Как укусить вампира - Лена Тулинова

Дине стоило большого труда не дёрнуться и не выдать себя.

Пришла горничная. Взяла девушку под руку, словно ребёнка или умалишённую в прострации.

— Идёмте, барышня, — сказала ласково.

— Идёмте, Машенька, — механически ответила Дина — так, по её представлению, и должны были говорить зачарованные гипнозом люди.

— Ты помнишь, как зовут эту девушку? — резко спросил дед.

— Конечно, дедушка, — очень спокойно и размеренно ответила Дина. — Я была тут на Пасху — месяца не прошло. Как я могла забыть Машеньку?

— Действительно, — сказал Стефан, но видно было, что он чем-то недоволен. — Иди.

Одинцов пропустил её мимо себя и украдкой пожал руку. Сейчас его взгляд, хоть и мимолётный, был очень живой. Измученный, тревожный, но живой! Переглянувшись с ним, Дина рискнула шевельнуть губами: «поговорить». Ей показалось, что Одинцов едва заметно кивнул и указал глазами наверх.

Уже поднимаясь по лестнице следом за Машенькой, Дина услышала голоса. Камердинер, дед и кто-то ещё. Этот кто-то говорил громко, весело, его баритон звучал беспечно и даже радостно. Карабашев…

— Идёмте, барышня, — не оборачиваясь, сказала горничная, почуявшая, что девушка замешкалась.

Она могла бы сбежать вниз, кинуться к спасителю, он помог бы отсюда уйти. Но стиснула зубы и продолжила подъём по лестнице. Так она сможет узнать больше.

Кирилл Сергеевич оказался в спальне Дины всего через несколько минут. Он вошёл тихо, без стука, прислонился спиной к закрытой двери и быстро, вполголоса проговорил:

— Ночью я помогу вам уйти, Дина Владимировна. Не думайте, что вы обманули старика, он просто изменит стратегию. Так или иначе, он сломает вас и подчинит.

— Так же, как он сделал это с вами? — спросила девушка. — Астралис…

— Я плохой пример, — нахмурился Одинцов. — Но вы должны понять…

— Я не хочу понимать. Как давно он вас охмурил?

— Какие грубые речи…

— Кирилл Сергеевич, вы водили меня за нос… Думаю, с того момента, как я стала свидетельницей убийства Майского. Вы с этим связаны: вопрос лишь в том, кто был запечатлён на фотографиях Дмитрия Мартинсона, вы или мой дед.

— Дина Владимировна, я надеялся завербовать вас в свой стан. Но не в стан Стефана Анатольевича, — намекающе произнёс Одинцов. — Вот только именно тогда всё пошло не так. Я пытался, но…

— Это были вы? Вы его убили? — пытливо спросила Дина.

— Я встретился с ним в парке, а всего через полчаса он решил поговорить с вами, — сказал Одинцов. — Я видел. И получил приказ, которому не мог противиться.

— Как это удобно: в нужный момент прикинуться жертвой и сказать, что всё это не ваша вина, — насмешливо протянула Дина. — А чего вы, собственно, хотите сейчас, Кирилл Сергеевич? Выполнить очередной приказ и склонить меня на сторону деда? Или, может…

— Я хочу, чтобы вы бежали, — сказал Одинцов, наклонив голову. — Вы мне в самом деле небезразличны, Дина Владимировна.

— Тогда в ваших интересах было бы сделать наоборот, — приподняла брови Дина. — Поскорее заключить брак, чтобы у меня уже не было пути назад. Нет, здесь что-то не так.

— Сейчас у Стефана Анатольевича не хватает на меня контроля, — начал Одинцов, — он занят с непростым гостем, и вся его сила сосредоточена на нём. Если вы пожелаете, я могу помочь вам уйти не вечером, а прямо сейчас, тогда у вас даже больше шансов, на ночь он выпускает…

Тут Кирилл Сергеевич осёкся.

— Вампиров, — закончила за него девушка. — У него в запасе есть вампиры, которых он, очевидно, кормил нарочно созданными химерами. Удобно: и опыты над людьми можно ставить, и отходами кормить своих ручных упырей. Где только их прячет… Точно не здесь, мы бы давно это узнали. Где-то в районе Ольжинской набережной, там, где речные доки, вот где, да? Вчера недалеко оттуда мы поймали химеру. Кто у него ещё в зверинце? Наверное, вурдалаки, которые напугали мадам Крюшон?

— Эту старую ш… швабру не так-то просто напугать, — сказал Одинцов.

— Ваши слова запросто могут расцениваться как признание. Скажите, и в Тугарина стреляли тоже вы?

— У меня не было приказа его убить, только остановить. Беда в том, что Тугарина так просто не остановить. Всё было бы легче, если бы начальником приказа сделали меня.

— Мне надо знать, Кирилл Сергеевич, — сказала Дина. — Я никуда не уйду, пока не узнаю всё. Зачем убит Майский? Почему вы хотели на его место? Что задумал мой дед и для чего ему… Вампиры, упыри, химеры и я? Только не говорите, что…

— Дина Владимировна, клянусь, я всё вам расскажу, но только если вы сбежите.

— Я не могу бежать. Если у меня не будет понимания, как это остановить, мой дед — он знает, где меня искать и как меня выманить из самой глухой норы. Мои отец и мать… Вы же слышали, как он угрожал мне неприкосновенностью отца? Да, я ушла от них и хочу жить самостоятельно, но это не значит, что я не дорожу своей семьёй. Я не могу бежать, пока не буду знать, как защищаться и защищать своих родных.

— Вам проще будет спрятаться, уехать втроем, — начал Одинцов.

— Вы не думаете, что общество Астрологов и Алхимиков, которое подчиняется Магистру, везде имеет своих людей? Оно же не сосредоточено здесь всё, без остатка.

— Почему вы думаете, что…

— Я видела у Тугарина какого-то ряженого, и он вряд ли был настоящим председателем вашего собрания. Может быть, приближённым к Стефану Анатольевичу, но мой дед — главный. Если бы это был не он, то государственный заговор не зрел бы здесь, в Лучезарске. Где угодно — в Белокаменной или в Аврории, но не здесь.

— Вам точно место в отделе детективов, — сказал Одинцов почему-то очень печально. — Дина Владимировна… Дина!

— Я ещё не всё спросила, — сказала она. — Заприте дверь и сядьте.

— А если…

— Скажем, что мы занимались грехопадением, — холодно отрезала Дина. — Разве нас не для этого пытаются свести вместе? Конечно, это будет очень неприятно для меня, если пойдут слухи. Но, как заметил мой дед, а чего стесняться⁈ Я ведь и так постоянно служу бок о бок с мужчинами!

— Но Дина…

— Кирилл Сергеевич!