Мертвая тишина. Том 1 - Денис Старый

— Может, вас еще и спать уложить? — потирая ушибленную плешь и храбрясь перед женой, прогнусавил Вадик.

— Вадик, иди на хер! — устало, но очень убедительно припечатала Лена.

Она метнулась в комнату — наш с ней зал-гостиную — и тут же вынырнула обратно с какой-то тонкой черной пластиной в руках.

— На, — бросила она.

Гладкая, сохранившая тепло ее ладони пластина легла мне в руку. Я перевернул ее. На задней панели поблескивали какие-то стеклянные кружочки. Глазки? Камеры? Я слышал краем уха, что японцы пытаются встраивать камеры в телефоны, но это устройство вообще не походило на телефон. Телефотофон? Коммуникатор? Я знал о всех разработках техники. Но вот такое…

— Как эта хрень работает? — спросил я, чувствуя себя пещерным человеком. — Где кнопки?

Голова шла кругом. «Что это такое… Ее муж… Моя жена…»

Я крутил в руках гладкий кусок металла и стекла, не в силах понять, куда нажимать. Экран вдруг мерцающе вспыхнул, и символы на нем показались мне иероглифами из какой-то забытой вселенной.

— Да как так вышло⁈ Ты что, смартфонов не видел⁈ — на Лену снова накатила истерика, ее голос дрожал от смеси невыносимой ярости, горя и недоумения.

— Зайка, ну зайка… Успокойся, у тебя же давление подскочит, зайка, — Вадик попытался погладить жену по плечу, но она брезгливо передернула плечами, сбрасывая его руку.

— Вадик, иди на хрен со своей «зайкой»! — взорвалась Лена с такой злой горечью, какой я в ней никогда не видел. — Секретуток своих «зайкать» будешь! Кто там у тебя сейчас? Вероника? Кристина⁈

Она смотрела на меня, и в ее глазах — этих родных, знакомых до боли серо-зеленых глазах — стояли слезы. Я тоже не из гранита высечен. Внутри всё скручивалось ржавым жгутом, словно кто-то затягивал невидимый винт. Но меня учили держать удар. В любых, даже самых немыслимых ситуациях я умел отключать эмоции и собираться. А эта ситуация тянула на апокалипсис локального масштаба.

Апокалипсис… и слово какое на ум пришлось.

Случилось то, чего не могло быть. Но это нужно было принять как данность. Если об этом узнает Контора, мир встанет в позу собирающего картошку дачника. Не самая приличная поза. Путешествие во времени! Может, старик Уэллс со своей «Машиной времени» ничего не придумывал, а просто писал мемуары?

Кстати, о картошке.

К головокружению вдруг примешалось дикое, сосущее чувство голода. Желудок свело болезненной судорогой, будто я не ел трое суток. Но прежде чем требовать от своей… нет, приставку «бывшей» я использовать категорически отказываюсь! Прежде чем требовать от жены ее фирменных драников, нужно было хоть что-то прояснить. И служба. Протокол. Связаться со своим начальством, связаться с группой, прежде всего с Максом-Беркутом.

— Да как пользоваться этим… — я с досадой сдался, крутя пластину в руках.

И это я, человек, который всегда был с техникой на «ты»! Космические технологии, блин. «Звёздные войны». В далекой-далекой галактике… В небольшой, но гордой республике жили белые русы…

— Световые мечи еще не придумали? — криво усмехнулся я, протягивая гладкую пластину обратно Лене.

— А ты что, двадцать семь лет по галактикам скитался, джедай гребаный⁈ — зло огрызнулась она, выхватывая телефон.

Ее палец легко скользнул по черному стеклу, и экран вспыхнул, высветив россыпь ярких, четких, но совершенно бессмысленных для меня картинок.

— Ага. А фамилия моя — Скайуокер, — ответил я всё с той же кривой усмешкой, пытаясь скрыть за ней сосущую пустоту внутри. — Покажи, куда пальцем тыкать.

Я отстранил Лену. Сперва осторожно, почти боясь, что она снова ударит или сорвется на крик. Но когда после каждого нажатия на стеклянный экран цифры послушно вспыхивали без сбоев, я стал набирать номер увереннее. Сделал шаг назад, не давая ей возможности подсмотреть.

Стоп… Номер же сохранится в памяти этой штуковины. А его не должен знать никто.

— Стереть это потом можно? — коротко спросил я.

— Всё можно! Кроме того, что твое возвращение невозможно! — Лену снова накрывало

— Леночка, ну успокойся, тебе же опять станет плохо, — лысый Вадик предпринял очередную попытку изобразить главу семьи. Его пухлые пальцы потянулись к плечу моей жены.

— Вадик, иди на хер! — Лена с силой отшатнулась от него, будто от прокаженного. — К своей Кристине иди! Или думаешь, я не знаю⁈ Скотина… какая уже секретарша у тебя по счету? Нахер!

В этот момент я решил: что бы ни случилось за эти проклятые двадцать семь лет, какие бы тайны ни скрывались за слезами Лены и заискивающим тоном этого слизняка — я разберусь. Со всем разберусь.

Но сначала — дело. Я нажал вызов.

— Слушаю! — ответил требовательный, незнакомый мужской голос.

Я отвернулся, прикрыл ладонью гладкую пластину и сказал тихо, но четко:

— «Учитель». Номер 35е84.

— Что? — не поняли на том конце.

Связь была идеальной. Никакого треска проводов, бульканья и сторонних шумов. Но главное — меня не поняли.

— Полковник Лазаревич. Он в курсе, — отчеканил я.

Пауза затягивалась.

— Назовите еще раз свой код, — холодно потребовали в трубке.

— С кем я говорю? Вы уполномочены? — пошел я в наступление.

Сразу должна быть реакция, а тут… может на другом конце сотрудник без доступа. Снова пауза. На фоне послышался приглушенный стук. По клавиатуре?

— Слышь, шутник. Если это розыгрыш — номер телефона я уже определил. Сейчас приедем, — голос стал жестким, угрожающим. — Генерал-майор Лазаревич умер десять лет назад.

В трубке что-то едва слышно щелкнуло. Подключили спецов? Поставили на запись? Хотя с нынешними космическими технологиями всё должно писаться по умолчанию, без всяких щелчков.

Я молчал. Сбрасывать вызов нельзя. С одной стороны, раскрываться первому встречному — прямое нарушение инструкций. Этот номер был прямым каналом связи с моим куратором, Игорем Михайловичем. С другой стороны — мне необходима легализация. Иначе как я вообще существую в этом времени?

— Проверьте, — наконец сказал я. — Обо мне должны быть данные по Первой форме допуска.

В трубке повисла абсолютная, вакуумная тишина. Словно отключили микрофон. Скорее всего, дежурный офицер спецсвязи запрашивал инструкции у начальства.

— Назовите свой номер. Скоро проверим, — голос зазвучал иначе. Деловито, протокольно. Ожидаемо.

Назвал еще раз.

— Жду, — ответил я и нажал на красную иконку телефона на экране.

Ничего не произошло. Нажал еще