Магия рун - Алекс Рудин

— Незримая библиотека не сгорит, — успокоил я девушку. — Вы всегда сможете вернуться сюда. Кстати, в следующий раз печь ячменные лепёшки не обязательно, просто загляните в ближайшую кондитерскую лавку.

— Хорошо, — обрадовалась Суворова. — Честно говоря, выпечка мне никогда не удаётся, да я и пробовала ей заниматься всего пару раз в жизни. Без советов Прасковьи Ивановны я бы не справилась.

Библиус проводил нас к выходу.

Я взялся за ручку двери и не в первый раз подумал, что нужно выкупить кофейню напротив управления Тайной службы. Другого удобного места для перемещения поблизости не было, а открывать дверь прямо в кабинет Зотова я не стал. Ни к чему ссориться с Никитой Михайловичем из-за пустяков.

Для возвращения в Столицу я воспользовался дверью знакомой сувенирной лавки на Главном проспекте. Насколько я успел понять, в ней всегда хватало посетителей, и наше появление осталось незамеченным.

— Вот это да! — изумилась Ирина Витальевна, когда мы оказались в лавке. — Это магия, Александр Васильевич? А меня вы этому научите?

Владелец лавки принял слова про магию на свой счёт и гордо улыбнулся. Я вежливо кивнул ему, и мы с Суворовой вышли на улицу.

— Вам понравилось? — спросил я Ирину Витальевну.

— Очень, — с восторгом кивнула девушка. — Я теперь совсем не хочу возвращаться в свой город.

От её настороженной сдержанности не осталось и следа.

Когда мы подошли к управлению Тайной службы, в моём сознании неожиданно раздался знакомый голос. Твердо выговаривая слова, он произнёс:

— Господин Тайновидец, это аптекарь Кауфман. Наконец-то я до вас докричался.

— Здравствуйте, Вильгельм Иванович, — отозвался я. — Что у вас случилось?

— Вы простите, что я обращаюсь к вам так бесцеремонно, ваше сиятельство, —внезапно смутился аптекарь. — Но я уверен, что это вас заинтересует. Во всяком случае, господин Рябушинский меня заверил, что…

— Не нужно извиняться Вильгельм Иванович, — прервал я аптекаря. — Переходите сразу к делу.

— Да-да, — ещё больше смутился Кауфман.

Его акцент стал отчётливее, аптекарь заговорил медленнее, тщательно подбирая слова.

— Утром ко мне аптеку заглянул подозрительный посетитель. Он хотел купить зелье для развоплощения призраков.

— Вот как? — заинтересовался я. — А как он это объяснил?

— Сказал, что в подвале его дома завелись призрачные крысы, — ответил аптекарь. — Но перед этим долго расспрашивал меня, насколько надёжно действует зелье. Я заверил его, что зелье способно развоплотить любого призрака, это его успокоило.

— Как выглядел этот человек? — нахмурился я.

— Довольно молодой и очень худой, — ответил Вильгельм Иванович. — Он был одет как дворянин. Это и насторожило меня в первую очередь.

— Почему?

— Посудите сами, Александр Васильевич, разве дворянин пойдёт в аптеку за отравой для призрачных крыс? Скорее, он пошлёт своего слугу.

— Ваша правда, — нахмурился я. — Своего имени он конечно не назвал?

— Я специально предложил ему отправить зелье с посыльным и попросил назвать имя и адрес. Но он сказал, что подождёт и сам заберёт зелье. Это мне очень не понравилось. Я даже хотел ему отказать, но потом подумал, что вы или господин начальник Тайной службы захотите побеседовать с этим человеком.

— Правильно, Вильгельм Карлович.

— Я сказал ему, что на приготовление зелья требуется время. Убедил его вернуться через два часа. Правда, я не сразу смог докричаться до вас, так что до его появления осталось всего двадцать минут. Вы успеете подъехать?

— Постараюсь, — ответил я. — А вы сделайте всё возможное, чтобы задержать вашего посетителя. Вы уверены, что он ничего не заподозрил?

— Не уверен, — признал Вильгельм Иванович. — Из меня никудышный артист. Но зелье развоплощения призраков продаётся только в моей аптеке. Если оно ему нужно, он обязательно вернётся.

— Придумайте что угодно, только не отдавайте ему зелье, пока я не приеду.

— Хорошо, Александр Васильевич.

Суворова с тревогой посмотрела на меня.

— Что-то случилось? Это связано с расследованием?

— Возможно, — не стал скрывать я. — Мне нужно срочно ехать на Васильевский остров.

— Я поеду с вами, — решительно сказала Ирина Витальевна.

— Зачем? — удивился я.

— Вы не сотрудник Тайной службы. Вы не имеете права задерживать подозреваемого, если столкнётесь с ним. А у меня такое право есть.

На споры не оставалось времени, поэтому я молча кивнул и вызвал извозчика.

От Управления Тайной службы до аптеки Кауфмана на Васильевском острове было не так уж и далеко. Но извозчик решил сделать крюк.

— На Дворцовом мосту затор, ваша милость, — объяснил он. — Так мы через Городовой остров проедем. Так оно надёжнее будет.

Он катил вдоль тротуара, явно настроившись на неторопливую поездку и интересный разговор с пассажирами.

— Прошу вас побыстрее, — нахмурился я. — Мы опаздываем.

— Не опоздаете, ваша милость, — обнадёжил меня извозчик. — Не извольте беспокоиться. У меня, видите ли, в мобиле рунная магия работает, она вам опоздать не позволит. Вот вчера только случай был. Повёз я, значит, в аэропорт одно семейство.

Барыня такая важная, сердитая. Муж при ней худенький, в очках, чиновник, наверное. А с ними двое ребятишек. Чемоданов они с собой взяли столько, будто на год уезжают. Не поверите, насилу в багажник впихнул. Так вот, барыня меня всю дорогу поторапливала:

— Мы, говорит, на дирижабль опаздываем. Если, — говорит, — опоздаем, так я вам денег не заплачу. И пожалуюсь в городское управление.

А я ей, значит, говорю:

— Не извольте беспокоиться, сударыня. Рунная магия вам поможет в лучшем виде.

И что вы думаете, ваша милость? В аэропорт я их доставил точно к назначенному времени. Даже чемоданы помог донести. А вылет дирижабля на два часа задержали из‑за погоды, и пришлось им, бедным, в зале ожидания маяться. Я вам так скажу, ваша милость, рунная магия не подводит.

Извозчик печально покачал головой.

— За поездку‑то барыня заплатила, а вот чаевых мне не дала. Зря только чемоданы таскал.

— Я заплачу вам двойную цену, если вы замолчите и поедете побыстрее, — нетерпеливо сказал я.

— Как скажете, ваша милость, — послушно кивнул извозчик.

И всё‑таки прибавил ходу.

Пока мы пробирались по Городовому острову, я коротко пересказал Суворовой мой разговор с аптекарем.

— Я не вижу связи между этим