Дорога Ведьм - Кейт Эллиот

Он отвернулся от нее, глядя на север, поверх тумана. Ровная поверхность не шелохнулась. Потоки, которые он притягивал, исчезли. Только далекие огоньки-светлячки вспыхивали и гасли через неравные промежутки времени, как крики о помощи или треск тлеющих углей в угасающем костре. Выражение его лица изменилось, став спокойным и серьезным. Она напряглась.

Не глядя на нее, он сказал:

— Я не думал о своей миссии, когда сказал, что не жалею о том, что стою здесь. Я думал о встрече с тобой.

Все слова умерли у нее на языке. Все ее существо, казалось, было омыто потоком, который грозил утащить ее за пределы надежды на возвращение. Она не стала спрашивать, что он имел в виду, потому что сама знала это странное и необъяснимое чувство, когда два человека обнаруживают, что, переплетаясь душами, они напрягают невидимую нить, которая связывает их судьбы, которая заставляет их сердца говорить, будь то молча или словами, действиями или в мыслях.

Призрак криво улыбнулся и устремил на нее свой темный взгляд, в котором было столько же сожаления, сколько и тоски.

— Сейчас я попытаюсь сгладить этот неловкий момент. Это правда, я ищу признаки живой угрозы. Но в этой Пелене их нет. У этого Пелены нет приливов, нет течений, нет притока или оттока. Она застойная, и поэтому умирает.

— Умирает? — Именно это слово она могла произнести. Это было проще, чем раскрыть уязвимость своего сердца. Но это слово напомнило ей о мучительных слезах Берри.

— «Умирает» — не самое подходящее слово. — Он немного поразмыслил, обладая даром сохранять спокойствие.

Она ждала.

Он поднял руку, чтобы коснуться своих губ.

— На вкус как пепел. Плоская Пелена не имеет собственного живого существования. Больше похоже на осадок, оставшийся после сгорания. Ты не знаешь, появилась ли Пелена где-нибудь еще в огромном мире, за пределами империи? Возможно, в более раннюю эпоху?

— Я не знаю, — уклончиво ответила она. — Что ты пытаешься найти?

Он вздохнул.

— Скорее услышать. У колдовства есть звук. Колокол. Мы с тобой оба его слышали. Я не знаю, что это значит, что сейчас, в эти дни, этот звук нашел отклик в Шпилях. Он откуда-то исходит. Моя задача — найти его.

— В древние времена действительно были короли-колдуны?

— Да, было колдовство. Были люди, которые использовали свою злую силу, чтобы править. Ну, даже не для того, чтобы править, а для того, чтобы брать и топтать, губить и высасывать жизнь из живых существ, чтобы расширять и распространять их собственную. Пока они ярко сияли в своих собственных глазах, в своей собственной твердыне, им было все равно, погрузят ли они мир во тьму, отчаяние и беспорядок.

— А что произошло потом?

— Обычная история. Те, кто противостоял им, сражались с ними, хотя это, должно быть, казалось бесполезной войной. Тем не менее, честные люди поднимаются на ноги, когда это необходимо. В конце концов, честные люди победили, хотя и ужасной ценой.

— Ты был одним из тех честных людей.

Он горько рассмеялся.

— Нет, это не так. Я самый последний из Лишенных, опоздавший на вечеринку, но жаждущий насладиться похвалой, воздаваемой храбрым и дерзновенным, которой я никогда не заслуживал. Но посмотри на меня сейчас: я вынужден ходить в чужом теле и надеюсь хоть немного искупить свою вину за то, что я отказался делать в трудные дни, когда моя помощь была нужна больше всего.

Было больно слышать этот сардонический тон, обращенный на него самого. Но заверять его в том, что он, конечно, конечно, ошибается в своей оценке самого себя, было бы определенно неправильно.

— Где принц Гевулин? — спросила она вместо этого. — Ты уверен, что он ничего не видит и не слышит?

— О, конечно! Заклинание перехода работает не так. Во-первых, как я уже говорил, хозяин должен согласиться взять с собой одного из Лишенных для выполнения определенной миссии. Когда мы входим, разум хозяина словно окутывает вуаль. Они не видят и не слышат ничего из того, что происходит. Они как будто спят, пока мы ходим в их теле. Они доверяют путешественнику и верят, что тот будет относиться к их телу с уважением и никоим образом не нарушит никаких границ близости или насилия, которые не являются абсолютно необходимыми для выживания. Таким образом… — Он протянул к ней руку, словно она была рукой другого человека, но отдернул ее, не прикоснувшись к ней.

— Я понимаю. — Ее пальцы сомкнулись в воздухе. — А что такое, собственно, Лишение?

— Мы были лишены своих тел, чтобы пережить естественную смерть и стать… что мне сказать?.. стать стражами, воинами и попечителями, отойти в сторону, чтобы нас могли освободить в трудную минуту. Мы сохраняем наше самоощущение, наши знания и память, а также некоторые из врожденных способностей, которыми мы обладали до того, как были лишены тел.

— Магические способности?

— Возможно, это и так, — уклончиво ответил он. — Но после того, как мы стали Лишенными, у нас нет тел, поэтому нам нужно заклинание перехода, чтобы войти в физическое тело. Только тогда мы сможем передвигаться по миру, который в противном случае закрыт для нас. Но, прикоснувшись к Пелене здесь, я верю, что моя душа может переместиться внутрь Пелены.

— Как рыба, плавающая в океане?

— Я бы вряд ли сравнил себя с рыбой. Но что-то в этом роде, да. Я считаю, что Пелена может действовать как мягкая оболочка, укрывающей мою душу, точно так же, как долгое время это делала твердая оболочка статуи. — На его лице промелькнуло беспокойство. — И все же, если бы я оказалась в ловушке застойной Пелены, подобной этой, я бы в конце концов зачах и умер вместе с ней. Искры гаснут, когда пепел остывает.

Элен сглотнула комок в горле.

— Что произойдет, когда ты достигнешь живой Пелены?

— Если такое случится, я освобожу принца и спущусь в Пелену. В живой Пелене я могу надеяться найти ответы, которые ищу, о тех, кого вы называете королями-колдунами, — по-прежнему ли они мертвы или каким-то образом вернулись к жизни и стали злейшими врагами, которых нужно снова победить. Я мог бы даже найти кого-нибудь из своих Лишенных соотечественников, если кто-нибудь выжил. И все же, прикоснувшись к этой Пелене и услышав об Запустении, я спрашиваю себя, уцелела ли хоть одна живая Пелена.

— Дальняя Пограничная Пелена живая, если под этим ты подразумеваешь место с приливами и течениями.

— Откуда ты можешь это знать? Так говорят геодезисты?

Она никогда раньше не признавалась в этом