Мертвая тишина. Том 2 - Денис Старый

Но эмоции в сторону. Я прекрасно понимал, что большой войны нам всё равно не избежать. Да и мы намертво застопорились в своем развитии, забились в угол, потому как не можем даже выехать на разведку и проверить ближайшие микрорайоны. Мы слепы. Одно дело — обычные «молчуны», но важным и пугающим фактором оставалась неясная пока «Альфа».

Но волковцы… Я кожей ощущал, что они за нами пристально следят, и любой наш выезд за периметр закончится тем, что мы поймаем лбами перекрестья оптических прицелов наших врагов.

— Вадик, ты прикрываешь. Заходим тихо, быстрыми перебежками, словно тени. Но обязательно оставляем чистый сектор стрельбы нашему снайперу, — я рубил фразы коротко, глядя в глаза бойцам. — Я перемахиваю через забор первым, мне тут же передаете гранатомет. Во дворе стоит пикап, на его турели установлен пулемет. И, судя по всему, он заряжен. За пулемет становится… Я и стану.

Я замолчал, обводя тяжелым взглядом внимательно слушающих меня людей. Смертельно опасное дело затеваем. Был, конечно, серьезный расчет на фактор неожиданности. Да и на то, что всё это отребье, высыпавшее во двор поглазеть на распятого пленника, пьяно практически в стельку. Но без крови не обойтись — разойтись миром нам уже не дадут.

— Если кто-то считает, что я не прав, или у кого-то дрожат поджилки — говорим прямо сейчас. Или больше об этом не упоминаем, чем бы ни закончился наш рейд, — прошипел я, вглядываясь в их черные, блестящие от пота и обмазанные грязью лица.

Молчат. Стоят, напряженные как сжатые пружины.

— Мы делаем всё быстро. Они не ждут нападения. Наносим максимальный урон и растворяемся. Взять боем сразу три укрепленных коттеджа мы сейчас не потянем физически. Но пустить им кровь и выбить зубы — обязаны, — жестко закончил я инструктаж.

Через пару минут мы уже скользили серыми тенями к высокому забору. Пока всё было тихо, только ветер шумел в кронах. Но тут…

— Бах! — хлесткий, сухой звук выстрела разорвал относительную тишину.

— Бум! — тяжелое тело рухнуло на асфальт метрах в шестидесях от нас.

Это был дозорный. Видимо, решил проверить, что происходит в темноте, или мы всё же двигались не настолько бесшумно, и он заинтересовался шорохом. Вышел на балкон с сигаретой — но Вадик, умница, сработал ювелирно и снял его одним выстрелом. Но выстрел прозвучал.

Понимая, что счет теперь пошел на доли секунды, я резко ускорился. С разбегу прыгнул на шершавый кирпичный забор, намертво цепляясь сбитыми руками за край. Тут же, на одном адреналине — в любое другое время такой трюк ни за что бы не вышел — подтянулся, перемахнул через гребень и тяжело рухнул вниз. Следом на заборе с глухим кряхтением оказался полковник, которого буквально вышвырнули наверх другие бойцы. Он перебросил мне мой автомат и тут же, не глядя, сунул в руки ребристую трубу гранатомета. Делая несколько пружинящих шагов вперед, я лихорадочно брал двор на прицел.

Играл шансон. Не громко, но достаточно слышно во дворе. Вообще уже ничего не боятся, гады!

Волк и его приспешники, услышав шум, начали муравьями высыпать на улицу. Рабы, те люди, которые в них превратились, ведомые инстинктом, порскнули в стороны, попрятались кто куда. А вот пьяные, с бешенными глазами, во двор выбежали Волк и его, по всей видимости, близкие.

— Тра-та-та! — не раздумывая ни секунды, я даю по толпе длинную, веерную очередь. Тут же с фланга беспорядочно, но густо бьет из своего автомата Алексей.

Шестерых мы срезали мгновенно — они упали как подкошенные, путаясь в собственных ногах. Еще двоих жестко подранили, и сейчас они, оставляя кровавые полосы, с воем ползли обратно в укрытие дома.

Сразу же, пригибаясь под возможными ответными пулями, бегу к припаркованной машине. Из открытой двери пикапа как раз вывалился ошалевший мужик — тот самый «меломан», из-за которого на всю округу орала ритмичная музыка.

— Бах! — одиночным, почти в упор, вколачиваю ему пулю прямо в грудь.

Тут же, не теряя темпа, запрыгиваю в кузов пикапа и хватаюсь за рукояти пулемета. Проверяю ленту. Заряжен. Холодная, смертоносная сталь. Войсковой «Корд». Сейчас мы с ними поговорим.

— Рыцарь, мужика грузи! И бабу прихвати! Всех в машину, живо! — перекрывая звон в ушах, заорал я.

Мы застряли на самом скверном месте — практически на открытом, простреливаемом пространстве двора. Нашим единственным козырем оставался жесткий контроль окон.

Пришлось рассредоточиться, разорвав огневую группу. Я и Алексей держали на прицеле черные провалы окон главного коттеджа, но прямо по курсу скалился еще один дом, тоже входивший в укрепленную базу противника. Оттуда на нас слепо таращились два темных стеклопакета, готовых в любую секунду выплюнуть свинец.

— Бах! — хлестко ударил выстрел Седого.

Старый охотник сработал на опережение. В одном из окон соседнего дома только-только мелькнул силуэт, створка распахнулась, и наружу высунулся ребристый ствол укороченного «Калаша». Но выстрелить враг не успел. Пуля Седого отбросила его назад, автомат со звоном брякнулся на асфальт, а сам стрелок безвольным мешком навалился грудью на подоконник, свесив руки. Седой тут же подобрал автомат. Хозяйственный даже сейчас.

Время исказилось. Каждая секунда теперь тянулась, как густая, липкая смола, растекаясь в бесконечные минуты. Едкий пот лил ручьем, заливая глаза и щипля веки. Адреналин бушевал в венах такой яростной кислотой, что меня физически трясло — мышцы требовали движения, броска, укрытия. Но я заставил себя вмерзнуть в землю, удерживая сектор обстрела. Боковым зрением я уловил движение: Дмитрий всё-таки перерезал путы, рывком закинул окровавленного мужика себе на широкую спину и тяжело, зигзагами, потащил его к спасительному пикапу.

— Алексей, женщину! Забирай! — рявкнул я, не отрывая взгляда от прицела и начиная медленно, приставным шагом, отходить к машине.

Алексей метнулся к столбу, лихорадочно полосуя ножом веревки. Освобожденная пленница смотрела на нас расширенными от шока глазами, в которых плескался первобытный ужас, но, к счастью, не издала ни звука.

И тут ситуация начала выходить из-под контроля. Из-за высокого соседнего забора донеслось глухое копошение и лязг затворов. А в соседнем доме с оглушительным звоном вылетело стекло на втором этаже, и в образовавшуюся брешь хищно высунулся длинный ствол ручного пулемета. Твою мать, да где они вообще раздобыли столько тяжелого арсенала⁈

Я мгновенно вскинул оружие и дал короткую, злую очередь по этому окну. Никого не подрезал, враг успел нырнуть в укрытие, но свою задачу