а вот сейчас, в современном Пьеру мире?

Тоже ведь противозаконно, но кто-то этим занимается.

Пьер порадовался, что не пошёл на иную специальность, решил стать охотником, а не учёным. Иначе пришлось бы каждый божий день размышлять над какой-нибудь этической задачей, а хотелось действовать, биться, продвигаться вперёд не опасаясь крючкотворства и бюрократии.

Какая у охотников на нечисть там бюрократия? Да почитай, что никакой. Иди и делай. Лови, избавляй город от страшных тварей. Там разберёшься, когда уложишь или хотя бы обезвредишь: от природы оно такое или сотворённое в приступе безумия каким-нибудь магом.

И магию охотники используют простую да понятную! Магия как инструмент или оружие: поддержать, связать, обездвижить, лишить жизни… Ну, или её подобия.

Вот бы встретиться с вампиром в бою и узнать, что почём! Понять, чего ты стоишь в схватке, насколько ты стал быстрым и ловким благодаря тренировкам, умным и сообразительным — благодаря вот таким лекциям!

А крючкотворства не надо…

— Господин Безруков, надеюсь, вы задумались, а не спите с открытыми глазами, — кашлянув, сказал Вдовин. — Скажите, химеры какого класса могут быть подспорьем для охотника?

— По мне — никакого, — ответил Пьер искренне. — Уж лучше тогда собаку хорошо обученную взять. Хотя случись что с такой собакой — жалко будет.

— А как по мне, хорошо бы взять нетопыря да кошку с собакой, или можно какую-нибудь гусыню — и сделать тварь летучую, цепкую, кусачую, выносливую и плавучую. Но главное чтоб нюхастую, — предложил кто-то из студентов.

— Негоже таким увлекаться, — сказал Безруков. — Не стоит пачкаться. Если есть цель — нечистых тварей бить, то зачем самому их создавать?

— Ну да, ты-то чистая тварь, — пробормотал Арсенин якобы себе под нос, про себя — но