Спящие холмы - Ирина Владимировна Скидневская

— Это ёлочки с красной хвоей?

— Да, да!

— Я видела много таких, — сказала встревоженная Луиза, которая тоже не горела желанием опять висеть на крюке, а потом падать.

Они срочно обсудили это с остальными.

— Место помнишь?! — спросил Нобль.

Конечно, она помнила. Рядом с тем полем на неё напал демон.

…Красная хвоя молодых железных деревьев оказалась на редкость колючей, а корни уходили глубоко в землю. Было настоящим мучением выкапывать их из твёрдой земли, а потом перерубать в самом тонком, не толще нитки, месте. Работали парами, один дробил землю, другой отгребал, где лопатой, где голыми руками, потом менялись. Луиза с Бастианом хорошо сработались; несмотря на возраст, Бастиан был крепким, и они вырыли необходимые четыре ростка к тому моменту, как Нобль созвал всех.

— Пора уходить.

— У нас только три. Земля как камень, — сказала совершенно измученная Эна, работавшая в паре с Тибо. Тот стоял рядом и флегматично бороздил щёки ногтями.

Они дружно налегли, чтобы добыть недостающий росток, но провозились дольше, чем нужно. Всех охватила тревога — долина погружалась в сумрак, и стремительно холодало.

— Мы не успеем их сдать, — сказал Нобль про ростки, — идти далеко. А нам уже надо бегом бежать к костру.

— Он нас подвесит, — испугалась Грания.

— Рискнём! Однажды повезло, может, и сейчас повезёт. Но надо спешить, ребята. Если потеряемся, не выйдем к костру и всю ночь будем мёрзнуть, то завтра не сможем работать. Тогда точно повиснем.

— Почему нельзя переночевать прямо здесь? — вставила Луиза. От Огненной реки шло тепло. — Нам же завтра сюда возвращаться?

— О, сделай одолжение, ночуй, — язвительно ответил Нобль и скомандовал: — Вперёд!

Рассовывая ростки по карманам, они ринулись навстречу ветру. Он нападал на них, развевал длинные волосы Эны и гриву Нобля, бросался в бегущих песком и пылью — делал всё, чтобы обратный путь стал долгим и изматывающим. Уже в полной темноте Нобль закричал:

— Грания! Кажется, я сбился с дороги!

Все остановились. Грания повернулась спиной к ветру, лицом к Чёрной долине и несколько раз энергично втянула в себя воздух.

— Да, Нобль, немного левее!

Взяли левее, безоговорочно доверяя её чутью, и оно не подвело.

…Они работали каждый день, ближе к вечеру относили ростки к месту, откуда деревянная мини-вагонетка увозила их с обрыва прямо до Огненной реки по специально проложенной колее. Они провожали её взглядом и ненадолго задерживались, чтобы поглядеть на голубую кромку неба у горизонта.

Постепенно Луиза узнавала их лучше, но сама оставалась чужой. Даже добрейший Бастиан порой грубил ей. Непримиримая же Эна смотрела так, что Луиза не сомневалась: при случае она охотно отправит её в кипящую пасть Огненной реки.

Другое тело, другие физические законы… Полной ясности не было. Одним из неприятных открытий стало отсутствие времени. Длительность дня и ночи всегда была разной, но они оставались единственными временными вехами, а всего остального: минут и часов — в Хадесе просто не существовало, Луиза их не чувствовала. Это сбивало с толку. Она искала способы, которые могли бы помочь.

…И через семь дней и ночей ничего не изменилось. Её память спала. Тильда навещали, но он до сих пор висел, и влюблённая Грания лила над ним слёзы. А Ядан, жестокосердный бог этого места, не считал нужным явиться или вызвать её к себе — где он там живёт… Но это-то как раз Луизу устраивало, как и то, что они ничего не ели и не пили — это было даже удобно.

Однажды утром, придя на место, они обнаружили, что их кирки исчезли.

Тибо обрадовался:

— Ура, мы отдыхаем!

— Посмотри туда, — хмуро сказал Нобль, кивнув на перерытое ими поле. — Что-нибудь видишь? — Треть участка ещё оставалась под ярко-красными пушистыми побегами. — Думаешь, Ядан позволил бы им расти и дальше, когда он их так ненавидит?

— Кирки украли? — спросил Бастиан.

— Кто мог украсть? — изумилась Луиза.

— Да тут полно народа…

— Но я никого не видела!

Нобль побагровел от гнева.

— Кто-то хочет нам насолить! Я дурак, что не предусмотрел этого…

— Демоны? — предположила Эна.

— Ядан не позволяет им пакостить на чужой территории. Только на своей.

— Они всё равно выходят и резвятся тут по ночам.

— Наверное, это группа Жоффруа. Не надо было смеяться над их напудренными париками, — сокрушённо сказал Бастиан. — Вы меня никогда не слушаете.

— Что с нами будет?! — Грания застонала, её хорошенькое личико сморщилось, и она заплакала.

Все стояли в растерянности. Луиза бродила вокруг, осматриваясь.

— Так, ребята, давайте на поиски. Вдруг найдём, — сказал Нобль.

Склонившись над обрывом, Луиза закричала:

— Вон они!

В серых склонах холма было полно расщелин, и кирки застряли в одной, в нескольких шагах от них. Но это были очень большие шаги.

— Не достать, — сделал заключение Нобль.

— Тильд! — вдруг пискнула Грания и бросилась навстречу светлой фигуре, которая брела к ним. На поясе у Тильда висела тонкая верёвка, свитая петлями.

Мужчины встретили его радостными возгласами, Грания с Эной расцеловали деликатно, без прикосновений. Они привыкли щадить чувства друг друга — неприятно ощущать себя пустым местом, в которое кто-то проваливается.

— Привет, — сказала Луиза.

Тильд улыбался, но из-за слабости не мог говорить, непонятно, как он вообще добрался до них в таком состоянии. У него дрожали руки, ноги сводило судорогой, и он был вынужден лечь на землю. А они стояли вокруг — бесполезные тени, не способные проявить заботу о товарище, подложить под голову свёрнутую куртку или помассировать ноги.

— Не теряйте времени, идите работать, — пробормотал Тильд, погружаясь в глубокий сон.

Когда он проснулся, все с трагическими лицами сидели вокруг. Он рывком сел.

— Что случилось?

…Тильд только что пережил такое, что Луизе было трудно представить, и ещё не полностью восстановился, но сразу бросился им помогать. Как только он взялся за дело, у всех моментально улучшилось настроение. Наверное, этот парень не раз выручал их…

Для начала он попросил принести камень размером с кулак, а сам рассмотрел глубокий обрыв, к счастью, достаточно пологий для спуска.

— Хорошо, что кирки не провалились глубоко, правда, Тильд? — преувеличенно-бодрым голосом спросил Бастиан.

— Очень хорошо, — согласился Тильд. Он плотно обвязал камень концом верёвки, которую снял с пояса, а потом быстро прошёлся по ней пальцами, каким-то непостижимым образом растягивая, отчего она стала тоньше и длиннее. — Посмотрим, повезёт ли нам в другом…

Утяжелив конец верёвки, он попросил всех отойти подальше, раскрутил и метнул верёвку с обрыва, как аркан, а потом вытянул наверх. Он проделал это несколько раз, бродя по краю обрыва. Закончив, жестом