Кровавый урожай в Тенистой Лощине - Джуно Блэк

– О, мисс Виксен, – заговорила Анастасия язвительным и надменным тоном. – Как дела? Погода прекрасная, не правда ли?

Она винила Веру в части постигших семью неприятностей, хотя на самом деле лиса только описала историю в газете.

– У меня все прекрасно, – легким тоном ответила Вера. Ее нисколько не тронуло отношение бобрихи. – Надеюсь, ты чем-то занята.

– Да, мне нужно пройтись по магазинам в Вязовой Роще, – ответила Анастасия, хотя казалось сомнительным, что сегодня она хотя бы приблизится к Вязовой Роще. – До свидания!

Вера позволила ей пройти, затем сама направилась к стойке.

– Привет, Вера. – Эсмеральда поприветствовала ее гораздо дружелюбнее. У них с Верой сложились теплые отношения за последние несколько месяцев. – Здесь пообедаешь или с собой возьмешь?

– Хм, с собой.

Из кухни высунулась большая голова Джо, и он поинтересовался, слышала ли Вера последние новости. Она выжидательно посмотрела на лося, поскольку он всегда демонстрировал способность первым слышать сплетни.

– Говорят, что у Дотти Спрингфилд крыша поехала, – сообщил Джо тихим голосом. – Как мне сказали, она кричала, будто ее мужа убили, пока он стоял рядом с ней. У нее всегда было плохо с головой, но ничего подобного я раньше не слышал. Это уже переходит все границы. Говорят, Эдварду следует отправить ее в сумасшедший дом.

Вера удивилась, как быстро распространилась новость, учитывая, что все случилось пару часов назад и она сама при этом присутствовала. Но опять же – Тенистая Лощина была маленьким поселением. Вере стало жалко Дотти, в особенности после того, как сама испытала на себе пренебрежительное отношение Эдварда. Может, в претензиях Дотти и было что-то. Лиса решила не делиться своими подозрениями с Джо и Эсмеральдой, но она вполне может их обсудить с Орвиллом, если найдет время. Когда Вера брала кофе, Джо упомянул, что Орвилл уже организовал предвыборный штаб и разместил его на первом этаже пустующего здания на Вязовой улице.

– В бывшей Школе этикета? – уточнила Вера и содрогнулась. – Надеюсь, арендная плата была очень низкой!

– Я бы за это выпил, – согласился с ней Джо. Никто в городе не расстроился, когда Школа этикета закрылась. Оказалось, что жители Тенистой Лощины и так вежливы друг с другом и им не требуются никакие мудреные уроки.

Джо заметил, как Вера рассматривала тыквенный пирог, искушающе выставленный на стойке, и отрезал ей кусочек.

– Отрежь два, пожалуйста, Джо, – попросила Вера, которой в голову ударила мысль. – Орвилл целый год ждет твой тыквенный пирог. Готова поспорить, он был занят все утро и захочет съесть что-нибудь вкусненькое.

Вооружившись десертом для себя и Орвилла, Вера попрощалась с Джо и Эсмеральдой и направилась к штабу предвыборной кампании, который возник за одну ночь. Проходя мимо, она отметила, что разные жители Тенистой Лощины входили в здание и выходили из него. Возможно, они хотели стать волонтерами и помочь Орвиллу с проведением кампании. Радовало, что новый начальник полиции получал поддержку.

Вера решила не заходить в предвыборный штаб и вместо этого проследовала дальше, к отделению полиции, так и неся в лапах кофе и два куска пирога. Зайдя в удивительно уютное здание, в котором располагался полицейский участок Тенистой Лощины, лиса замерла на месте, а веселое приветствие застряло у нее в пасти. Орвилл и начальник полиции Мид сидели за своими письменными столами в противоположных углах помещения, в воздухе явно чувствовался холодок. Очевидно, они больше не разговаривали друг с другом.

«Прекрасно», – подумала Вера. Теперь ей придется пожертвовать своим куском тыквенного пирога, чтобы эти два идиота снова начали разговаривать друг с другом.

– Сюрприз, мальчики! – весело крикнула она. – У меня вам подарок от Джо!

Вера предложила по куску пирога каждому медведю, стараясь скрыть острое чувство утраты. Оба ее вежливо поблагодарили, но Вера решила не оставаться в отделении и не выяснять, насколько холодными стали отношения у сотрудников полиции. Она бросила быстрый взгляд на Орвилла и выскочила из участка. Разговор про «убийство» подождет.

Поэтому она отправилась в больницу, которая находилась в дальнем конце Тенистой Лощины, недалеко от петляющей реки, которая давала работу многим жителям города.

– Я пришла навестить Дороти Спрингфилд, – сообщила Вера деловитой белке, сидевшей за столом из орехового дерева в приемном покое.

– Хм. Врач сказал, что ее нельзя беспокоить. Вы должны обещать не приводить ее в возбуждение и не утомлять. Распишитесь вот здесь, спасибо. Палата № 304.

Вера поднялась по лестнице и быстро нашла нужную палату, окно которой выходило на реку. Дотти сидела на кровати, застеленной накрахмаленным белоснежным бельем. Палату уже украшали несколько ваз с цветами.

– Миссис Спрингфилд? Меня зовут Вера Виксен. Вы готовы поговорить?

Крыса посмотрела в сторону двери, где стояла журналистка.

– Вы пришли за деталями для новой большой статьи в газете, да? Точно так же, как эта пронырливая птица, которая перелетает с места на место и шпионит за жителями, только бы что-то перехватить для своей колонки светских новостей.

– Ничего подобного. Если вы не хотите говорить, то точно не должны это делать.

– О, это не имеет значения. – Судя голосу, Дотти смирилась с ситуацией. – Заходите и присаживайтесь. Вполне можно начать весь этот цирк. Вы уже жили здесь, когда «Вестник» опубликовал ту мерзкую статью о моих попытках доказать существование мира духов с помощью сеансов общения с ними? Нет, это было до вашего переезда сюда. Ну, если я смогла пережить статьи, которые выходили тогда, то смогу пережить и то, что выйдет сейчас.

– Насколько я понимаю, сеансы общения с духами пошли не так, как планировалось?

– Свечи были установлены не так, как планировалось, – поправила Веру крыса. – Я могу только сказать, что следует похвалить добровольческую пожарную дружину за быстрое реагирование. И я все еще продолжаю верить, что духи живут среди нас.

– Миссис Спрингфилд… Или мне следует называть вас Дотти?

– Дот, пожалуйста. Я ненавижу Дотти. Многие используют этот вариант имени, потому что он их забавляет [2], знаете ли. Это немного странно, на мой взгляд.

Вера достала блокнот и ручку, затем поправила на носу очки в тонкой металлической оправе.

– Дот, я пытаюсь понять, что же произошло у вашего дома. Это вызвало большой переполох, а вы имеете право рассказать свою версию истории.

– Да никто не поверит в мою версию! Я даже не уверена, что смогу объяснить. Понимаете, это было ощущение. Интуиция. Я не могу представить доказательства… со всей определенностью не могу на них указать, – добавила она нервно. – Совершенно точно не могу, не возвращаясь туда, а я не вернусь, пока он остается там.

– Под «ним» вы имеете в виду вашего мужа