Дорога Ведьм - Кейт Эллиот

Элен подумала, что молодые люди нашли общий язык. По мнению других стражей, Кем родился в Маноре и, следовательно, был достоин находиться в их компании. К нему не будут относиться с презрением.

И все же к ее облегчению примешивался горький привкус страха — возможно, Кему понравится жизнь стража. И он уйдет из ее жизни. Была ли ее надежда на то, что он найдет способ остаться в Привале Орледдер, заботой о его безопасности в этом суровом мире или просто желанием удержать его рядом?

Она не помнила, чтобы когда-нибудь в своей жизни была по-настоящему одинока, какой бы трудной ни была эта жизнь. Ее самыми смутными ранними воспоминаниями были руки, нежно обнимающие ее, и улыбающиеся лица, их черты забылись, но чувство заботы и любви глубоко укоренилась в её костях. Она каким-то образом потеряла этих других, хотя у нее не было четких воспоминаний о том, кем они были или насколько крошечной была Эл, отделенная от них. Случайно? Силой? Неужели ее потеряли? Или выбросили?

Внезапно ее руку больно кольнул щелчок кожаных шнуров. Она развернулась, готовая защищаться. Пока она пялилась на Кема, к ней приблизился Хемерлин. Он поднял метелку, готовясь нанести второй удар. Змея ожила, пронзенная, как иголками. Все замедлилось: воздух, взмах шнуров, презрение во взгляде мужчины, словно облако пепла, устремившееся к ней. Элен отодвинулась в сторону, так что второй взмах шнуров прошел мимо нее.

— Помощница-курьер, прошу внимания! — Хемерлин был явно рассержен ее отказом дать себя ударить. Но больше он не пытался. — Мы пригласили вас не для того, чтобы вы стояли среди нас, растерянная и ошарашенная. Мы уходим немедленно. Хоп! Хоп! Нет времени спать наяву.

— Главный слуга, я готова уйти, как только соберется группа.

— Не думайте, что я не понимаю, что вы сделали.

— И что я сделала? — глупо спросила она. Понял ли он правду?

— Вы дерзко заговорили без разрешения. Вы хотите получить награду за свои услуги, превышающую ту, которая полагается таким, как вы, делая вид, что вы имеете решающее значение для успеха миссии принца. Вы, без сомнения, пойдете на обман, чтобы получить ее. Не думайте, что я не вижу вас и ваши планы насквозь.

Ей пришлось сделать каменное лицо, чтобы скрыть облегчение. Он просто думал, что она жадная и амбициозная.

— Я служу империи, Главный Слуга. Если вы ознакомитесь с моим послужным списком в Привале, то найдете его образцовым. В настоящее время моя обязанность заключается в том, чтобы проводить Его Высочество через Разрез.

Губы Хемерлина сердито скривились.

— Вы ведете себя нагло и неуважительно. Таким, как вы, такое поведение может сойти с рук среди обычных чиновников, вроде сосланного в провинцию интенданта Орледдера, но вам не выйти сухой из воды там, где командую я. Вы правильно меня поняли?

Она широко раскрыла глаза, стараясь придать своему лицу невинное выражение, хотя ей и было трудно сохранять его.

— Вы будете в числе тех, кто будет сопровождать Его Высочество?

Он содрогнулся, его подбородок задрожал.

— Вы можете считать, что я слишком стар для изнурительного путешествия, но, уверяю вас, помощница-курьер, я не буду тем, кто отстанет.

— Я ничего не говорила о вашем возрасте или физической форме, Главный Слуга. Я задала этот вопрос только для того, чтобы знать, скольких людей ожидать.

— Никто просто так не задает вопросы. Всегда есть скрытый мотив.

Она начинала уставать от его враждебности, но, как бы он ни злил ее, она знала достаточно, чтобы притвориться, что не понимает сути его замечания.

— Возможно, это верно в изысканном дворце, Главный Слуга. Но здесь, в провинции, мы простые люди. Такие смысловые уровни лежат далеко за пределами нашего скромного опыта.

— Вас обвинили в том, что вы воровка и убийца. Я буду присматривать за вами.

— Как пожелаете, Главный Слуга. Мне нечего скрывать. — Она произнесла эту ложь ему прямо в лицо. Ее разговор с принцем-который-мог-быть-призраком, укрепил ее позиции. Призраку нужно было отправиться на север, отряду принца нужно было отправиться на север, и она действительно была единственной, кто мог доставить их туда. На данный момент это давало ей некоторую защиту.

Кареты тронулись, на животных заиграли магические искры. Конкубины высунулись из окон своих карет и, всхлипывая, помахали на прощание шелковыми платочками. Элен не могла сказать, были ли их эмоции настоящими или притворными, в соответствии с дворцовым протоколом. Одному из стражей было поручено вернуться с каретами в Привал Орледдер, где лорд Дуэнн, несомненно, вынашивал планы мести. К ее облегчению, страж, посланный обратно, был не Кемом. Хотя тот теперь был одет в форму стражника, только авторитет принца по-настоящему его защищал.

Она должна была взять на себя руководство следующим этапом путешествия. Даже хотя осталась только «маленькая» группу, их было одиннадцать — больше, чем она надеялась, но она должна работать с тем, что у нее есть.

По ее опыту, лучше всего было просто начать с того, что она собиралась делать и дальше. Она начала идти, предоставив остальным следовать за ней в том порядке, который они выберут. Сначала она спустилась с мыса к столбу из святодерева, где тропа раздваивалась. Кареты поехали обратно к хребту Копейщика, а она повернула на север, на дорогу, которая вела к холмам Восхода Луны. Она шла впереди одна, что ее вполне устраивало. Первым этапом путешествия был четырех- или пятичасовой пеший переход через то, что местные жители называли долиной Высокой Лошади, — возвышенную седловину, склон которой неуклонно поднимался вверх, к истинному началу холмов Восхода Луны.

Примерно в десяти шагах позади нее шла Ксилси, настороженная, начеку. За Ксилси шел страж, которого Элен сначала не узнала, потому что на мужчине был шарф цвета индиго, скрывавший его волосы. Ей потребовалось мгновение, чтобы узнать длинные-черные-волосы-собранные-в-пучок Джирви. В империи шарфы носили женщины, а не мужчины, но фантастически сложный узор на застежке, скреплявшей шарф, придавал стражу вид щеголя. Никто больше не обратил на это внимания, что навело ее на мысль, что они уже видели его в шарфе раньше. В его речи был южный акцент; может быть, в южных провинциях люди носят вещи по-другому. Элен это не касалось, и, честно говоря, она восхищалась тем, как эффектно смотрится на нем эта вещь. Один раз Ксилси оглянулась, как будто была раздражена или проверяла Джирви, но Ксилси была стражем, знающим свое дело, и она