Спасти сердце дракона. Его тайная целительница - Виктория Чара

Я спускалась по деревянной лестнице на первый этаж, и с каждой ступенькой моя решимость бороться с драконьим самоуправством только крепла. Ну уж нет, господин Верховный Дракон, не на ту напали!

Пока я сидела в своей комнатушке, успела еще раз оценить масштаб катастрофы. Получалось, что дракон лишил меня нормальной студенческой жизни, поселил в своём доме, не оставив права выбора, и подставил так, что теперь каждая встречная девица в Академии будет считать меня его любовницей?! С этим нужно что-то делать.

Без него, конечно, я бы сюда вовсе не попала. Но у всего есть предел.

Я несколько раз прокрутила в голове наш будущий диалог. Вернее, свой монолог. И была готова выдвинуть ему ультиматум.

Сжав кулаки и набрав в грудь побольше воздуха, я решительно шагнула с лестницы в гостиную. Сейчас я ему выскажу! Пусть только попробует надавить своим драконьим авторитетом — я тоже не робкого десятка!

Но в гостиной Эйдена уже не было. Я заглянула на кухню и обнаружила лорда Риардена стоящим напротив распахнутого холодильного шкафа. Он мрачно, почти тоскливо изучал его содержимое.

— Ты ужинала? Из чего тут можно сделать пару бутербродов? — опередил он меня с вопросом, даже не повернув головы.

Вся моя заготовленная тирада застряла в горле. От утреннего безупречного лоска заместителя ректора не осталось и следа.

Дракон, боевой генерал, герой войны, единственный в королевстве, кто мог победить тварей из разлома, сейчас имел такой измученный вид, словно ему целый день в одно ухо играли на скрипке тоскливые мелодии, а в другое читали старинные романтические эпосы.

Весь мой боевой запал мгновенно сдулся, сменившись щемящим, чисто женским сочувствием.

— Зачем вам бутерброды? А в Академической столовой не кормят даже руководство? — негромко и с некоторой опаской спросила я. Кто знает, как надо вести себя с голодным и злым драконом?

Эйден повернул голову. Потер переносицу изящным, но усталым жестом и посмотрел на меня своими потемневшими глазами.

— Я уже пообедал там днем. Поужинать решил в другом месте, — тяжело вздохнул он.

Неужели его тоже тем супом кормили? Понятно, он к такому не привык. Но вообще-то было довольно сытно.

— В этой Академии творится черт знает что. За что ни возьмешься — сплошной саботаж и тактический провал!

И он посмотрел на меня так, будто я во всем этом была виновата, ну или знала, как навести там порядок. Я бросила взгляд на настенный маго-хронометр. Время близилось к ночи.

— В городе рестораны уже закрыты, — проследив мой взгляд, сказал Эйден. — Так что обойдусь куском хлеба с мясом. Есть у нас хоть что-нибудь?

Я посмотрела на него. Потом на шкаф. Потом снова на него. И вот этот уставший, вымотанный мужчина будет есть бутерброды? Ну уж нет. Моя женская натура не выдержала. Скандал подождет.

— Подождите минут сорок, — решительно скомандовала я. — Я приготовлю нормальный ужин.

Эйден удивленно приподнял бровь, но спорить не стал. Захлопнул шкаф и отошел от него, уступая мне место. Но далеко не ушел, а грузно опустился тут же, в глубокое кресло.

Я закатала рукава платья и заглянула в ледяной шкаф. Накормить дракона — задачка не из легких!

Так, что тут у нас? Отличные куски сырой говядины — толстые, с мраморными прожилками. Идеально для стейков. На нижней полке нашлись свежие лесные грибы, пучок зелени, масло и корзинка с картошкой. То, что нужно.

Я вымыла руки и принялась за дело. Быстро почистила картошку, нарезала крупными дольками, щедро сдобрила маслом, солью, чесноком и отправила в духовку магической плиты. Следом на сковородке зашипело сливочное масло, и кухня мгновенно наполнилась густым, дразнящим ароматом жареного лука и грибов.

Краем глаза я взглянула на Эйдена. Он наконец стянул камзол, небрежно перебросив его через спинку стула, и расстегнул три верхние пуговицы белоснежной рубашки. Закатал рукава, обнажая крепкие мужские предплечья. Вытянув длинные ноги и откинув голову на спинку кресла, он смотрел на меня из-под полуопущенных ресниц.

И чем дольше я перемещалась по кухне, тем тяжелее и горячее становился его взгляд. Я чувствовала его буквально всей кожей. От этого по спине бежали мурашки, а мне самой становилось все жарче и жарче.

Я обернулась, доставая с полки приправы.

— Не смотрите на меня так, — не выдержала я, смущенно поправляя выбившуюся прядь волос.

Эйден чуть заметно и как-то слишком расслабленно улыбнулся. Прикрыл глаза, вдыхая плывущие по кухне ароматы, и произнес низким, бархатистым голосом, от которого у меня внутри всё сладко сжалось:

— И как же я смотрю? Просто... женщина на моей кухне — ни разу в жизни такого не было. И это так... — он осекся, не став договаривать, но его взгляд полыхнул так, что мне стало не по себе. Куда это он клонит?

В следующую секунду он поднялся и подошёл к столешнице за графином с водой. И вдруг оказался так близко, что я спиной ощутила исходящий от него жар. Запах розмарина и жареного мяса смешался с его терпким парфюмом. Мое сердце пропустило удар и тут же бросилось вскачь.

Чтобы скрыть вспыхнувшие щеки, я поспешно отвернулась и бросила на ребристую сковороду два куска мяса. Раздалось громкое шкварчание, взвился легкий дымок.

Понимая, что с этой слишком интимной тишиной пора что-то делать, я решила немного сбавить градус.

— Лорд Риарден… — начала я, стараясь, чтобы голос звучал твердо.

— Эйден, — перебил он, наливая воду. — Зови меня просто Эйден. Хотя бы дома перестань обращаться на «вы».

— Хорошо... Эйден. Можно задать вопрос? Почему я должна жить здесь?

— А ты хотела бы жить в общежитии?

— Все адепты Академии живут в общежитии! Никто не живет в домиках преподавательского состава.

— А ты живешь, — невозмутимо ответил он. Дракон, что с него взять. Им, драконам, законы не писаны.

— Вы бы слышали, какое впечатление произвело на девушек ваше назначение. Да они еще там, на линейке, готовы были из-за вас подраться. Представляете, что они сделают со мной? — привела я, как мне казалось, самый весомый аргумент. — И, конечно, все решат, что я ваша… подружка в определенном смысле. И моя репутация …

Эйден сделал глоток воды, внимательно следя за тем, как я переворачиваю стейки, и продолжал молчать.

— Ну отпустите меня в общежитие? — взмолилась я.

Он поставил стакан на столешницу и вдруг стал совершенно серьёзным.

— Я не могу тебя отпустить. Мы с тобой уже обсуждали — у нас чисто деловые отношения. И мне действительно нужно, чтобы ты постоянно находилась рядом. Это напрямую связано с проблемой