Как не влюбиться в ведьму - Джо К. Тейт
Я повторяю это себе несколько раз, пока иду к ратуше. Кажется неправильным, что ведьма совсем одна и некому за ней приглядеть, пока она в таком беспомощном состоянии. Но я и так уже опоздал на заседание совета. Остается только довериться фамильяру – если ведьме станет хуже, он сообщит.
Глава 6. Хейзел
Вот я бегу по маковому полю, а в следующую секунду лежу на теплых половицах, морщась от боли в ушибленном плече.
Сон почти и не был кошмаром. Красные и оранжевые лепестки цветов, их шелковистое прикосновение к ногам. Это могло быть прекрасно, если бы не огромный жук, преследующий меня. Он почти догнал, но я спаслась, упав с кровати.
Я сажусь и протираю глаза. Паук под потолком сосредоточенно плетет паутину. В утренних лучах она блестит серебром моего кошмара. Если бы кошмар поглотил меня полностью, то не было бы никакого поля цветов, только страх.
– Ты молодец, хорошо получается.
Хронометр на запястье показывает 27 августа, почти девять утра, а это значит, что я проспала больше суток. На мне чей-то пиджак, пахнущий древесно-пряным мужским парфюмом. Я вдыхаю глубже, ощущая в нем нотки бергамота и сладких ирисок. В такой запах хочется укутаться с головой.
Живот громко урчит от голода, а внутри, кажется, разверзлась дыра, засасывающая внутренности. Во рту так сухо, что язык едва ворочается.
Я поднимаюсь с пола, стараясь не обращать внимания на резкую боль в висках. Магическое истощение хуже похмелья, но это мелочи. Обидно, конечно, терять бесценное время на восстановление, но это небольшая плата за возможность творить магию.
Взгляд цепляется за букет маков в высоком стакане с трещинкой. В распахнутое окно врывается порыв ветра и срывает один из оранжевых лепестков. Тот медленно опускается на клочок пергамента, который лежит на книге в рыжевато-коричневой обложке. Название чуть стерлось, но читаемо: «Основы распределения магресурса». На клочке виднеется подпись:
«Мисс Мун,
взял на себя смелость приобрести для вас немного еды, вы найдете ее на стойке в зале. Добавьте несколько маковых лепестков в ваш утренний чай, чтобы избавиться от головной боли.
С уважением, Р. М.»Р. М.? Это еще кто и зачем он оставил мне эту книгу? Это он укрыл меня пиджаком? Я оглядываю комнату, словно ожидая увидеть его в одном из углов, но, кроме паука и щебечущей пары ноксов, никого нет.
В зале тоже никого, но на стойке обещанный небольшой пакет, в котором я нахожу яблоки и апельсины, головку сыра, завернутую в коричневую вощеную бумагу, мешочек с травами и баночку жидкого меда. Рядом стоит чистый фарфоровый чайник, чашка с блюдцем и небольшой нож.
Я кидаю в чайник маковые лепестки и травы, подогреваю воду магией и опускаюсь на табурет, вспоминая события прошлого дня.
К тому времени как мы закончили с Болонье, солнце уже взошло, а на запах свежей выпечки к булочной потянулись жители ближайших домов и случайные прохожие. Среди них был мужчина… Точно, мистер Скулы!
Как же его звали… что-то тягучее, как мед, и в то же время суровое. Реджи? Реман? Хм…
Я переливаю в чашку золотистый чай, от которого завитками поднимается пар, сладостью оседающий на губах. Ричард Мэддоуз! Так его представила Клара. Красивый…
Так, стоп!
Я мотаю головой, отгоняя образ высокого мужчины с темно-синими волосами, собранными на затылке в низкий хвост, и глазами ясными, как летнее небо. Когда есть только бесконечная голубизна без единого облачка.
Некогда думать о красавчиках, к тому же, судя по подарку, считающих меня неумехой. Оставить ведьме пособие первого курса школы магии? Это настоящее оскорбление. Я была одной из лучших учениц Академии!
Чай чуть горчит, но после пары глотков головная боль отступает. Я окунаю кусочки яблока в мед. Пока ем, листаю оставленную Мэддоузом книгу. В самом тексте для меня нет ничего нового, а вот пометки, сделанные перьевой ручкой прямо на страницах, заставляют ненадолго забыть о завтраке.
Часть восстанавливающих формул дополнена, часть вовсе переписана. Судя по всему, этот парень – опытный теоретик, почему же он не в столице?
На форзаце учебника печать: «Собственность книжного магазина Мэддоуз». Хм, возможно, у него найдется карта города и окрестностей? Та, что я прихватила из авенской библиотеки, устарела лет на тридцать. И вдруг найдется что-то о драконах?
Браслет на запястье холодит, я поднимаю его повыше, всматриваясь в мелкие бирюзовые камушки. Они пропитаны магией, не нагреваются от тепла моего тела, оставаясь такими прохладными, словно Каэр только что достал их с морского дна.
Воспоминание о чуть не случившемся поцелуе с морским жителем заставляет меня зажмуриться от смущения. Он, должно быть, решил, что я чокнутая, раз с такой готовностью потянулась к нему… На что был бы похож такой поцелуй? Его губы такие же ледяные, как руки?
Ох, Хейзел, ну что за мысли! Так и слышу смех Иви: «Ты еще диссертацию о нем напиши: „Строение русала: от прохладных губ до…“»
Шутки шутками, но помощь морскому дракону – лишь одно дело из бесконечного списка, поэтому я быстро допиваю чай и кидаю пару фруктов в сумку, чтобы перекусить днем. Сбор ингредиентов – дело небыстрое, хорошо, если к вечеру вернусь.
Все столики в булочной заполнены, Клара мечется между прилавком, кухней и посетителями. Как-то неловко отвлекать ее, но мне нужен адрес книжного. Она хихикает и аккуратно поправляет воротник моей блузки.
– Так и знала, что вы с Ричардом друг другу приглянетесь.
– Не понимаю, о чем ты, мне просто нужно несколько книг.
– Конечно, мисс. Симпатичный молодой продавец будет просто приятным дополнением к знаниям.
Что бы Клара ни думала, с отношениями я завязала на ближайшие несколько лет. Поцелуи и свидания под луной чудесны, но разбитое сердце того не стоит.
Меня передергивает от воспоминаний о том, какой нестабильной была моя магия в первые недели после разрыва с Малькольмом. Больше никаких привязанностей.
Уже пробираясь к выходу, я слышу чей-то разговор:
– Эта та ведьма, о которой ты говорила? Она что, на нашего Ричарда глаз положила?
– Тьфу, их род поганый! Чего приперлась в наш город?
– Она мне правда помогла…
– Помогла! Смотри, чтоб потом за эту помощь расплачиваться втридорога не пришлось.
– Она не Авелин.
– Все они одинаковые!
– Но Ричард…
– Он – исключение.
Конец спора мне услышать не удается, ведь я наконец выскальзываю из забитого помещения на свежий воздух. Сплетни меня мало волнуют, но отношение местных к ведьмам удивляет. Что такого сделала моя предшественница Авелин Фроствуд, чтобы настроить против себя целый город? Ее уже пять лет нет в живых, а они до сих пор обиды хранят.
Нервные и злые жители совсем не соответствуют городу, в котором живут. Домики хоть и старые, но уютные, окружены небольшими ухоженными