Чудовище Невы - Ирина Ширяева

Но обитателей «Зашкафья» не смущают эти досадные ограничения. С помощью своей уникальной способности они умудряются извлекать из окружающего мира много любопытного.

Кроме того, скелеты в шкафах так или иначе соприкасаются со своими хозяевами, то есть с владельцами шкафов.

Скелеты, правда, их хозяевами не считают, а называют несколько высокомерно «соседями в реале». Или сокращённо – просто «реалсами».

Притом многие скелеты не желают материализоваться и ограничиваются только наблюдением за реалсами. Но даже невольное наблюдение за людьми и их вещами порой даёт весьма занимательную информацию.

Подобного рода новостями обитатели «Зашкафья» часто делятся между собой и смакуют их, обсуждая. Словом, скелеты, как и люди, сплетничают в своём узком кругу.

Поэтому Костик надеялся, что непременно найдёт в «Зашкафье» какую-нибудь особенную зацепку.

И он не ошибся. Довольно скоро скелет наткнулся на невнятный, но обещающий пост коллеги с пышным именем Валерий Гай Германик, а попросту – Гай.

Тот писал, что слышал разговор своих реалсов – братьев-подростков. Они прошедшей ночью катались на самокатах по Воскресенской набережной, а теперь шепчутся о том, что уже под утро видели какое-то ужасное происшествие у Литейного моста.

Что это за происшествие, Гай пока толком не понял, но предполагал, что оно как-то связано с активизацией камня Атакан.

Далее скелет призывал подписываться на его аккаунт и ждать подробностей.

Вместо того чтобы сразу ответить, Митя бестолково пялился на звонивший телефон.

Стива звонит?! Ему?! После вчерашней ссоры на балу?!

Этого не может быть, потому что… не может быть никогда!

И тем не менее он звонит. Зачем? Хочет поговорить о том, что произошло? Высказать то, что не успел кинуть в лицо вчера?

О нет, кавалергард не из тех, кто выясняет отношения по телефону. И тем более не из тех, кто после публичного скандала звонит как ни в чём не бывало.

Митя наконец ответил.

– Г-хм… Да?

– Ты знаешь, что Лиза пропала?! – сразу почти выкрикнул в трубку Стива.

– Что?!.. Как?!.. Как пропала?! – Митя совершенно ошалел от такого известия.

– Последние новости, я так понимаю, не смотрел? – вздохнул Стива.

– Нет…

– Говорят, что Лиза пропала сегодня ночью прямо из Смольного. Утром её не было в дортуаре…

– Вот как… – потерянно прошептал Митя.

– Я почему звоню, – перешёл на сухой отстранённый тон Стива. – Ты, может, видел Лизу после бала? Или слышал, что она куда-то собирается? Может, есть какие-то предположения на этот счёт?

– Нет… – смятенно шептал Митя. – Не видел… Не слышал… Предположений нет…

– Понятно, – с досадой буркнул Стива. – Если что вдруг узнаешь – звони.

И отключился.

А Митя так и остался сидеть в оцепенении с прижатой к уху трубкой.

Митя проворочался всю ночь.

Сон не шёл. А если удавалось забыться на пару минут, то снились кошмары.

С утра он не мог ничего делать, кроме как просматривать новостные ленты и слушать сообщения о событиях последнего часа.

Но в них не появлялось ничего нового о пропавшей смолянке.

Парень обзвонил уже все петербургские больницы и морги. Причём по второму кругу – первый раз он сделал это вчера.

Однако везде по-прежнему был один ответ: девушка в форме смолянки и вообще девушка с перечисленными приметами не поступала.

Между тем Митя не мог ни о чём больше думать – только о Лизе. Хорошо, что весенняя сессия в этом году закончилась рано и не надо было уже что-то напряжённо зубрить.

Парень беспокойно мотался по студии из угла в угол.

Задавал одни и те же вопросы и отвечал на них по-разному. Строил версии и тут же их разрушал.

Костик принимал активное участие в мозговом штурме. И хотя мозгов как таковых у скелета не было, он весьма преуспел в логических умозаключениях. У мистических сущностей, знаете ли, свои особенности.

– Ну зачем, зачем Лиза могла уйти из института ночью? После бала? – почти стонал Митя. – Что могло заставить её это сделать?

– Может, была сильно расстроена из-за вашей со Стивой querelle[9]? – предположил Костик. – Не хотела рыдать в подушку, чтобы подруги слышали? Вот и решила прогуляться, подумать…

– Да я ей ничего не сказал! – оправдывался Митя. – Мы только со Стивой… э-э-эм… беседовали. А Лизу я и словом не упрекнул!

– Но она же прекрасно понимала, что вы поссорились из-за неё, и переживала, наверное, ещё больше, чем вы, – возразил Костик. И добавил деликатно: – Барышни вообще очень чувствительны. Не то что мы, мужчины.

Да, вспомнил Митя. Хотя Лиза и молчала в те минуты, когда студент и кавалергард бросали друг другу в лицо презрительные фразы, вид у неё был совершенно подавленный.

– А может, она хотела поговорить с тобой? – в который уже раз предположил скелет. – Объяснить всё? Оправдаться? Выложить свою версию этой maladresse[10]?

– Поговорить? Как?! – в десятый раз парировал Митя. – У Лизы телефона нет! Воспитанницам Смольного гаджеты запрещены!

– Ну, может, она как раз рассчитывала попросить телефон у кого-нибудь на улице, – пожал плечами Костик. – Есть же сострадательные люди. Пожалеют одинокую девушку. Подумают: может, потерялась? Дадут мобильник – позвонить.

– Выходит только, что никто не пожалел и телефон не дал, – горько усмехнулся Митя. – Или Лиза не со мной собиралась поговорить, а… со Стивой, например…

– А может, она хотела поговорить лично, – не сдавался скелет. – En tête à tête[11].

Гм-м… Трудно представить, что Лиза, благовоспитанная смолянка, отправилась бы ночью на квартиру к молодому мужчине. Однако необходимо проверить все версии. Поэтому допустим недопустимое. Тогда остаются не нравственные преграды, а чисто логические.

– Лично? – усмехнулся парень. – Приехать ко мне? Сюда? На край Питера? Ночью?

– Человек в состоянии аффекта часто совершает нелогичные спонтанные поступки, – важно заметил Костик.

– Да метро же ночью не работает! И мосты разведены!

– Ну не всю же ночь они разведены. А трамваи почти всё время ходят.

– Да она адреса моего не знает!

– Тем более это может объяснить исчезновение. Заблудилась, теперь плутает где-то по окраинам, а признаться стесняется.

Митя потряс головой. Да ну, бред какой-то.

А кстати, вот от Смольного до Стивы, который живёт в фамильном особняке на Петербургской стороне, вполне можно дойти пешком. Тем более в состоянии аффекта.

Да ну, глупая версия. Как бы там ни было, Стива обязательно проводил бы смолянку