Шолох - Антонина Крейн

Что же касается азарта, сопровождающего раскрытие ведомственных дел… Ну, ничего. Отправлюсь путешествовать, я ведь давно мечтала, а все не решалась. Плюс дальнейшее постижение магии – что может быть азартнее?

В конце концов, поставлю себе целью найти этого придурка Мелисандра и надрать ему задницу за то, как он со мной поступил, недоделок. А потом за шкирку притащу его в Иджикайян. Заставлю желтолицых признать, что он не виноват (если он не виноват) или же влепить ему дюжину лет в тюрьме (если таки напортачил).

Заодно посмотрю Пустынные Земли. А потом пешком, как монахиня, вернусь в Лесное королевство, чтобы не пропустить ничего интересного по пути. Буду писать заметки. По приезду торжественно вручу их Дахху. Он точно обрадуется такому дополнению для второй части «Доронаха»! Первая часть как раз станет продаваться во всех книжных магазинах королевства, озаренная ореолом невиданного успеха. А Кадия к этому моменту уже станет женой Анте Давьера и устроит для нас шикарный бал, где Селия и мастер Улиус возрыдают у моих ног и станут умолять меня вернуться в ведомство. Но, конечно, мне уже не будет интересно…

Я так увлекалась, что, когда в двери начал поворачиваться ключ, чуть не заорала «не сейчас, я занята!».

В комнату вошли трое. Мастер Улиус, едва сдерживающий ухмылку, напряженная Селия и… бледный, нервно подрагивающий, будто чихуа-хуа, решительно настроенный Лиссай. Все пристально смотрели на меня, не произнося ни слова. Я замешкалась.

Затем встала и сделала легкий реверанс:

– Ваше Высочество.

Лиссай тяжело вздохнул. Оглянулся затравленно, словно жертва, и ответил, опуская приветствие:

– Тинави, я, к-как полномочный представить дворца, требую вашего освобождения из этой к-камеры, – произнес принц, привычно спотыкаясь на букве «к» и попеременно белея и краснея.

Улиус смотрел на него с любопытством, Селия – с яростью.

– От имени Дома Ищущих я приношу извинения за то, что вас, мою подругу, вмешали в это возмутительное недоразумение. Дипломатические отношения с Иджикаяном – дело дворца, департамент Ловчих не имеет к-к ним ник-какого отношения. Более того, вопрос уже решен. Приношу вам извинения и прошу проследовать за мной, – почтительно склонил голову принц.

Селия демонстративно закатила глаза. Я расправила плечи и гордо подошла к Лиссаю. Взяла его под руку. Молча вышла за ним в коридор. Причем я еле удержалась от того, чтобы победно не показать кукиш. Коллеги остались в комнате.

Только когда мы с Лисом вышли на улицу, я позволила себе выдохнуть.

– Лиссай, – проговорила я настолько тепло, насколько это было возможно. – Спасибо, спасибо большое! Вы даже не представляете, как я ценю то, что вы пришли за мной!

Это была абсолютная правда. Сегодня он натурально пришел меня спасать. Притом, что сейчас наша дружба с принцем была омрачена его сложностями со Святилищем.

Но теперь все снова нормально. Ай, красота!

Лиссай, впрочем, не улыбнулся мне в ответ.

– Благодарите своего к-куратора, – грустно обронил он. – Этот плебей ворвался к-ко мне совершенно непозволительным образом, разогнал мою охрану, силком притащил меня сюда, чуть ли не в наручниках… – поморщился Лиссай. – Ник-когда раньше не видел столько багровых зигзагов гнева сразу! Передайте ему, что в следующий раз я не потерплю такого обращения от к-к-к-какого-то Ловчего! – буквально выплюнул Лиссай, обычно куда более сдержанный.

У меня отвисла челюсть:

– Полынь вас похитил?

– Не люблю сильных слов, но да, именно похитил. – Принц потряс головой, будто отгоняя неприятные воспоминания. – Насильно привел меня к иджик-каянской делегации, прямо в пижаме, – он негодующе обвел рукой свой шелковый наряд, – заставил с ними шутить, благодарить их за черную к-краску, обсуждать с ними иск-кусство…

Тут Лиссай издал поистине трагичный стон:

– Он даже принудил меня подарить этим пустынникам несколько своих к-картин! Сейчас придется их упак-ковывать и подписывать: «От принца Лиссая любимым друзьям»! К-кошмар к-какой! – схватился за голову Лис.

Глаза у него были совсем тоскливые. Я аж испугалась.

– То есть Полынь… эээ… заставил вас разбираться с международным скандалом?

– Видимо, да, – горько вздохнул принц. – Я вам очень, очень сочувствую, Тинави. Ваш начальник невыносим!

– А иджикаянцы в итоге, эээ, довольны? – продолжала допытываться я.

– Еще бы они не были довольны… – застонал Ищущий. – Всеми правдами и неправдами надеялись хоть к-как-то привлечь внимание официальных представителей дворца к-к своему яйца не выеденному делу! А в итоге их полчаса развлек-кал принц к-крови… Прыгал перед ними, к-как зайчишка. Для имаграфов на память за плечи их обнимал, ужас, антисанитария. В к-конце к-концов они милостиво попросили у меня прощения за причиненные Иноземному ведомству неудобства и отправились пировать, заручившись моим обещанием оплатить их счета в ресторанах. Сказали, завтра уедут прочь. Сами довольные, к-как слоны. А ваш сумасшедший к-куратор после этого еще и потащил меня к-к-к вашим не менее отвратительным коллегам и, наконец, к-к вам.

В ответ на все это я изумленно покачала головой.

Неожиданно из кустов, бурно растущих по краям Министерской площади, выскочило несколько молодых, обескураживающе квадратных в разрезе гвардейцев. Они подхватили унылого Лиссая под руки и бодрым шагом потащили его прочь, что-то злобно шепча друг другу и потирая шишки. Принц покорно обвис между ними.

– Первый, первый, код зеленый! Объект у нас! – безостановочно бубнил в магический кристалл самый квадратный гвардеец.

– Спасибо большое, Лиссай! – обескураженно крикнула я вслед процессии. Долговязая фигура Лиса в пижамке уже совсем исчезла за шкафоподобными стражами, плотно сомкнувшими ряды.

– На здоровье. Приходите на чай! – донеслось слабое приглашение из-за жестяных рядов.

Ну хоть так.

Я обернулась.

Огромное, сложносочиненное здание Иноземного ведомства поблескивало витражами в свете заходящего солнца. Зрелище притягательное, но мне совсем не хотелось туда возвращаться.

Получается, Полынь сумел исполнить условие Селии: она сказала, что меня не выпустят, пока «во дворце не скажут обратного». И тут куратор вытащил джокера в виде Лиссая. Младший принц, не поспоришь. Со слов Лиса мне показалось, что весь инцидент исчерпан как таковой. Но не факт.

Я поежилась. Нет, сейчас идти в ведомство не стоит.

За пять медяков я купила у мальчишки-газетчика вечернюю «Вострушку», оторвала первую страницу, крупно написала на ней «СПАСИБО!» и отправила Полыни с Марахом. Во время допроса филин честно ждал меня в коридоре и теперь прилетел на плечо. Умничка.

Марах, одобрительно ухнув, умчался прочь. Я пожевала губами, размышляя, что делать дальше, и в итоге решила пойти домой.